Чтение онлайн

– Слабак, - повторял за ситаном рот Буйвола, скривившись от отвращения к себе, как от чего-то крайне неприятного.

Находясь за спиной жертвы, будто любуясь на человеческий затылок, призрак, напротив, довольно облизал не существующие губы, предвкушая скорый пир. Энергия эфира содержалась в любом живом существе, но ситана привлекала исключительно человеческая благодать отданная добровольно. Она давала потустороннему хищнику возможность пережидать десяток лет, в поисках новой жертвы. Чем реже в руки ситана попадал глупец, не оценивший собственную жизнь, тем сильнее и легче бес влиял на человека и от того, учуяв самоубийцу, нечистый следовал по пятам, пока не доводил того до суицида. Я был уверен, Буйвол не имел сути, как и Андрюшек, и другие, сделавшие первый вдох в обезвоженной капсуле, по щелчку тумблера на помпе, подающей кровь к пуповине новорождённого.

«Прекрати!» - приказал бесу, ментально, и он отступил, жалобно поскуливая. Буйвол сразу обмяк, отчего, с тихим стоном, свалился со стула.

Моя жалость дала сбой, выбрав не тот объект. Затерявшись в этом мире, почти полностью иссохшему от голода ситану предстояло жалкое существование и на перемещение в Навь его сил уже не хватало.

«Пойдёшь домой?» - предложил я.

«Да, господин», - согласился ситан. Я указал ему в угол, где едва различимо зарябил переход.

«Много душ», - поблагодарил ситан, на свой манер.

– Кто здесь? – спросил Буйвол.

Я открыл шире и со звуком захлопнул входную дверь, дабы обозначить своё присутствие.

– Буйвол, говорил тебе - завязывай со жратвой, а то стулья под тобой ломаются… - решил я шуткой вывести приятеля из «состояния-нестояния». Я бы дважды не подумал, что этот сильный человек возможная добыча ситанов.

– Ты всё видел, да? И что? Осуждаешь?

– Осуждаю, - не стал врать.

– Скажи мне Майкл, а ты для чего живёшь?

– Риторический вопрос. Совсем недавно согласился бы с твоим мнением, что живу исключительно для того, чтоб помучиться, если бы не было у меня самой прекрасной женщины на свете.

– Чеми?

– Причём тут танцовщица? Я о жене говорю.

– Ты женился?
– Буйвол вышел из ступора, откинулся поудобней, хотя остался сидеть на полу.

– Уже давно… разлука… вынужденная.

– А почему молчал, что женат? Вот, Чеми расстроится… Ой! – он прикрыл рот рукой, забирая вопрос, - Жена здесь с тобой? – по взгляду я понял, что если сейчас его видел кто-то кроме меня, то ему лучше бы повеситься.

– Скоро будет.

– Я неудачник?! – спросил и прищурился, не надеясь на тактичный ответ. Сознание, а с ним и переживания, подтолкнувшие его в петлю возвращались.
– Слабак, да? Даже повеситься не смог.

– Давай попробуем найти, что-нибудь хорошее, – сказал я на выдохе, устраиваясь рядом с ним, сел на пол, привалившись спиной к опрокинутому стулу.

– Что? – спросил он, скептически вскинув бровь.

– То, что ты меня удивил, например, - признал я, отсылая Буйвола к одной из наших недавних авантюр. Действительно, это был первый случай, когда я не смог бы предположить, чего от него ожидать. Как я ему признался, все люди для меня стали до противного предсказуемыми. Мы тогда на сотню бонусов поспорили, что он сможет меня удивить.

– Сумму проигрыша перечисли на счёт Уральского Центра Детства, - так поступал знакомый мне Буйвол, значит, он уже пришел в норму.
– Новые клоны - люди только внешне, - признался, после этого, наконец, смог посмотреть мне в глаза.
– Ты знал, что готовиться захват наших городов?! – изумился он. – Знал и ничего не сделал?

