Чтение онлайн

– Ох, да, конечно, - произнесла она, - Два или три раза. В те дни Элен радовалась жизни. Надо полагать, тот брак не являлся её выбором. Сэр Кристиан Стэплтон был намного старше, вы знаете. Но она мирилась с трудностями. У неё были и недовольства, и улыбки.
– Женщина непринужденно засмеялась.
– Возможно, они снова вернутся. Я уверена, что да. Вы - это лучшее испытание для неё.

– Спасибо, - ответил Эдгар.
– Я надеюсь, что Вы правы. Вы знали сына сэра Кристиана?

– Бедный мальчик, - проговорила она.
– Он казался так одинок и застенчив и не очень любим отцом, как я считаю. Но Элен была добра к нему. Она по-матерински заботилась о нём и ограждала от раздражительности отца. Элен всегда обхаживала его своим радостным настроением. Они оба почитали её. Но Вам совершенно не интересно слышать это, мистер Доунс. Это произошло уже давным-давно: я очень рада, что у Элен есть, наконец-то, шанс родить собственного ребенка и она замужем за мужчиной своего возраста. Я вначале была потрясена и, возможно, недоброжелательна к Вам. Приношу извинения за это. Вы – прекрасный молодой человек, я уверена.

– Вы были очень любезны, мадам, - сказал Эдгар.
– Присядьте на этот стул, пока я принесу Вам напиток. Вам необходимо согреться.

К тому времени как проснулась Элен, полдник закончился. Эдгар отослал ей поднос, а гостиная, столовая, бальная комната и холл были убраны и готовы к украшению. Дети постарше уже спустились вниз, а младшие пришли, как только спустилась Элен. Нужно было многое сделать, но и людей оказалось достаточно. Конечно же, сейчас не время для серьезного разговора.

Эдгар заранее был назначен руководить большинством мужчин и некоторыми самыми старшими детьми в украшении бальной комнаты. Это включало в себя: залезание на стремянки и ненадежные наклоны в пространстве. Кора пронзительно закричала, когда увидела своего старшего сына, взобравшегося на одну из лестниц с целью передать отцу молоток. Она продемонстрировала намерение самой залезть на стремянку, чтобы спасти ребёнка, хотя боялась высоты, но была изгнана в гостиную.

Стефани, герцогиня Бриджуотер, и Фанни Грейнджер, самопровозглашённые эксперты в формировании омелы, создавали главную ветвь для гостиной с поддержкой других леди. Элен составляла вторую композицию с помощью детей с любой степенью эффективности. Эдгар заметил, что она с озарившимся энтузиазмом лицом бросилась выполнять это задание. Конечно, сон пошел ей на пользу, в чём женщина уверила его отца и несколько других людей, которые подумывали спросить её об этом. Вся энергия была восстановлена и удвоена. Она ослепительно улыбнулась. Элен игнорировала мужа, как будто его и не существовало.

Конечно, она не могла продолжать эту неопределенность. Наконец, приготовления были сделаны, и всех вызвали в гостиную на горячий пунш, лимонад для детей и ежегодную церемонию крепления веточек омелы, объявил мистер Доунс, когда они все собрались. Взрослые возликовали, и дети заверещали со смехом.

В конечном счёте, они оказались в самом центре комнаты под люстрой. Все пристально глядели на это с восхищением. Маркиз Кэрью начал аплодировать, и Фанни покраснела, в то время как герцогиня засмеялась.

– Это кажется мне подходящим, - произнес мистер Доунс, - Проверить ветвь новыми новобрачными. Мы должны убедиться, что это сработает.

Аплодисменты возобновились. Дети снова закричали. Граф Торнхилл засвистел.

– Давай, Эдгар, старина, - сказал лорд Фрэнсис.

Отлично, подумал мужчина, ступая вперед и дотрагиваясь до руки своей жены, он не поцеловал её на их свадьбе. Эдгар предположил, что задолжал всем присутствующим здесь этот поцелуй.

