Чтение онлайн

Испуганно оглянувшись на Дарена, дивья сделала шаг навстречу целительнице.

— Возьми его!

Частава протянула руки ладонями вперёд. Те едва заметно дрожали.

— Не трясись! — прикрикнула на неё Васса. — Ты же дочь стража!

Частава сглотнула и сжала посох в руках.

— Коснись пальцем белого кольца и повторяй за мной!

Васса принялась читать заклятие. Говорила она вроде бы и по дивьи, но слова упорно не хотели складываться в понятные предложения. Дарен внимательно слушал, но так ничего и не уразумел. Бессмыслица какая-то!

Закончив говорить, Васса впилась глазами в кольцо. Дарен поёжился, чувствуя нависшие над всеми напряжение. Частава же так вообще дышать перестала.

— Ничего! — целительница утёрла пот со лба и невесело усмехнулась. — А может это и к лучшему…

Она забрала посох у Частавы и перевела взгляд на Дарена.

— Бери.

Найдёныш ощутил в своих руках тяжесть оружия. На ощупь посох оказался гладким и холодным. Дарен коснулся белого металла и начал повторять слова вслед за Вассой.

Вспышка! Белоё кольцо сверкнуло красным огнём, да так мощно, что озарило половину пещеры. Васса отступила назад, прикрывая глаза руками. Вдоль посоха пробежали и потухли языки алого пламени. Они двигались так быстро, что Дарен даже не успел испугаться. Тем более, он совсем не почувствовал от них жара, ну разве что приятное тепло.

— Ух, ты! — даже всегда невозмутимому Молчану изменила выдержка. От удивления, челюсть у дивья отпала чуть ли не до пола.

— Здорово, — хлюпнув носом, прошептала Частава. Она сильно расстроилась из-за своей неудачи с посохом, но сдержалась и не дала волю слезам.

Присутствие духа сохранила лишь Васса. Жена стража лишь на мгновение нахмурилась, а потом тихо сказала: «Похоже, что ты сможешь с ним управиться».

На следующий день, когда Дарен возвращался с пробежки, она подошла к нему.

— Я стану учить тебя обращаться с посохом. Идём со мной, — велела целительница.

Она привела его к нише в скале, вход в которую оказался тщательно замаскирован. Дверь, была сделана так искусно, что её не отличишь от окружающего камня. А ведь Дарен десятки раз ходил мимо и ничего не замечал!

Внутри было на что посмотреть. Стены, пол и потолок тайной пещеры состояли из гладкого чёрного камня, такого Дарен раньше никогда не встречал в подземельях! На ощупь тот был обжигающе холодным.

— Почему он такой?

— Это непростой камень, — ответила Васса. — Только он может выдержать удар посоха. А теперь слушай меня и запоминай…

Так начались их занятия по искусству огневого боя. В эту пещеру Васса приводила Дарена дважды в седьмицу и каждый раз он узнавал что-то новое об удивительном оружии дивьев. Оказалось, что его изготавливают из специально обработанных стволов дикориса. И на создание заготовки может уйти до двух лет, ещё год тратится на нанесение рун. Впрочем, Васса не сильно углублялась в подобные объяснения. Гораздо чаще она рассказывала и показывала, как обращаться с посохом.

Дарен узнал, что у оружия существует три типа огня. Узкий — из посоха вырывается длиннющая, на двести шагов струя пламени толщиной в палец. Она прожигает любые доспехи и даже не очень толстые камни. Кольцевой — пламя бьёт в разные стороны, превращая всю местность на пятьдесят шагов вокруг в безжизненную, засыпанную пеплом пустыню. Последний, и самый мощный вид огня назывался инферно. В этом случае посох создавал вал пламени выше дивьего роста, который уничтожал всё на своём пути.

— Смотри, — объясняла Васса. — С помощью белого кольца ты можешь выбрать, какой огонь будет извергать посох. Поворачиваешь кольцо и раздаётся щелчок. Один раз — получится узкий. Если щёлкнет два раза, тогда кольцевой. Понятно?

— Да, — ответил Дарен, заворожено глядя на посох.

— Теперь попробуй ударить! — предложила Васса. — Целься в ту стену. Представь, что из кончиков пальцев огонь перетекает в посох и скапливается на конце. А потом бей!

Найдёныш глубоко вздохнул. В пальцах закололо, а в следующий миг из посоха вылетела струя огня! Ревущее зелёное пламя ударило в стену, да так, что от камня повалил дым!

— Хватит! — страшным голосом закричала целительница. — Брось посох!

С деревянным стуком тот свалился на пол. Дарен обиженно посмотрел на Вассу.

— Что я сделал не так?!

Жена стража подняла посох и внимательно его осмотрела, после чего перевала взгляд на Дарена.

— Всё хорошо, — успокоила она его. — Просто пламя у тебя получилось уж больно сильное. Да и цвета зелёного…гм…обычно бывает красное! Ладно, стой тут.

Сжимая в одной руке посох, она подошла к стене. В том месте, куда ударила струя огня, камень расплавился и растёкся причудливыми лужицами. Сейчас они исходя жаром, постепенно застывали.

«Удивительно. Огонь ему действительно благоволит, — подумала Васса. — Ни дивьи, ни люди не способны на такое. А ведь ему только десятый год пошёл! Что же дальше то будет?»

На следующем занятии целительница не дала посох Дарену. Она сама показала, как можно жечь огнём вокруг себя, а затем принялась рассказывать:

— Видишь нижнее кольцо? С каждым использованием посоха оно становится всё темнее и темнее и, рано или поздно, почернеет полностью.

— А потом? — тут же спросил Дарен.

— Посох больше не сможет извергать пламя, — грустно ответила Васса. — Он станет обычной, покрытой рунами палкой.

Найдёныш расстроено посмотрел на целительницу. Раньше он думал, что бить пламенем можно сколько угодно. А теперь оказывается вот оно что!

— Не печалься, — угадав его настроение, улыбнулась целительница. — Посоха хватает надолго. Вот этот на Заставе уже четыре года, а ведь я дважды запускала инферно!

— Покажешь?! — с надеждой попросил Дарен.

— Нет, не сейчас, — Васса отрицательно покачала головой. — Эта пещера слишком мала, а если выйдем отсюда, то пламя добьёт до Заставы. Ты же не хочешь всех там убить?

Разумеется, Дарен не хотел. Смущённо улыбнувшись, он опустил голову.

— Дети всегда хотят увидеть инферно… — вздохнула Васса. — Не ты первый и не ты последний.

Она погладила Дарена по голове.

— Теперь слушай и запоминай. Тебе предстоит ещё многому научиться.

В Старый лес пришла зима. Еще вчера тоскливо чернела земля, голые серые деревья четко вырисовывались на низком небе. Но вот, ночью, налетел морозный и снежный ветер. Он и принёс зиму. Утром, как только в белом тумане взошло холодное тусклое солнце, стало видно, что на землю легли глубокие и чистые сугробы. Над лесными тропинками кружевными белыми арками согнулись под тяжестью снега стволы молодых деревьев. Нет-нет да и сорвется такая белая шапка с вершины высокой ели и рассыплется серебристой легкой пылью. Долго потом ещё будет колыхаться освобожденная от тяжести снега еловая зеленая ветка.