– Как не сделал? Вот не дал одному настоящему человеку опоздать на рейс домой.

– Этого мало, Майкл. Я понимаю, что не вправе требовать от тебя того, что не смог сделать сам.

– А ты потребуй и я помогу. Я дам тебе выкладку: отмечу на схеме участки ДНК, средства и способы их деактивации. После этого клоны не ответят на сигналы извне. Кроме того, твои инженеры получат инструкции по управлению клонами через дангвей. Поверь, кукиш им с маслом, а не ваш серебряный источник: выращенные у вас «засланцы» останутся на вашей стороне.

– Мы сделаем всё от нас зависящее и даже больше. Только скажи, я сам всё как надо деактивирую…

– Нет, действовать будем осторожно. Другие полисы получат способ избежать захвата из твоих рук, чтобы у меня была возможность «деактивировать» кое-кого ещё.
– Тех, кто наши города за виртуальные медяки продал.

Буйвол принялся меня благодарить, сбивчиво пытаясь объяснить, что не понимает, что на него нашло, как он чуть в петле не оказался. В итоге, с моей подачи, списал всё на отчаяние:

– Я так хочу, чтобы люди рождались нормальными. Чтобы не было этих модификаций, - голос опять задрожал от эмоций. Буйвол был словно окрылён, вернулась вера в собственные силы, понимание ради чего жить дальше. Он не мог остановиться, всё говорил и говорил, озвучивая свои надежды на хороший конец.

– Майкл, ты молчишь? Не веришь в хороший исход?

– Хочешь, я расскажу тебе сказку?

Он сначала подумал, что ослышался, потом даже засмеялся:

– Чокнутый сказочник!

– Не больше, чем ты. Так, что слушай. Давным-давно жили хорошие-прехорошие люди, - тут мне хотелось добавить, что называть бессмертных, сильно заскучавших от вечности и выбравших человеческую жизнь, хорошими – это ничего о них не сказать. Подобным образом события отразила бы детская сказка, которую я решил рассказать «оптимисту», едва не влезшему в петлю.

За века разочарований в человечестве, я не устал сочувствовать людям. И для меня все мы были не просто потомками богов, однажды решивших подчиниться времени и заселивших множество параллельных реальностей. Бесило то, что эти миры стали сродни комьпьютерной игры «SimCity» для тех, кто сохранял свою бессмертность, развлекаясь эмоциями жителей из личных питомников. Мы были игрушками в их руках.

В отличие от нас, у первых детей жизнь была поистине райской. Бессмертные родичи становились хранителями их благополучия, поэтому не ведали люди болезней и стихийных бедствий. Только вот, отцы и матери, сами того не желая, передали им такую неудержимую страсть к жизни, которую могли иметь только боги, недавно обретшие смертность и хотя, жили все сравнительно дольше, чем обычные люди, время настигло каждого… Слова сказки излагались мной куда проще:

– Были они счастливы, пока не поняли, что детки у них не такие, как они. Не глупы и не уроды, да не хорошие какие-то, и всё тут. Не могли хорошие смириться с этим и обратились они к волшебнику с просьбой сделать их детей, такими как они. Но волшебник отказался, сказав, что мир устроен по правилам, менять которые у него нет желания. Не приняли добрые отказа, объединились. И создали проклятие, чтобы не было волшебнику покоя, до тех пор, пока не исчезнут страсти терзавшие души их сыновей.

Я замолчал, удалившись мысленно на сотни тысяч лет назад, когда был проклят Велес. Его эмоции прорвались в сознание, во мне вскипела злость. Крик ярости и несогласия готовы были обрести звучание, словно это я сказал им, что за отказ от дара бессмертия следует наказание с которым я вполне согласен. Именно те дерзкие слова подвигли хранителей, недавно понявших вкус божественной власти над смертными, сделать то, о чём каждый из них пожалел много раз. Их коварное проклятье, сохранялось и по сей день.