Чтение онлайн

Курайтис слегка улыбнулся.

– Вам удалось бы склонировать Джошуа?

– В этом я сомневаюсь. Клоны, созданные позднее эмбриональной стадии, похоже, не очень жизнеспособны. Но не следует исключать и такого варианта. Если кланы – с их упором на милитаризацию – сумели сделать шаг вперед, то и мы справились бы. Но только не с таким финансированием, как сейчас.

Гален поскреб в бороде, которую отрастил, став Джерардом Крэнстоном.

– Я поговорю об этом с принцем Виктором, доктор Харпер. Разумеется, вам не вернут прежнюю команду – по крайней мере, в течение нескольких лет, которые необходимы для поддержания иллюзии, что Джошуа жив, – но впоследствии вы вновь будете работать вместе.

По выражению лица Курайтиса Гален понял, что разведчик выступит против высказанной идеи, видя в ней подрыв системы безопасности, но Галену было наплевать.

– А сейчас важно лишь одно: чтобы никто в госпитале, за исключением нас, не знал, что Джошуа умер.

– Не беспокойтесь, мистер Крэнстон, все мои люди – профессионалы и патриоты. Подмена прошла гладко. Представленная вами копия уже полностью принята всеми в госпитале за оригинал. Настоящий Джошуа умрет здесь, но где-то вовне он будет продолжать жить. – Харпер повернулся и показал на два выключателя, вмонтированные в стене между наблюдательным окном и дверью. – Все оборудование, поддерживающее жизнедеятельность пациента, находится под контролем этого красного выключателя. Многие считают, что отвратительно наблюдать за тем, как человек в отделении для поддержания пассивной жизни умирает, и потому, нажав на зеленый выключатель, можно закрыть шторой обзорное окно.

Если Харпер, похоже, не решался сделать последний шаг к выключателям, то Гален почти не колебался. Он даже желал как можно скорее отключить систему жизнеобеспечения Джошуа, и лишь на мгновение рука его повисла, преодолевая огромную пропасть между волей и желанием. И в это мгновение вперед шагнул Курайтис и потянулся к выключателям.

– Прошу вас, подождите, – тихо сказал Харпер. – Я понимаю, что Джошуа практически умер уже несколько недель назад, что он ничего не видит и не слышит, но я хотел бы быть рядом с ним в его последние мгновения.

– Я присоединяюсь к вам, – сказал Гален. Курайтис перевел взгляд с одного на другого, и Гален содрогнулся под взглядом этих ледяных глаз.

– По вашему сигналу я отключу всю эту технику. Доктор Харпер прошел в дверь, а Гален остановился и оглянулся на Курайтиса.

– Мне кажется, вы принимаете нас с доктором Харпером за двух сентиментальных придурков.

– Вовсе нет.

– Но вы остаетесь здесь.

– Моя работа, мистер Крэнстон, в том и состоит, чтобы заботиться о существовании той самой вселенной, которая позволяет вам иногда прятаться в гавани сантиментов. А часть этой работы заключается в отключении механизмов жизнеобеспечения Джошуа Марика.

Гален нахмурился.

– Вот как?

– Мне жаль, что парень умирает. Добавлю, что не я причина его болезни, и все же я от души желаю, чтобы он поскорее умер. – Курайтис какое-то мгновение вглядывался в пустоту невидящими глазами, а затем решительно взглянул в глаза Галену. – Я не был с ним знаком, но думаю, что, повзрослев, он стал бы столь же опасен для Федеративного Содружества, как его отец или дед.

– А вдруг он явился бы тем человеком, который объединил бы воюющие народы Внутренней Сферы?

Курайтис не отвел глаз.

– Смерть обычного мальчика полна печали, а все, что сверх этого события, – гипотетично. А я не имею дел с гипотезами. Когда занимаешься делом, всех возможностей не предусмотришь.

– Вы полагаете, принц Виктор прав, заменяя Джошуа подделкой?

– Не мне решать за принца.

– Тем более что именно вы предложили этот план действий.

– Я просто довел до сведения Верховного Правителя об операции, инициатором которой был его отец. И он принял решение ввести в действие план «Джемини».

Гален нахмурился.

– Обманывая Томаса Марика, мы вряд ли избежим больших неприятностей.

– Томас Марик – пацифист и идеалист. Его Рыцари Внутренней Сферы добиваются успеха благодаря военному мастерству, а вовсе не из-за исповедуемой им великой философии. Кроме того, у Томаса хватает и других проблем.

Гален кивнул.

– Я читал сообщение, подтверждающее информацию о состоянии здоровья жены Марика. – Он сузил глаза. – Надеюсь, ее заболевания вызваны не нашими операциями?

Курайтис остался невозмутимым.

– Нет. Мы предпочитаем более тонкие средства.

– Вроде убийства мальчика?

– По крайней мере, он умер смертью, которая, подобно чуме, убивала многих из Дома Марика у них в государстве, а то и прямо в семье.

– Думаю, это слабое утешение для паренька, которому так и не стать взрослым, – сказал Гален, глядя на умирающего. – Иногда так хочется, чтобы жизнь была проще.

– А жить и умирать вовсе не сложно, Крэнстон. Все же остальное – вопрос болтовни и статистики.

– Не думаю, чтобы эта смерть что-то упростила.

– Парню станет проще прямо сейчас. – Курайтис кивнул в сторону двери. – Идите, идите, приглядите, как он отойдет. Хуже не будет, если вы побудете рядом с ним в его последние минуты.

– Вы не хотите к нам присоединиться? Разведчик покачал головой.

– Есть дела поважнее, Курайтис?

– Да. Пока вы будете заниматься его смертью, – спокойно сказал Курайтис, – я начну предпринимать все, чтобы мы смогли уцелеть при разделе его наследства.

Таркад-Сити, Таркад

Округ Донегал, Лиранское Содружество

21 мая 3057 г.

Кейтлин Келл, изумленно раскрыв рот, уставилась на Катрин Штайнер-Дэвион.

– Катрин, ты уверена, что стоит рассказывать мне об этом? О том, что за убийствами наших матерей стоит Риан Штайнер?

Кейтлин медленно опустилась в темное кожаное кресло. Она всегда считала, что комната ее обставлена тепло и уютно, но сейчас ощущала только холод,

– О Господи, а я так переживала по поводу случившегося с ним.

Катрин встала коленями на толстый ковер перед Кейтлин и взяла руки кузины в свои ладони.

– Кейт, если бы я могла оставить тебя в неведении, я бы сделала это. Смерть Риана была ужасной, но не более ужасной, чем то, что он сделал с моей матерью и твоими родителями. Когда я думаю о Моргане и муке на его лице во время похорон твоей мамы… – Голос Катрин прервался, и нижняя губа задрожала.