Чтение онлайн

Что здесь говорить про хозяина тёмного мира? Годами не было ни одной жертвы. Алтарь пылился. Люди были сами хозяева своего счастья! Но так думали только они! А как известно, из истории, то все эти походы к светлому будущему, призывы к свободе, равенству, братству и демократии всегда заканчивались реками крови.

То, что тщательно старались скрыть, не замечать в человеке, за лозунгами и маршами, в критический момент выходило наружу. Выходило всё самое мрачное, ужасное, злобное, отвратительное то, что было спрятано на дне его души. Хозяин тёмного мира просто ждал. И жертва, которая не была принесена хозяину тьмы, увеличилась в десять, сто, тысячу раз. И тьма поглощала всех – и правых, и виноватых.

– И почему так происходило?

Потому что пограничники ушли из серой зоны! Такие, как мы, лейтенант. По этому, мы должны быть! И мы будем! Мы нужны при любой власти, при любом строе! Мы нужны для баланса сил. Иначе – очередная катастрофа. Баланс должен быть, иначе система идёт вразнос. Да, мы не ангелы, но мы и не бандиты. Мы – балансируем систему! Но это внешняя, большая система, но и малой системе нужен баланс! Понимаешь?

– Пока не очень…

Ну вот. Смотри! Ты, я, мы, отдел, ОВД, ГУВД… Мы все решаем общую задачу. Мы единая система. Понимаешь?

– Вроде да…

– Вроде. Смотри. Поскольку мы находимся внутри системы, являемся её частью, винтиками и шестерёнками, если хочешь. Но, мы должны работать так, чтобы не вносить дисбаланс в работу всей системы. А система защищает нас, помогает нам, чтоб не нарушить работу всех. Потому как, если засбоило на нижних этажах – резонанс идёт по всей системе… То есть общее, целое зависит от части, а часть от целого. Вот такая диалектика жизни. Смекаешь?

–Да, круто. Как всё сбалансировано!

– Ну, теперь понял?

– Товарищ майор, а давайте так: Вы отдаёте приказы, а я их выполняю, но в рамках закона!

– Ты меня как будто не слушал? Я перед кем здесь полчаса распинался? Мы здесь не приказы выполняем, а дело общее делаем! У нас, в нашем коллективе, всё общее и проблемы, и радости, и доходы, и расходы. Каждый понимает ответственность за своих товарищей. Но, коллектив у нас мужской и дружить умеют, но и спросить могут. А ты – приказы, законы! Понял?

–Угу…

– Ну, вот и хорошо! Как говорится – вливайся!

– Сынок, иди, поешь! Всё уже готово!

– Чего орёшь? Иду! – Рудольф с неохотой оторвался от компа и пошёл в гостиную, где был накрыт обеденный стол. Он с пристрастием оглядел стоящее на столе.

– Это что?

– Обед,- с осторожностью сказала мама.

– Я тебя спрашиваю, что на обед!
–  напористо настоял Рудольф.

– Борщ и котлеты.

– И ты думаешь, что я это буду жрать?

– Сынок, ну почему – жрать? Просто пообедаем.

– Сама это жри!

Рудольф развернулся и пошёл в свою комнату, на второй этаж.Отношения Рудольфа с матерью совершенно не складывались.

Родители были люди старой формации – «совки», как называл их Рудольф. Отец, в советское время занимал высокую должность в администрации, был начальником городского транспорта – «начальник транспортного цеха», как он сам над собой подтрунивал. Удачно сориентировался в новые времена и возглавил, крупнейшее в области, транспортное предприятие. Мать всё время была при нём домохозяйкой. Встречала с работы, кормила ужином. С утра провожала. Всегда гладила свежую белую рубашку «на выход».

Рудольф был единственным сыном. Учился неплохо, но ничего особенного. Но когда у отца появились финансовые возможности, то выбор обучения не ограничивался ничем, и Рудольф уехал доучиваться заграницу, в Америку. Тогда это было модно, дорого и престижно. Рудольф уже почти закончил учёбу, когда умер отец. Не выдержало сердце - инфаркт. Это случилось в ста километрах от города и довезти до больницы так и не успели. На похороны Рудольф не поехал, сославшись на учёбу.

