Чтение онлайн

Сэл предупреждает меня о том, что Эмма в моей комнате. Я стискиваю зубы, пока смотрю кадры, на которых мой маленький кролик выскальзывает из нашей спальни, а Винсент продолжает умолять. Она что-то говорит Сэлу, но он не отвечает. Мона морщит нос, но выходит из комнаты. Вижу, как Сэл отпускает ее, но следует за ней. Я продолжаю наблюдать, пока они не скрываются из виду. Мне нужно больше камер.

Полагаю, он мало что может сделать. На прошлой неделе я вел себя как придурок. Мои люди получили сообщение, чтобы держаться подальше от Моны, если только ситуация не станет критической.

— Это твой счастливый день. Мона только что спасла тебе жизнь, Винсент.

Пока что я забуду об этом. У меня есть другие дела, с которыми нужно разобраться. Например, мой маленький кролик, который скачет по дому. Я доверяю своим мужчинам, но посмотрите на меня, я начал войну из-за нее. Никогда не думал, что могу быть таким ревнивым ублюдком. Территориальный, конечно, но это другое.

Обратная дорога в поместье занимает целую вечность.

— Ты действительно злишься на Эмму?

— Я говорил ей не вмешиваться.

Эмме сходит с рук больше, чем кому-либо другому, но она никогда не делала ничего сверх того, о чем я просил. Она отчитала меня больше всего. Я это стерпел. В детстве она была мне как мать, но я сказал ей, что на этот раз все по-другому. Что Мона не такая, как все. Я не позволю задавать вопросы или давить на себя, когда дело касается ее.

— Ты не можешь держать девушку взаперти в своей комнате.

— Ты что, забыл, кто она такая? Ее маленький план? — даже произнося эти слова, они не укладываются у меня в голове. Для Эйдана О'Хэйра имело смысл попытаться уговорить меня начать войну с Росси. Он использовал для этого свою сестру, и она с этим согласилась. Самое поганое, что это сработало.

— Маттео, — говорит Серджио, когда мы въезжаем в ворота.

— Нет, на данный момент мне все равно. — Я хлопаю рукой по приборной панели. — В этом-то и проблема.

Это показывает, как далеко я уже зашел. Мне должно быть не все равно, но нет. Я все еще держу ее. Она останется со мной. Я готов сделать все возможное, чтобы быть уверенным, что она — мое будущее.

Как только внедорожник останавливается, выхожу и направляюсь прямо к входной двери. У меня есть неплохая идея, где она может быть. Я почти дошел до входа на кухню, когда услышала тихий смешок. Останавливаюсь как вкопанный и прислушиваюсь. Еще один звук пролетел по воздуху, вызвав у меня смешанные эмоции.

Переступаю порог кухни и вижу Мону за кухонным столом, они с Эммой что-то готовят. Как только Мона видит меня, ее улыбка исчезает. Она замирает на месте.

— Кролик.

— Каттанео. — Она облизывает губы.

— Маттео, — поправляю ее, отчего она морщит свой маленький носик. Когда она чего-то не понимает, она это делает. — Оставь нас.

Эмма борется с ухмылкой. Мы поговорим позже. Этой женщине повезло, что я люблю ее как мать.

— Сэл, — окликаю его, прежде чем он успевает уйти. — Никаких посторонних глаз.

— Понял, босс, — говорит он, оставляя нас одних.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает мой маленький кролик.

— Я здесь живу.

— Верно. — Мона прикусывает нижнюю губу. — Я, пожалуй, пойду обратно...

— Ты никуда не пойдешь

Ее губы поджимаются в ответ.

— Я знаю это, Каттанео.

Она практически выплевывает мою фамилию. О, она действительно в бешенстве. Это делает нас похожими друг на друга. Неважно, что делает Мона, мне всегда тяжело с ней. Меня это тоже бесит. У меня никогда не возникало проблем с самоконтролем, когда дело касалось этой сферы моей жизни.

— Не думай, что я не переверну тебя с этого маленького табурета и не отшлепаю по заднице, Мона. — Она делает неуверенный шаг назад. — Бегство сделало бы все намного хуже.

— Тогда сделай это. — Ее подбородок снова вызывающе вздергивается. Этого достаточно. Я оказываюсь рядом с ней в мгновение ока. — Маттео! — она издает тихий вскрик. Приподнимаю ее за бедра, усаживая на островок. Ее пальцы сжимают мою рубашку. Мой взгляд падает на ее губы. Я не целовал ее с той самой ночи, когда она впервые появилась здесь.

Запускаю пальцы в ее волосы, заставляя запрокинуть голову. Ее чертовы зеленые глаза каждый раз поражают меня до глубины души.

— Это не порка. — Она меня провоцирует.

— Нет, не она, Мона. — Я медленно наклоняюсь, показывая свое намерение. Она не пытается отстраниться; ее глаза закрываются, когда мои губы касаются ее губ. — Произнеси мое имя еще раз.

— Маттео.

Я издаю стон, завладевая ее ртом. Она скользит руками по моей груди, обхватывая меня за шею. Мой язык ласкает ее. Я приподнимаю ее платье, чтобы оно не мешало, и подвожу ее к краю стойки.

— Обхвати меня ногами, кролик.

Мона делает, как я говорю, прижимаясь киской к моему члену. Сжимаю ее бедра и покачиваю, заставляя тереться об меня. Чувствую жар ее возбуждения через штаны.

— О, — стонет она.

Я продолжаю двигать ее вверх и вниз по своему члену. Мой рот скользит вниз по ее шее. Было бы так просто просунуть пальцы в ее трусики и оттянуть их в сторону. Засунуть свой член в тугое влагалище. Одной этой мысли достаточно, чтобы заставить меня кончить.

Мона тоже издает стоны удовольствия, кончая вместе со мной. Прижимаюсь губами к ее шее, не желая пока отпускать ее.

— А теперь ты скажешь, чтобы я замолчала и пошла спать?

Я улыбаюсь, уткнувшись в ее шею, радуясь, что она этого не видит. Не знаю почему. Я должен перестать бороться с этим. Я уже проиграл. В последний раз целую ее в шею.

— Я подумала, может быть... — Мона морщит нос.

— Что?

На ее руках розовые и золотые блестки. Какого черта она меня спрашивает? Откуда мне знать, о чем она?

— Это зависит от тебя. — Она кладет руку мне на плечи, придвигаясь обратно, но не сильно. — О. — Как будто в ее голове щелкает какой-то переключатель.

Она внезапно толкает меня в грудь, и я отступаю назад только из-за выражения ее лица.

— Какого черта?

— Ты такой придурок! — не могу этого отрицать. — Ты был с другой девушкой, а потом приходишь сюда и делаешь, — она широко разводит руки между нами, — все, чтобы тут не произошло со мной, — в ее голосе не только гнев, но и обида в глазах.

Понятия не имею, о чем, черт возьми, она говорит.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Я не дура. — Она прищуривается, глядя на меня. — Я знаю, ты так обо мне думаешь. — Она делает свой выпад, ссылаясь на то, что я сказал ей, когда был зол, и попадает в точку. — Но я всю жизнь росла среди таких мужчин, как ты. Я знаю, что происходит за закрытыми дверями, — продолжает она.