Чтение онлайн

«— Интересно, — подумал шаман, — это Говорящая с Деревьями сделала? Или покрытие из центральных пещер доставили»?

Между тем Абаш вернулся. В руках он держал какой — то предмет, завёрнутый в кусок паучьего шёлка. Усевшись на стул, страж границы протянул его шаману.

— Что это? — лениво поинтересовался Рурх.

— Мой тебе дар, — подчёркнуто равнодушно сказал брат. — Посмотри.

Шаман осторожно взял свёрток у него из рук и развернул шёлк. Разглядев содержимое, Рурх почувствовал, как его бросило в жар, а сердце часто — часто забилось. В ладонях оказался камень, по форме чем — то напоминающий куриное яйцо, только раза в два больше. Зеленоватый, чуть тёплый на ощупь, он загадочно мерцал внутренним светом.

Всмотревшись, Рурх уловил в яйце слабое движение. Внутри явно находилось что-то живое. Вот только не птица и не зверь, совсем нет.

— Откуда это у тебя?

— С Болота, — коротко ответил страж границы.

— И давно оно так мерцает?

— Да уже почти седьмицу, — страж нахмурился. — Не знаю, кто из него вылупится. И знать не желаю.

— И поэтому, значит, решил мне яйцо подарить? — удивился Рурх.

— Ну, ты ж шаман, кому как не тебе разными чудесами ведать? — хозяин дома развёл руками.

— Действительно, — пробормотал Рурх. — И не поспоришь. А когда это ты ходил на Болото? И зачем?

Абаш ответил не сразу. Вначале страж разлил из меха по кубкам остатки вина, затем отпил один глоток и только потом начал говорить. Он был отменным рассказчиком и очень скоро шаман почувствовал, будто сам пробирается через Болото в отчаянной попытке выжить.

Чуть больше месяца назад на поверхности стали пропадать дивьи. Первым исчез помощник кузнеца, но все подумали, что он просто утоп в Болоте. Наверху всякое может случиться, а тут совсем молодой дивий, которому не исполнилось ещё и пятидесяти. Наверное отошёл слишком далеко от тропы, да наступил на кочку, предательски подавшуюся под ногой. Даже вскрикнуть не успел. Миг, и нету дивья. Тут уж ничего не поделаешь. Болото, оно коварное. Недаром ведь всем, кроме опытных воинов, запрещено отходить от спуска в пещеры дальше, чем на две сотни шагов!

Впрочем, на Заставе горевали недолго. Как — никак на границе с Дикими землями гибель кого — нибудь из дивьев не была чем-то из ряда вон выходящим. Однако следующее исчезновение заставило многих задуматься. Спустя седьмицу после случившегося, на поверхность вышли двое дивьев. Оба справные воины, не новички. Обратно же спустился только один.

Поседевший и окровавленный, в разорванной одежде, он из последних сил добрался до передового поста охранения, где пролежал в горячке два дня. В бреду раненый постоянно повторял что-то о чёрных тенях, утащивших его товарища. Несмотря на все усилия целительницы, несчастный умер, не приходя в сознание.

Теперь всем стало ясно, что на Болоте появилась новая враждебная жителям Подлесья сила. Перед Абашем встал непростой выбор: либо навсегда запретить дивьям подниматься наверх, либо же послать туда отряд, чтобы уничтожить неведомую угрозу. Страж размышлял долго, взвешивая все аргументы за и против.

Выход на поверхность, весьма кстати расположенный неподалёку от заставы удобен не только тем, что иногда даёт возможность полакомиться собранной на Болоте голубикой и клюквой. Не будет его и ради того, чтобы увидеть солнце, раз в год каждому из дивьев придётся пускаться в неблизкий путь к центральным пещерам. Только там в районе Сухого холма располагался второй ход наверх.

С другой стороны, кто его знает, какая тварь свила гнездо на Болоте? Уж больно оно древнее. Поговаривают, что ни у кого из Старого и Изначального леса нет власти над ним. Да там даже болотницы не живут!

Вестников Абаш создавать не умел, так что решение принял самостоятельно. Отправив к вождю гонца с подробным донесением обо всём случившемся, он стал собирать отряд. Выдвигаться решили малыми силами. Не так-то много воинов оставалось на Заставе, чтобы можно было безболезненно оголить границу!

Наверх пошли трое. Абаш, Сиваш и старый Молчан, лучший следопыт на заставе, ведающий не только подземные, но и некоторые болотные тропы. К походу готовились серьёзно, поэтому каждый тащил на себе запас сухарей не меньше чем на седьмицу. Вооружились тоже солидно. Мечи, метательные кинжалы, непромокаемые сумы, заговоренные паучьи кольчуги — из запасников Заставы было извлечено всё самое лучшее.

Выход из подземелья располагался аккурат на краю болота. Здесь ещё было сухо, но стоило отойти на полсотни шагов, как под ногами начало чавкать. Дурное место, гиблое. Топь. Страшное и емкое слово.

Казалось, что вода пристально смотрит в небо черными зрачками окон.

— Ну как? Пойдём? — Молчан провёл рукой по своим редким волосам и уставился на стража.

Абаш прочистил горло.

— Делать нечего. Давай. Осторожно только.

Следопыт хмыкнул.

— Попробуем. Я, правда, ещё ни разу до середины не доходил.

Поначалу идти было не очень сложно. Почва под ногами еще не налилась сильно водой, легко пружинила, словно подталкивая сапог. Так что двигались довольно ходко, однако не забывая прежде чем сделать следующий шаг тыкать вперёди себя палкой.

Страж границы оглянулся. Линия леса осталась далеко позади. Растущие кое — где чахлые сосенки ещё пытались сбиваться в рощицы, но вскоре исчезли и они. Им на смену пришли кустарники: багульник, болотный мирт, вереск да подбел. Кроме них и мха, пружинящего под ногами, на кочках ещё росли травы. Абаш вроде бы узнал пушицу и росянку, пару раз на глаза попадалась морошка.

— На кочки не наступать, — буркнул через плечо идущий впереди Молчан.

Между тем дорога постепенно ухудшалась. Ноги начали погружаться по щиколотку, затем Абаш почувствовал, как в правый сапог просачивается вода. Ледяная. Но всё-таки он пока шёл по относительно твёрдому дну. И на том спасибо.

Через десяток шагов Молчан резко остановился, потыкал палкой перед собой и по сторонам. Свернул вправо. Твердое дно исчезло. Странное ощущение: под ногами будто бы некая упругая зеленая масса, упрямо продавливающаяся под подошвой.

— Стойте! — приказал Молчан.

Он поднял руку и замер, озираясь по сторонам.

— Чуешь что? — негромко спросил Абаш.

Вроде тихо…Но что — то не так, будто неясное предчувствие большой беды нежданно навалилось на плечи, притиснуло к земле, сдавило в тисках. Вдруг захотелось заорать, развернуться и побежать со всей дури обратно к лесу, под защиту спасительных деревьев.

Впрочем, непонятное ощущение исчезло так же внезапно, как и появилось.

— Показалось, — отозвался следопыт. — Туда идём. Там привал сделаем.

Молчан махнул палкой в сторону то ли крупной кочки, то ли мелкого холма, высящегося шагах в шестидесяти от них.

Последняя часть пути оказалась особенно тяжёлой. Шли уже по пояс в воде, морща нос от поднимающейся из Болота тухлой вони.

— Тьфу! Что за мерзость такая?! — впервые за весь поход воскликнул Сиваш.

— Трупы гниют, — лаконично ответил Молчан.