Чтение онлайн

— Почему бы мне не показать вам гостевую комнату и найти для вас вещи, которые вы смогли бы надеть, пока кипит вода? — спросил он, возвращаясь в комнату. Его слова и тот факт, что она собралась остаться на ночь с ним, вызвало волну неуверенности прокатившуюся сквозь неё. Она была уверенной, независимой и успешной женщиной, так почему же он заставляет её чувствовать себя неуверенной, застенчивой пятнадцатилетней девочкой? Потому что он, совершенно не был похож на мужчин, к которым она привыкла. Не то, чтобы она много с кем встречалась, но когда это происходило, они не были столь пугающими. Её тянуло к мужчинам, которые были не такими высокими, с таким телосложением ... такими ...

Джексон прокашлялся, напоминая ей, что он её о чем-то спросил. Верно. Одежда? Он собирался предложить ей свою одежду? Или же у него остался запас от его бывших подружек?

Она заставила себя улыбнуться, прикладывая все свои усилия, чтобы казаться равнодушной, как всегда это делала. — Да, это было бы здорово.

Кивнув, он прошёл мимо неё, по коридору, примыкающему к кухне.

— Пойдём со мной, — сказал он, не дожидаясь её. Ханна быстро взглянула на Эмили, а затем последовала за ним. Там было три двери. Джексон, ничего не сказав, прошёл в первую, и она предположила, что та принадлежала ему. Ханна поборола желание заглянуть внутрь. То, как все здесь выглядело, она могла бы поспорить, что комната была безупречной. Он остановился у второй двери, и Ханна, прежде чем в неё вошла, резко остановилась.

— Это ванная. Он щёлкнул выключателем и Ханна заглянула внутрь. Это была просторная, квадратная уборная, и выглядела так, словно недавно была отремонтирована, так же, как остальная часть коттеджа. Мраморные в грубом деревенском стиле полы в сливочно-землистом тоне были отличным фоном для большой, отдельно стоящей глубокой ванны. Массивное, игристое стекло душевой кабины и душ с сильным напором, выглядели потрясающе, как в программе о дизайне ванн, которую она недавно смотрела по телевизору. Сероватая мраморная столешница, с двумя раковинами, возвышалась над шкафчиками из красного дерева.

Глаза Ханны остановились на бритве и зубной щётке Джексона на столешнице. Увидев его вещи она, как ни странно, почувствовала себя интимно и уединённо.

— Одобряете?

Ханна заставила себя улыбнуться. — Она прекрасна. На самом деле, я сожалею о том, что я вот так вторглась к вам.

Полуулыбка, играющая на его губах, слегка ослабла, а в его тёмных глазах читалось удивление. Ханна сделала шаг назад. Она не знала, как они, в конечном итоге, оказались так близко, достаточно близко, чтобы увидеть крошечные крапинки цвета коньяка в его глазах, и тёмную щетину на его лице. И запах свежий, с древесной ноткой в его лосьоне после бритья, который он использовал ...

— И?

— Мы честно никогда не собирались оставаться здесь на ночь.

— Какая разница.- Он вошёл в ванную и открыл тёмный ящик, вытащил зубную щётку, которая была в упаковке и завёрнутый в прозрачный целлофан квадратный набор, наполненный женскими туалетными принадлежностями. Его, должно быть, навещает много гостей женского пола.

— Пользуйтесь всем, что вам понадобится, хотя у меня нет ничего, что может понадобиться ребёнку. Он выключил свет и, не дожидаясь её ответа, пошёл в соседнюю комнату, находящуюся напротив. Открыв дверь, он нащупал выключатель.

— Эта комната такая красивая. Там была кровать королевского размера в виде саней, сделанная из красного дерева с бархатным шоколадно-коричневым одеялом и такими же разбросанными подушками, это выглядело так великолепно и комфортно, что Ханна подавила желание подбежать и поудобнее устроиться на ней. Каменный камин на внешней стене, с двумя кожаными креслами перед ним, гармоничными боковыми столами и антикварным ковром.

