Чтение онлайн

Серый косолап Пятака по прозвищу Громила яростно вращал глазами. Короткие изогнутые рога поблескивали в водянистом лунном свете, из медвежьей пасти облачками пара вырывались судорожные вздохи. Вьюга, которой правил Шестой, напротив, была сама безмятежность. Ветер ерошил ее длинную каштановую шерсть, мощные когти утопали в снегу.

Дюжина первой взяла себя в руки и, убрав топоры за спину, воинственно уставилась на ребят:

– Ну и кто из вас так истошно верещал? Пятак, спорим, что ты?

Оба молчали, не в силах отвести потрясенного взгляда от Хранителя.

– Я же говорил, – шепнул товарищу Пятак. – Статуя ожила!

– Статуя? – прорычал Пес, обнажив острые как бритва клыки.

– Она еще и разговаривает! – ахнул Пятак.

Шестой больно ткнул его локтем:

– Извините его, на нервной почве порет всякую чушь.

Оскалившись, Пес продолжал буравить Пятака глазами.

– Зачем пожаловали? – набросилась на ребят Дюжина.

К Пятаку вернулась былая надменность.

– Сама как думаешь? – откликнулся он, глядя на девочку сверху вниз. – Тоже хотим спасти Семерку.

– С какой стати? – изумилась Дюжина. – Разве вам есть до нее дело?

– У нас свои причины, – ответил Шестой. В полумраке различался бледный овал его лица, а в голосе звучали неподдельная тревога и искренность. Дюжина на секунду опешила. Шестой всегда относился к Семерке с пренебрежением – впрочем, как и остальные.

– Ваши причины роли не играют, – отрезал Пес. – Немедленно возвращайтесь на заимку.

– Я рад, что вы здесь, – обратился к нему Шестой, никак не отреагировав на приказ. – Мы боялись, что Охотники вообще не станут ничего предпринимать.

– Они послали меня, а вы, юнцы, лишь усложняете мою миссию, – рявкнул Пес.

– Мы не будем путаться под ногами, – заверил Пятак, восхищенно глядя на Пса. – Недаром выбрали самых быстрых косолапов.

– Конечно не будете, – согласился исполин, косясь на следы, едва различимые в сгущающихся сумерках. – Потому что вернетесь на заимку. Все трое, включая Дюжину, – заключил он твердым, не терпящим возражений тоном.

– Нет! – хором выпалили Шестой и Дюжина и потрясенно уставились друг на друга.

– Поедем вместе, – быстро добавил Шестой с решимостью, какая совсем недавно звучала в голосе Дюжины.

– Ага, – подхватил Пятак и, осклабившись, обратился к Дюжине: – Кто-то ведь должен тебя защищать.

Подстрекаемая Хрумом, девочка рванула к обидчику, но между ними стеною вырос Пес.

– Довольно! – скомандовал он. – Пока вы препираетесь, драгоценное время уходит. – Хранитель тряхнул каменной головой, и Дюжина вдруг почувствовала себя лилипутом. – Я разыщу девочку без вашей…

– Семерку, – перебил Шестой. – Ее зовут Семерка.

Пес рыкнул, даже не пытаясь скрыть недовольство.

– Мне одному сподручнее. Поворачивайте назад.

– Нет! – отрезал Шестой. – Все равно уже слишком темно, чтобы продолжать поиски. А нянчиться с нами не обязательно. Заночуем здесь, а на рассвете тронемся в путь. Обещаю, мы будем вести себя тише воды ниже травы.

Дюжина испытала восхищение напополам со смятением. Шестой укротил Хранителя, даже не повышая голоса. Однако от перспективы путешествовать с Пятаком к горлу подкатила тошнота. Хотелось удавить его за одну только ухмылку! Впрочем, Шестой прав: пока они выясняли отношения, наступила ночь. На черном бархате неба расцвели звезды, среди деревьев таинственно мерцал снег.

– Безумие, – ворчал Пес, расхаживая взад-вперед. – Безумие и непокорность.

Не обращая на него ни малейшего внимания, Шестой расседлал Вьюгу; на лице у мальчика застыло упрямое выражение.

– Значит, остаемся! – обрадовался Пятак, спешиваясь с непоседливого косолапа.

Дюжина хмуро уставилась на Громилу. Охотники редко выводили его из стойла – слишком молодой и своенравный.

– Совсем спятил? Приволочь необъезженного косолапа! – возмутилась она.

Пятак только хмыкнул:

– Сюда же мы добрались. Значит, я нашел на него управу.

– Как на троллей в каземате? – съехидничала Дюжина. Пятак обиженно насупился, поник.

– Прекратите! – велел Хранитель, опускаясь на снег. Под тяжестью его веса содрогнулась земля, с сосен дождем посыпались иглы. – Разобьем лагерь и заночуем. Вместе. А завтра вы вернетесь на заимку.

Дюжина не верила своим ушам:

– Ночевать с ними в одном лагере? Никогда!

– А придется, – бесстрастно парировал Хранитель. – Темнота таит опасность. Если устроимся по отдельности, мне за всеми не уследить.

– Мне нянька не нужна, – огрызнулась Дюжина.

– Само собой. Тебе достаточно бельчонка и смекалки, – съязвил Пес.

Пятак осклабился.

Вспыхнув, Дюжина попятилась, еле сдерживаясь, чтобы не заорать. Не такой представляла она себе миссию по спасению Семерки. Дюжина сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, запустила руки в карманы и под залежами орехов нащупала таинственный сверток из каземата. Совсем забыла о нем! Казалось, с тех пор минула вечность, хотя в действительности прошло не более суток.

Дюжина выудила плотный, завернутый в тряпицу предмет размером с кулак. Хрум настороженно обнюхал находку. Девочка потянула за край тряпицы, и через мгновение на ладонь ей упал гладкий молочно-белый камень. Дюжина разочарованно уставилась на него, как вдруг тот вспыхнул.

Он разгорался так медленно, что Дюжина поначалу списала его метаморфозы на игру воображения, но в какой-то момент камень засиял ослепительным серебристо-голубым светом. Дюжина непроизвольно зажмурилась, испуганный Хрум заверещал. Остальные сгрудились вокруг, послышались изумленные возгласы.

– Во имя Эмбера… – раздался над ухом голос Пятака. Дюжина заморгала, пока с глаз не спала пелена. Пятак таращился на нее, разинув рот. – Где ты это стянула? Эй, народ, вы только гляньте! – бросил он остальным. – Впервые вижу такой здоровенный лунный камень!

Лунный камень?

Прищурившись, Дюжина опасливо покосилась на сферу, пропустив оскорбительный намек Пятака мимо ушей. Вспомнились крохотные лунные камни в доме совета, их бледное свечение едва рассеивало тьму. Однако на ладони у нее лежало нечто совершенно иное. Сфера сияла, словно закупоренная молния, разгоняя тени и заливая все вокруг ярким светом.