Рождённая пеной морской
Шрифт:
Часть стены отъехала, явив полки с вполне ожидаемым содержимым, включая и описание с чертежами. Смёл всё без разбору в свой рюкзак, ощущая, какую тяжесть придётся таскать с собой, и быстро набросил сети на неподвижную парочку, не видя другого способа их транспортировки.
До каюты Аматис мы добрались с рекордной скоростью, несмотря на лишний груз, режим невидимости и нескольких сиантов, крутивших головами в недоумении, когда их задевало что-то, чего они не могли рассмотреть. Но, хвала Нерису, никто ничего не смог заподозрить.
Рос уже с нетерпением ждал нас, нервно наматывая круги по комнате Аматис.
Заметив валяющийся магисет бывшей невесты, прихватил с собой, понимая, что информация с него может нам ещё пригодиться.
Глянув на часы, заметил, что наши пятнадцать минут очень скоро завершатся, а мы ещё не покинули корабль, и поторопил своего друга, в двух словах расписав перспективу.
С корабля мы вылетели, словно вода из кита, несясь на всех парах.
Через две-три минуты мы уже покинули радиус действия поля корабля Аматис, но расслабляться было рано.
О том, что наша удавшаяся операция во вражеском стане была обнаружена, мы узнали по протяжному сигналу вызова, который издал магисет Аматис. Создавалось впечатление, будто этот звук разорвёт наши головы. Выключив гаджет, я всего лишь на миг повернул голову в направлении вражеской флотилии, и похолодел. Кажется, эти сумасшедшие готовились к полномасштабному нападению. По крайней мере лучи, направленные на защитное поле Аквитаса, говорили именно об этом.
Как ни странно, за нами никто не гнался и не пытался обнаружить хоть каким-либо способом, но как только мы оказались у собственного корабля, я ощутил неясную тревогу. Скорее инстинкты дали о себе знать, чем какой-либо явный знак чужого присутствия.
В доли секунды перебросив удерживающую сеть Сишаи и Вилла нить на прибор Роса, я бросился в том направлении, куда вела меня неведомая сила. Как будто кто-то очень родной и близкий умолял о спасении, и я точно знал, кто это, хоть и не видел собственными глазами.
Сигнал о помощи шёл сверху. Обогнув корабль, я увидел то, что заставило похолодеть. Диглас, собственной персоной, удерживал связанную Марию с приставленным к горлу лезвием кинжала, сделанного из драгоценного и прочного кристалла.
Его лицо было перекошено от злости и он выглядел совсем обезумевшим.
Мария
Так и не поняла, что же на самом деле произошло. Дина не было уже около часа, тревога заставляла вновь и вновь всматриваться в экран, желая увидеть на установленных у выхода камерах приближение нашей спасательной миссии. Но их всё не было, и я решила поплыть навстречу. Ведь возможно им требуется помощь, а я здесь сижу и схожу с ума от ничего неделания.
Выбравшись наружу, я отплыла буквально на несколько метров и внезапно была оглушена ударом сзади. А когда очнулась, то оказалась связанной с прижатым к горлу острым лезвием. Сзади послышалось шипение:
— Не шевелись. Одно движение — и ты труп.
Чёрт! Как я могла так сглупить? Помогла, так помогла, ничего и не скажешь.
Паника накрыла с головой. Я чувствовала, что за моей спиной находится очень опасное и даже сумасшедшее существо. Он убьёт меня, не задумываясь, а хуже всего, я подставила стольких близких. Наверняка в планы напавшего на меня урода входил ультиматум или обмен в той или иной форме, раз я пока ещё жива. И я стану пешкой, из-за которой Гавин выиграет эту войну. На душе стало противно и гадко, а липкий страх запустил в меня свои отравленные щупальца.
И вдруг я увидела его. Дин снял защитную сферу, обнаружив своё присутствие, и произнёс:
— Отпусти её, Диглас!
— А то что? — резкий ненормальный смешок вылетел у, как оказывается, пленившего меня правителя Гавина собственной персоной. — Видишь, не только ты умеешь воровать чужих женщин. Где Аматис? — поставил он вопрос, по которому я поняла, что вылазка удалась.
— В надёжном месте, — ответил Дин, напряжённо наблюдая за каждым малейшим движением Дигласа. — Да и будь честен, тебе нужна не она, а её изобретение, не так ли?
— Ты удивительно проницателен, — насмешничал Диглас, — но не считай меня идиотом. Аматис гениальный изобретатель и восхитительная женщина, и мне нужна именно она. Аматис, дорогая, ты здесь? — обратился он в пространство к своей даме сердца.
В ответ прозвучала лишь тишина.
— Зря тратишь время. Я отправил её в Аквитас, нас ожидали по ту сторону щита. А мы с Машей собирались закончить все незавершённые проекты на суше. Так что заканчивай это представление и поговорим начистоту, — с твёрдой уверенностью в своих словах сообщил Дин, так что даже я, заведомо зная, что это неправда, поверила.
— Я его ещё не начинал! — прошипел он и прижал теснее лезвие к моей шее, оставляя неглубокий надрез. — Прав я был, с самого начала собираясь от тебя избавиться, как и от твоих слишком наблюдательных родителей в своё время. Но желание женщины — закон. А Аматис решила наказать тебя по-своему.
Лицо Дина исказила боль. Он столько лет винил людей в смерти родных и не подозревал, кто настоящий виновник трагедии.
— За что? — только и сумел произнести он.
— Помимо того, что по праву рождения могли бы править Аквитасом, — криво усмехнулся Диглас. — они ещё узнали то, чего не должны были знать. Услышали один не предназначавшийся для их ушей разговор. Не думаешь же ты, что ваш Совет такой святой? Половина из них давным-давно подкуплена мною тем или иным способом. На кого-то подействовали угрозы, кто-то поверил обещаниям. Но твои родители оказались непрошибаемы. Сами виноваты.
Я ожидала, что Дин сорвётся и набросится на Дигласа здесь и сейчас, позабыв обо всём на свете. Но он оказался поразительно выдержанным, ни на миг не забывая о том, что в данном случае меня, как заложницу, ждёт не утешительная участь. Лишь сжавшиеся кулаки показывали, до какой степени он в ярости.
— Но это не важно. Сейчас лишь тебе решать, пойдёшь ты по их стопам или окажешься мудрее и сохранишь жизнь своей драгоценной недосианты, — продолжил он тонкие психологические игры. — И не только её. Ты думаешь, что спас всех, но сделал только хуже. Раньше я играл с вами, но без украденной тобой разработки мне не останется другого выбора, как начать настоящую войну, которая погубит не одну жизнь, и всё по твоей милости. Подумай об этом.
Эти пафосные речи вызывали лишь желание, чтобы он поскорее замолчал. Если Дин поддастся на провокацию и совершит обмен, то эта сумасшедшая парочка в лучшем случае устроит из Аквитаса плацдарм для своих опытов. Такой участи не пожелаешь и врагу.
Но Дин, видимо, тоже прекрасно понимал положение вещей, а сосредоточенность на разговоре отвлекала Дигласа, он был настолько отвлечён, стараясь найти ключ к нашей безоговорочной капитуляции, что совершенно не заметил, как Диниас, сконцентрировавшись, направил на него магический импульс, напоминающий небольшую молнию. Она обожгла ладонь Дигласа, удерживающую кинжал, и я тут же юркнула в сторону, поняв, что свободна.