Появился только через полтора года, уже повзрослевший, с амбициозными планами. Америка сделала своё дело. Рудольф приехал в «непросвещённый совок» и очень от этого страдал. Ещё он жалел, что не принял участие в распределение наследства. Партнёры отца несильно занизили стоимость его активов, выкупили долю за хорошие деньги. У вдовы осталась приличная сумма на счетах и несколько объектов недвижимости, помимо загородного дома, в котором она проживала. Но Рудольф подал на мать в суд.

– Сынок, если тебе нужны деньги, то ты скажи! Зачем на меня в суд-то подавать? Мы же родные люди!

– Ты мошенница и обманула меня!

– Я? Сынок, ты что?

– Я не собираюсь у тебя выпрашивать по пять долларов на жвачку!

– Сынок, но зачем так-то! Я дам тебе столько, сколько тебе нужно!

– Два миллиона долларов!

– Сынок, но зачем тебе столько?!

– Я знаю – зачем мне! А вот тебе зачем, то понять не могу! Разве, что капусты на весь мир насолить! И я не собираюсь тебе объяснять зачем, но хочу забрать свои деньги и уехать из этого совка!

– Уехать?! Из совка?!

– Что ты за мной, как попугай повторяешь? Я - ясно выразился!

– Но там нет столько наличных денег!

– Продай две квартиры, я уже нанял риэлтора. Куда тебе столько?

– Да мне-то и не надо! Всё равно всё тебе достанется!

– Достанется?

– Ну, да. В наследство.

– Я не собираюсь ждать, пока ты кони двинешь! Жить мне нужно сейчас!

– Но зачем так много денег сразу-то? Это же опасно! Мало ли что?

– Мало ли что? Это у вас здесь в совке бесконечное «мало ли что»! Я здесь жить не собираюсь!

В суде подписали мировое соглашение. Рудольф получил запрашиваемую сумму, но никуда не уехал. Жил в доме с матерью, но разговоров и общения не получалось. Рудольфа раздражало в матери всё! Но главное - это её совковость! Её привычки, её слова, её восприятие мира, её бесконечная забота и попечительство. Он считал себя открытым миру человеком дела, который не собирается размениваться на сантименты, поддаваться чувствам, отказываться от рационального.

Он строил планы по развитию финтех стартапа в Америке и не хотел принимать материнские заботы, чтоб не перенять от неё такие же совковые манеры. Совок, а совком он считал всю территорию бывшего Советского Союза и его окрестности, он презирал, не любил и боялся. Боялся заразиться этой сентиментальностью, привязаться к этой территории, к её смыслам. А воплощением совка перед ним выступала - мать! Она была носителем этого прочного совкового кода. И Рудольф всячески старался избегать общения с матерью, родственниками и бывшими друзьями.

Теперь у него был другой круг общения - прогрессивная молодёжь, которая называла себя золотой. У всех были умопомрачительные планы, но ближайшим местом их реализации был Лондон. А дальше уже - Америка. В совке никто оставаться не собирался. Там, в этой компании, на одной из тусовок, он познакомился с Нелли. И у Рудольфа унесло крышу!

Нелли хоть и была на шесть лет старше Рудольфа, но была настоящей бомбой – секс-бомбой. И Рудольф пропал. Они снимали самые лучшие отели, объездили вместе все курорты, посещали все светские рауты, ужинали в самых дорогих ресторанах. Когда вечером, в отельном номере, Нелли скользила по нему, он боялся, что сейчас потеряет сознание. Они соединялись и не могли оторваться друг от друга. Они наслаждались друг другом, и Рудольф забывал о расставании с совком, об Америке, о бизнесе, о матери. Так продолжалось три месяца. Мать иногда звонила, но Рудольф, морщась, игнорировал вызов.