Рожденный, чтобы жечь! 2
Шрифт:
«Вот же мелкий демон! — подумал Боря. — Специально издевается».
В голове мелькнула безумная мысль: а что, если этот карапуз проверяет его на прочность? Бред, конечно, но в этом мире уже ничему нельзя удивляться.
Он снова посмотрел на листок с набросками: алфавит, словарь, попытки ассоциаций…
Всё впустую! Малыш, казалось, прекрасно понимал, чего от него хотят, но намеренно саботировал все усилия. И ведь не скажешь ему ничего! Не наругаешь. Маленький, беспомощный ребенок…
Боря плюхнулся на кровать, чувствуя себя выжатым лимоном. Голова гудела, в глазах плясали разноцветные погремушки, а в ушах звенело эхо его собственных невнятных попыток сюсюкать с младенцем. «Агугли», «маги»… да он скоро сам начнет изъясняться на этом тарабарском языке!
Он уставился в потолок, пытаясь упорядочить хаос в голове. Как наладить контакт с существом, которое общается исключительно посредством улыбок, плача и странных булькающих звуков?
«Черт, всё гораздо сложнее, чем казалось».
Перевернувшись на бок, Боря закрыл глаза. Он представил себя лингвистом-первооткрывателем, который пытается расшифровать древний, никому не известный язык.
Только вместо древних табличек у него под носом — подгузник и периодические неожиданные «сюрпризы». Задача, прямо скажем, не из легких.
«Ладно, — подумал Боря, проваливаясь в сон. — Завтра будет новый день. Попробую что-нибудь еще. Может, песни? Или танцы? Хотя после моих танцев он точно решит, что я сумасшедший».
Усмехнувшись собственной мысли, он окончательно погрузился в объятия Морфея, где ему снились алфавиты из погремушек и карапуз, дирижирующий оркестром из детских пищалок.
Проснувшись утром, Боря почувствовал себя немного бодрее.
— Чё ты там, — первым делом юноша услышал голос своего соседа. — Алфавит учишь?
Боря поднялся с кровати и уставился на рыжего, который разгребал нарисованный алфавит на столе. Антон, нахмурив лоб и прищурившись, изучал каждый листик, переводя взгляд то на Борю, то на бумагу:
— Ты алфавит-то знаешь? Или это так, напоминалка?
Шутка, сорвавшаяся с уст рыжего, пришлась не по душе Борису. Он тут же нахмурился в ответ и сжал кулаки. Увидев это, Антошка тут же предпринял попытку улыбнуться, выставил перед собой руки и со словами: «но-но-но» сделал пару шагов к окну.
— Так себе шутейки у тебя, — злобно процедил сквозь зубы Боря. — За такое и по голове получить можно.
— Да не, выдохни, — виновато улыбался Антон. — Это я так, просто чтобы ты сразу проснулся.
Боря смерил его гневным взглядом, но промолчал. Сил на перепалку не было. Он подошел к столу и принялся собирать свои листки, стараясь не смотреть на ухмыляющегося Антона. Сейчас главное — разобраться с карапузом и не вылететь из академии. Так что Антону повезло, что по морде не получил.
Антон, видя, что буря миновала, расслабился и продолжил изучение «алфавита». Внезапно его лицо озарилось пониманием.
— Так вот зачем тебе это! — воскликнул он. — Ты решил научить его читать? Гениально!
Боря остановился, удивленно посмотрев на соседа. Неужели тот и правда поверил в эту чушь? Или просто издевается?
— Ну да, — неуверенно ответил он. — Хочу развить его лингвистические способности.
— Молодец, — похлопал его по плечу Антон. — Я всегда знал, что ты у нас гений. А я тут, понимаешь, сижу, нихера не делаю. А ты будущее поколение растишь!
В этот момент из кроватки донеслось радостное «Агу!». Боря и Антон обернулись и увидели, как Гугля тянет ручки к Боре, улыбаясь во весь рот.
— Ну вот, — умилился Антон. — Он уже тебя узнает! Видишь, как он к тебе тянется? Ты для него как отец родной!
Боря почувствовал, как новая волна злобы заполняет его.
«Отец родной… — пролетело в голове. — Ля, как же они меня зае…».
Да он готов был отдать этого «сына» в ближайший цирк уродов, лишь бы тот перестал мучить его своими лингвистическими экспериментами.
Но вслух он, конечно, ничего не сказал. Просто подошел к корзинке, взял Гуглю на руки и постарался изобразить на лице подобие улыбки. Кажется, его страдания действительно только начинаются.
И эти ощущения были верными.
Первой парой была небольшая практика по огню, причём сегодня был день практики вне стен академии.
Курс собрали в небольшом, но живописном парке на окраине академии. Студенты, одетые в форму академии, расселись на поваленных бревнах и больших камнях, внимательно слушая указания преподавателя. Боря с корзиной на коленях чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что все взгляды прикованы к нему и его необычному компаньону.
Особенно выделялись две девушки, сидевшие неподалеку. Они то и дело перешептывались, бросая косые взгляды на Борю и младенца. Одна, с длинными каштановыми волосами, казалась более любопытной, чем осуждающей. Другая, с короткой стрижкой и надменным выражением лица, явно демонстрировала свое презрение. Боря старался не обращать на них внимания, но чувствовал себя под прицелом.
— … ты его руки видела? Он, наверное… — донеслось до Бориного слуха. Каштановолосая хихикнула, а коротко стриженная фыркнула:
— Тупой качок, очевидно же. Ты лучше на его соседа посмотри…
— Ненавижу рыжих.
Боря скрипнул зубами, но промолчал. Сейчас не время для разборок.
А Антон тем временем вовсю развернул наступление на сердце второй девушки. Понимая, о ком говорят, он решил переманить всё внимание на себя. Он встал с бревна, деловито подошёл к однокурсницам и заявил:
— Слушай, а ты случайно не знаешь, как правильно огненный шар запускать? А то у меня всё время получается какой-то огненный комок… — Антон подмигнул и неловко почесал затылок.
Девушка, кажется, была больше заинтересована в демонстрации своих навыков, чем в Антоновых ухаживаниях. Она закатила глаза и начала объяснять ему основы огненной магии, используя сложные термины и жесты. Антон слушал, кивал и старался выглядеть умным, хотя, судя по его лицу, понимал от силы процентов десять.
Да и со стороны…
«Лошара, — усмехнулся про себя юноша. — Иди оттуда, видно же, она глупая. Подкатов не понимает».
Вдруг Боря заметил Лену. Она стояла чуть поодаль, облокотившись на дерево и с интересом наблюдала за происходящим.