– Сейчас, дайте мне подумать.
– Он играл с аудиторией, затем положил свои руки на плечи Элен и посмотрел наверх, сведя брови от напряжения.
– Ах, да, здесь. Точка отсчета. Это должно сработать.
– Он усмехнулся жене. Элен улыбнулась в ответ, яркая радость продолжала светиться на её лице.
– Счастливого Рождества, миссис Доунс.

Поцелуй был продолжителен к удовольствию приветствующей их аудитории. Хотя не в его правилах объятия и нежности на публике. Эдгар оказался удивлен потоком теплоты, наполнившим его. Не физической или, во всяком случае, не плотской. Только теплота любви, его и жены, буквально окруженной семьей и друзьями на Рождество.

Эдгар улыбнулся Элен, когда они закончили.

– Это срабатывает чрезвычайно хорошо, - проговорил он.
– Но мы не ожидаем, что кто-то поверит этому просто потому, что мы так сказали. Правда, любовь моя? Пожалуйста, попробуйте все сами.

Розамунда, младшая дочь семейства Кэрью, вывела маркиза под омелу, он склонился над ней, улыбаясь, и поцеловал под аккомпанемент смеха. Никто, казалось, не был готов поймать Эдгара на слове или чтобы кто-то попытался выяснить и подтвердить его мнение. Здесь сложно найти кого-то, кто бы ни целовался, но кто же они? Это двое детей среднего возраста, которые были так взрослы и так юны для поцелуев. У них даже поникли головы, от мысли, что им придется вести себя так исключительно по собственному выбору.

Джек Сперлинг и Фанни Грейнджер были почти последними. Эдгар наблюдал за их застенчивостью и нерешительностью до тех пор, пока мужчина ни собрал всё своё мужество, ни преодолел одним шагом расстояние до девушки и ни встал под недавно освободившееся место под омелой с твёрдой решимостью, которую хотел бы видеть в служащем любой деловой человек, обладающий чувством собственного достоинства. Их губы слились с очевидным желанием, возможно, в продолжение целой секунды. А затем Фанни стремглав бросилась бежать, красная до кончиков ушей, избегая смотреть на своего обожателя и с трудом улыбающихся родителей.

Мистер Доунс-старший был последним.

– Хорошо, миссис Кросс, - сказал он сердечно.
– Я не убежден, что верю всем этим молодым людям. Кажется, есть что-то печальное в этой веточке, в ее прелести, в том, как она висит под тяжестью омелы. Я думаю, мы должны выяснить из-за чего вся эта суета.

Миссис Кросс не стала спорить или даже краснеть, заметил с интересом Эдгар. Женщина спокойно ступила под омелу и подняла свое лицо.

– Я полагаю, что нам следует, сэр, - произнесла она.

Это было странным ощущением наблюдать, как отец целует женщину, даже если это всего лишь рождественский поцелуй под омелой. Он не был склонен думать о нем, как о своём родителе в такие минуты. Это не было тем причмокиванием, которым его отец частенько одаривал Кору и внуков. Хотя он был краток и приличен, это определенно тот поцелуй, которым мужчина обменивается с женщиной.

– Ну, что Вы скажете, мадам?
– Его отец свирепо нахмурил брови и обернулся к кричащей толпе, подпрыгивающим детям, которые немного утратили интерес к процедуре, пока их дедушка не решил принять участие.

– Я думаю, должна сказать, что это действительно омела, сэр, - спокойно и серьёзно проговорила миссис Кросс.
– Я скажу, что в действительности она срабатывает очень хорошо.

– Полностью мои ощущения, - ответил мистер Доунс.
– Теперь я не совсем уверен в чудовищной смеси лент и бантов, которые развешаны в холле. Творение детей и моей невестки, я уверен. Это не омела.
– Он все еще держал свои руки на талии миссис Кросс, заметил Эдгар, в то время как продолжал гримасничать от шума детей, визжавших в негодовании.