Рождественские сумерки
Шрифт:
— Когда опекунство сняли в двадцать два. Помнишь, у меня появились права открыть банковскую ячейку отца? Так вот, там среди денег, документов на дом... Там лежало свидетельство о том, что они меня усыновили. Мне было два года.
— Почему ты мне не сказал?
— Я не знал, как сказать. Я не хотел терять то, что у нас было. Скажи я тебе тогда об этом... всё было бы по-другому, Шилли.
Я предпочел сгорать от того, что ты так рядом и так недоступна.
— А сейчас что изменилось?
— Ты стала неравнодушна ко мне, и я увидел в этой тяге шанс стать твоим навеки во всех смыслах.
— Что нам теперь делать? — я уже немного успокоилась.
— Пусть всё останется как есть и дать нашим чувствам наверстать упущенное. Не гнать лошадей. А ещё поужинать, а то, кажется, кто-то пил ром на голодный желудок. Согласна?
Я кивнула в ответ.
— Я только хочу прочесть твой отчет.
Тобиан вместе со мной на руках сел за рабочий стол и начал изучать отчет. Я прикрыла опухшие веки и умостила голову на его груди, вслушиваясь в дыхание и сердцебиение мужчины. Только сейчас я поняла, что кабинет пропах пионами.
Шок от новости проходит, и, если честно, я успокаиваюсь. Мне уже не страшно от того, что я хочу собственного брата, ведь он мне вовсе не брат. Моё сердце словно освободилось от тяжести. Ах, если бы он сообщил об этом раньше...
4. Глава
Я задремала в руках генерала. Пробуждалась от нежных прикосновений к своему лицу и шепота мужчины.
— Сладкая конфетка, просыпайся. Я приглашаю тебя на свидание.
— Прямо самое настоящее?
— Наше первое.
— Сейчас я в зеркало посмотрюсь только.
— Шилли… Прости, что не вернулся домой, как обещал. Я хотел с охапкой пионов рассказать всю правду по-нормальному. Но не вот так в ссоре. Ещё и с силой напугал.
— Тогда и ты меня прости, что не дождалась… И ничего не напугал. Твоя сила на ощупь как мягкое пёрышко.
— Странно все это… Почему моя сила такая для тебя?
В моём кабинете стояло зеркало в пол. Я поправила платье… Н-да… На свидание и в рабочем. Хорошо, что в шкафу на работе у меня висело несколько приличных. На случай неожиданных приглашений к главе города. Он любил устраивать сюрпризы.
Я выбрала совершенно непышное, на первый взгляд, легкое платье темно-фиолетового цвета. Единственное платье, что открывало моё декольте и при этом скромно смотрелось. От плеч ткань собиралась в воротник на шее.
Цвет лица выровняла и убрала припухлость магией. Пионы стояли уже у меня. Перед тем как выйти к генералу, зарылась в бутоны лицом, вдыхая сладкий аромат. Генерал… Так я его теперь буду называть. Никак не братом!
Выйдя из кабинета, я слышала, как Тобиан в приёмной ругал свою секретаршу и грозился увольнением за то, что на работе она думает совершенно о другом. Долго ждать мне его не пришлось. Он вышел в коридор с суровым выражением лица. Но, увидев меня, его еле заметные морщинки разгладились. Он мне улыбнулся и посмотрел влюбленным взглядом.
Я почувствовала себя на семь лет моложе. Словно я совсем юна и испытываю первую симпатию. Так странно смотреть на него как на мужчину, а не родственника, и знать, что это правда.
Тобиан молча положил мою руку себе на локоть, и мы отправились на наше первое свидание. Любимый ресторан под названием «Сердце моря». В соседнем городке как раз было то самое море, откуда везли к нам свежайшие морепродукты. Я знала, что Тобиан предпочёл бы мясо, но всегда с охотой уплетал то, что люблю я.
В этот раз мы сели не за свой столик, а в укромное место рядом с новогодними елями. Там, где нас никто не заметит. Рождественская атмосфера витала вокруг нас. Я засмотрелась на красивые и пушистые ветки ели. Они все были обвешаны стеклянными разноцветными шарами разных размеров. Магические светлячки летали по всему ресторану.
— Эй, ты чего грустишь? — Тобиан провёл большим пальцем по моей скуле.
— Мы забыли поставить елку впервые в жизни, и уже не успеем, ведь Рождество уже через два дня.
— Успеем, Шилли. — Хитро улыбнулся.
— Ночью после работы?
— Я подписал нам отпуск на пять дней. Так что завтра мы идём выбирать елку.
Нам поставили блюда и бокалы с вином. Официант тактично удалился. Сегодня в ресторане играл рождественский джаз. Боже, какая романтичная обстановка.
— Ты не шутишь? Тобиан, а расследование? На ком будет наша работа?
— Если я генерал, а ты мой советник, нам что, не отдыхать теперь? Я вот настроен проводить с тобой время, радость моей души! Так что завтра мы идём за елкой и будем её наряжать.
— Ты делаешь меня счастливой, Тобиан. Я уже думала, праздника не будет.
— Будет! Ещё как будет! И потом, у нас целый штат дознавателей и ищеек, справятся, не маленькие.
Запечённые гребешки с креветками под сливочным соусом и щепоткой розмарина... Ммм. Блюдо было замечательным, сухое белое вино немного опьянило. А может, близость с генералом, потому что, наевшись, я облокотилась ему на грудь и наслаждалась тем, как поёт вокалист.
— Тобиан.
— Ммм?
Мужчина подлил себе вина и украдкой гладил мой живот. Он никогда так не делал. Это вызывало армию мурашек по всему телу.
— Почему на брошенной улице нет патруля?
— Как это нет? Может, ты просто быстро проехала и не увидела?
— Я пешком шла.
— Ты что? Почему не вызвала карету? А если бы с тобой что-то случилось? Какого хрена я вообще поперся на работу? Нужно было возвращаться.
— У меня не было времени, мне нужно было с тобой поговорить. Вот я и пошла.
Генерал, нежно взяв за подбородок, повернул меня так, чтобы ему было удобно меня поцеловать. Он совсем не торопился, так же, как утром. Ниже живота пробежались легкие вибрации, и между ног заныло от возбуждения.
— Ты что, сумасшедший? А если бы нас увидели?
— И это так заводит, да? Пойдём домой, не против, если мы прогуляемся?
— Да. Ты хочешь проверить брошенную улицу?
— Это в последнюю очередь. В первую — просто с тобой погулять. Погода ведь прекрасная.
Допив вино и расплатившись, мы пошли домой не торопясь. Я разглядывала, что творится в окнах жителей города. В них царило Рождество, смех и радость.
Тобиан держал меня за руку. Не так, как всегда. Обычно она лежит на его локте. Мы болтали о всяких глупостях и планировали завтрашний день. Думаю, что он будет чудесным. Снег красиво падал хлопьями…