Рожденные перестройкой
Шрифт:
– Антоныч, - говорит она тихо и тушит сигарету в пепельнице.
– Когда приедут люди, которых ты вызвал?
– Через полчаса, не раньше, - отвечаю я, взглянув на Часы.
– Тогда у нас есть еще немного времени, - загадочно произносит она.
Инга грациозно потягивается всем телом и небрежно, сбрасывает с себя летний пиджачок. Затем придвигается ко мне и обхватывает меня руками за шею. Ее глаза напротив моих. Это длится лишь мгновение, и наши губы сливаются в долгом поцелуе. Тело у Инги крепкое, но податливое, послушное в моих руках. У нее изумительная грудь, тонкая талия и восхитительные бедра. Я возбуждаюсь мгновенно.
– О-о!
– тихо шепчет Инга, трогая мой набухший член через материю брюк.
– Это что-то!
– Сейчас ты все о нем узнаешь, - самодовольно предупреждаю ее и укладываю на диван.
Глава тридцать первая
Незадачливых киллеров увезли к Грому.
Мы с Ингой также уезжаем из кемпинга. Возвращаемся в Симферополь.
– Ты можешь мне объяснить, почему кто-то так жаждет тебя убить? спрашивает Инга по дороге.
– Это долгая история. Коротко она будет звучать так: в Симферополе я не сошелся во мнениях с местным авторитетом, поэтому за мной и охотятся его люди.
– Ты ведь можешь уехать, - Инга явно озабочена.
– Для чего?
– усмехаюсь.
– Почему должен уехать именно я?
– Как почему, Антоныч?!
– возмущается она моей непонятливостью.
– Тебя ведь в конце концов убьют! У того бандита явно хватает людей!
– Возможно, - соглашаюсь с ней.
– Людей у него хватает, но не хватает мозгов. Я обязательно уеду, но только после того, как не станет этого типа.
Инга переваривает мои слова.
– Ты - самоубийца, - делает она свои выводы.
– Не стоит так плохо думать обо мне...
Некоторое время едем молча. В салоне машины тихо играет музыка. Оружие киллеров я забрал с собой и спрятал один из пистолетов в тайничке машины, а другой находится при мне. Если уж за мной пустили охотников, расслабляться нельзя ни в коем случае.
– Я бы очень не хотела, чтобы с тобой что-то случилось, - вдруг признается Инга, касаясь моей руки, лежащей на кулисе коробки передач.
– Спасибо.
В Симферополе едем через город, чтобы выбраться с другой его стороны. Едем пока ко мне. Неожиданно прокалывается переднее левое колесо. Чертыхаясь, выхожу, чтобы поставить запаску. Город еще спит. Дождь закончился и погода успокоилась, перестав буянить. Инга также выбирается размять ноги. Пока я занимаюсь сменой колеса, Инга прогуливается по газону.
Рядом с моей машиной тормозит патрульный "жигу ль". Из него выходят двое полицейских.
– Куда направляемся?
– интересуется у меня сержант.
Сижу на корточках возле колеса. Я наживлял болты, но приходится отвлечься.
– Домой едем...
– пожимаю плечами. Менты подходят ближе и встают у меня по бокам. Инга приближается к машине, достает из сумочки сигареты и зажигалку.
– Предъявите ваши документы...
– спокойно требует мент.
Приходится подняться. Вытираю руки о тряпку.
– Что случилось, дорогой?
– интересуется Инга с другой стороны машины, как бы совсем не замечая ментов.
– Проверяют документы, - отвечаю ей с раздражением в голосе.
Мы не сговариваясь начали играть роль супружеской пары.
– Мы разве в чем-то провинились, господа?
– интересуется Инга у полицейских.
– Это ваша жена?
– хмуро спрашивает меня один из ментов.
– Жена, - вытаскиваю из машины техпаспорт и права. Подаю их полицейскому. Тот пролистывает документ.
– Откройте капот, - говорит мент.
– Может, вы мне позволите доделать работу с колесом?
– я уже начинаю злиться.
Раннее утро, и улицы совершенно пустынны. Тем более сегодня воскресенье, и народ раньше девяти часов подниматься не захочет. Самое основное в данном моменте, это чтобы полицейским не пришло в голову меня обыскивать.
– Проверка не займет много времени...
– настаивает мент.
Делаю то, что просят. Мент сверяет номера. Инга закурила. Закрываю капот.
– Мы вынуждены вас обыскать, - сообщает полицейский, пристально уставившись мне в лицо.
Пожимаю плечами.
– Кто же вам запретит, - усмехаюсь я.
– Обыскивайте.
Ко мне подходит второй сержант. Он ниже меня на голову.
Без замаха, коротко бью ему в челюсть, но мой удар уходит вдруг в пустоту. Тут же в моем животе взрывается адская боль. Мент, скорее всего, оказался неплохим боксером, и я ему с ходу проиграл. Падаю спиной на асфальт, резко оттолкнувшись ногами. Второй удар просвистел рядом с моим носом, и я даже почувствовал, как кулак легавого слегка зацепил мою кожу на лице, но прошел вскользь.
Грохаюсь на асфальт и понимаю, что не успею достать свой пистолет. Второй мент уже выхватил ПМ и наставил его на меня, передернув затвор.
– Лежать! Руки за голову!
– вопит сержант.
Вдруг голова у него дергается, и из нее вылетает пыль. Не пыль, конечно, а мозги. Второй мент также получает свою пулю.
– Антоныч!
– появляется надо мной Инга с маленьким пистолетиком в руке.
– Нам стоит отсюда быстрее уехать...
Быстро завинтив болты, забрасываю домкрат в багажник и прыгаю за руль. Валим из города. Удивляться мне пока некогда. Я и не удивляюсь.
Инга мне открылась полностью. Даже я почувствовал себя после ее объяснений как-то неуверенно. Я видел, с каким хладнокровием она пристрелила двух полицейских. Если бы не наблюдал это сам, никогда бы не поверил, что такое могла сделать женщина. Да и то, как она жестко расколола киллера в кемпинге, также говорит само за себя.
Инга - высокооплачиваемый киллер из столицы. И прибыла она сюда, чтобы выполнить заказ на Грома. Вот, Грома уже и в Москве заказывают. Не знаю точно, что могло заставить девушку открыться мне полностью, но я признателен ей за это.
– Ты могла бы не выполнить свою работу?
– интересуюсь у нее. Инга отрицательно качает головой.
– Я уже получила аванс. Отказаться я не могу ни в коем случае. Разве что...
– Что?
– Если объект вдруг исчезнет в неизвестном направлении...
– Ты знаешь своих заказчиков?
– Нет.
– Инга улыбается, но невесело.
– Если бы я знала хотя бы одного из тех, на кого работала, меня бы не было в живых...
– Давно ты занимаешься этим?
– удивляюсь я.
– Не важно. Я выросла в детском доме. В самом, наверное, дерьмовом детском доме. Нас там постоянно били, трахали... В общем, учили жизни... Потом меня подобрал один серьезный человек со связями. Я до сих пор не знаю, кто он на самом деле и чем реально занимается в этой жизни. Он сделал меня своей любовницей, купил мне квартиру в центре Москвы, воспитал, обучил тому, что я сейчас умею. Он самым первым из всех мужчин, кого я знала, стал обращаться со мной как с женщиной. Он ни разу меня не ударил, хотя мог бы сделать со мной что угодно. От него я получаю все заказы и деньги...