— Спасибо, — сказал Джексон, пройдя мимо неё, и включая прикроватную лампу.

Ханна заправил волосы за одно ухо. — У вас хороший вкус.

Он улыбнулся высокомерной, скучающей улыбкой. — Для этого я нанял дизайнера по интерьеру.

Конечно, он это сделал, Ханна. Как будто бы он недели проводил, выбирая ткани для штор и пододеяльников. — О. Ну, что же. Она, или кто бы это ни был, проделал великолепную работу.

Ханна подошла к кровати и открыла свою сумку. Она почувствовала себя идиоткой из-за того, что потеряла бдительность, пытаясь вести с ним разговор. Почему он не мог быть стереотипным компьютерным задротом с бледной кожей, очками с толстыми стёклами, и тощим телосложением? Может быть, если она начнёт устраиваться, он поймёт намёк и в течение нескольких минут оставит её в покое, достаточно надолго, чтобы связаться с миссис Форд и дать ей знать, что она собиралась задержаться.

— Я принесу вам что-нибудь, во что можно переодеться для сна, — сказал он, выходя из комнаты.

Через минуту, Джексон был рядом с ней, держа сложенную тёмно-синюю футболку.

— Вот, она немного великовата, но для одной ночи сгодится.

Ханна, не глядя на него, взяла футболку и положила её на кровать. Это была его футболка. — Благодарю.

— Я буду на кухне, если вам понадобится горячая вода.

— Конечно, — пробормотала она. Это будет самая долгая ночь в её жизни. Она надеялась, что Эмили сегодня вечером будет хорошо спать. Она могла в любое время и в любом месте.

— Я оставлю вас, чтобы вы могли устроиться. Рядом с кроватью есть телефон, если вам он нужен. Я бы использовал его как можно скорее. Я не удивлюсь, если связь пропадёт. Связь по сотовому здесь порой обрывается в самое неподходящее время.

— Отлично. Я, э-э, спущусь через несколько минут.

Он вышел из комнаты, ничего не сказав.

***

Джексон облокотился на кухонную столешницу, глядя на спящего ребёнка в детском автокресле. Чего бы он только не отдал, чтобы вот так же хорошо спать ночью. Он передвинул её ближе к огню. Даже идиот знал, что нельзя держать ребёнка возле двери во время снежной бури. Он провёл рукой по волосам, испуская глубокий вздох. Его вечер проходил идеально, пока маленькая-мисс-с-острым-язычком не разрушила его ежегодную попытку рождественского побега.

Он взглянул на часы. Почему она так долго? Что делать, если ребёнок проснётся?

Он решил, что у неё было более чем достаточно времени, чтобы устроиться, направляясь по коридору в её комнату. К тому же, она оставалась здесь всего лишь на ночь, а не на месяц.

Перед тем, как войти в её комнату, он остановился, дверь была слегка приоткрыта, и был слышен её голос. Он бы постучал, но услышав своё имя, он подумал, что было бы разумно сначала послушать.

— Я нашла Джексона Пирса. Я нашла дядю маленькой Эмили. Спасибо, что позволили мне сделать это, миссис Форд. Я так благодарна ... это выходные, так что никто из социальных служб не будет связываться с вами ... да ... спасибо. Я позвоню вам, когда буду знать больше ... Берегите себя, миссис Форд.

Джексон смотрел на её спину, пытался понять, о чем она говорит, но мерзкое чувство, которое всегда появляется, когда кто-то что-то говорил о его семье, вновь поднялось внутри.

Джексон чувствовал, как страх струится по его венам. Эмили? Дядя Эмили? Как будто почувствовав его присутствие, Ханна обернулась. Её ярко-зелёные глаза были наполнены слезами. Её дядя. Её дядя. Эти тихо произнесённые слова эхом отдавались в его голове и отражались на прекрасном лице женщины, стоящей напротив него. Джексон не мог пошевелиться, его охватил озноб, когда до его сознания дошла истинная причина визита Ханны.