Чтение онлайн

– Ты поймешь, почему я не верю в виновность Дэйви. С чего бы ему, незнакомцу, совершать убийство, когда в этой семье и без него полно желающих?

Больше Мэрион ничего не сказала. Она была умнее, чем могло показаться на первый взгляд. Размышляя над всем этим, Берди оказалась в тени огромного фигового дерева, ветви которого нависали над дорогой подобно шатру. Берди заморгала. Ощущение было таким, словно кто-то вдруг выключил свет. В нескольких метрах впереди виднелись ворота фермы. От ворот к старому серому дому, располагавшемуся на самой вершине пологого холма, направлялся грузовик. Дом выглядел мрачным. Вокруг сновали люди и виднелись две припаркованные машины. Хозяева были дома и поджидали гостью.

Вскоре все собрались за большим столом, расположенным в самом центре гостиной. На дальнем конце сидел, сгорбившись, вдовец Брэдли, пребывающий в горе или глубоком замешательстве. Рядом с ним расположилась его тщедушная и весьма агрессивно настроенная мать. Ее лицо избороздили морщины. Сцепленные костлявые руки загрубели от тяжелой работы по дому и на ферме. По другую сторону стола сидели мрачный старший брат Боб и его молодая жена Джулия Уинн, о которой со столь несвойственной для нее резкостью отозвалась Мэрион. Теперь Берди поняла причину неприязни. К таким, как Джулия, женщины всегда относятся враждебно. Ведь та была женщиной до мозга костей, расцветала в мужской компании и совершенно не нуждалась в обществе себе подобных. Джулия просто излучала смешанную с самодовольством уверенность. Она оказалась почти такой же высокой, как Боб, и крепко сложенной, но, судя по всему, это обстоятельство нимало ее не смущало. Эффектный наряд и драгоценности, совершенно неуместные в этой глуши, были призваны привлечь внимание окружающих, а искусно нанесенный макияж делал лицо живым и свидетельствовал о том, что его обладательница прекрасно осознает собственную притягательность. В углу комнаты тикали часы. Тихонько постукивали по блюдцам чашки с жидким чаем, отказаться от которого ни у кого не хватило духу.

– Вы – подруга Мэрион Мур, – произнес наконец Боб с видом человека, желающего как можно скорее покончить с неизбежной и весьма неприятной проблемой. Он говорил спокойно, однако во всей его фигуре чувствовалось напряжение. К тому же Боб то и дело с беспокойством поглядывал на брата.

Берди кивнула.

– Мы вместе ходили в школу. Я юрист, и она подумала, что я смогу ей помочь.

– Можете смотреть все, что вам нужно, – пророкотал большой веснушчатый Брэдли. – Мы так и сказали Тому Мэки. Ему хочется поддержать Мэрион, несмотря на то, что сотворил Дэйви Мур. Но, если честно, я не вижу в этом смысла. Полицейские уже все тут облазили. И вы вряд ли обнаружите что-то новое. – Он исподлобья посмотрел на Берди. В его усталом взгляде читалось напряжение, а загрубевшие от работы руки беспокойно подрагивали на столе.

– Не знаю, смогу ли я помочь, и мне очень жаль, что пришлось вас побеспокоить, – как можно более любезно произнесла Берди. – Но я пообещала Мэрион сделать все, что в моих силах. Ведь она уверена, что Дэйви никому не мог причинить зла.

– Конечно же, она в этом уверена, – равнодушно произнесла со своего места возле чайника Джулия Уинн. Она вскинула изящно изогнутые темные брови в ответ на недоуменные взгляды окружающих, а старуха Уинн презрительно фыркнула. – Что тут удивительного? – упрямо произнесла Джулия, ласково взглянув на свекровь.

– Дэйви Мур и мухи не обидит, – подавленно произнесла та. – Все, у кого есть мозги, это знают. Полиция не там ищет.

Еле заметно улыбнувшись, Джулия пожала плечами и посмотрела на мужа.

– Но если не Дэйви, то кто же тогда это сделал, мама? – мягко спросил Боб.

Старуха обвела присутствующих за столом костлявой рукой и, захохотав, громко вскрикнула:

– Выбирай любого!

В комнате повисла гробовая тишина. Опустив глаза, Берди изо всех сил пыталась сдержать улыбку. Ведь в сложившейся ситуации в действительности не было ничего смешного.

– Вы позволите задать вам несколько вопросов? – с серьезным видом спросила она. – О дне убийства. Возможно, на вашей ферме побывал кто-то еще. Кто-то, о ком вы ничего не знали?

Джулия покачала головой.

– Я бы увидела, – громко возразила она. – Всю вторую половину дня я читала вон там, под деревьями. – Она указала рукой на склон холма, спускавшийся к дороге. Там же виднелись запруда и несколько деревьев. – Мимо проехали несколько машин, и водители заметили меня благодаря красной шляпе. Но ни одна из машин не приближалась к дому.

– Но ведь кто-то мог прийти пешком, – высказала предположение Берди.

– Я бы увидела, – упрямо повторила женщина.

– Вы видели, как уходил Дэйви?

На лице Джулии отразилось сомнение.

– Нет, не видела, – с неохотой призналась она. – Но он мог перелезть через изгородь на другой стороне холма. На границе участка Торсонов. Боб… – обратилась она к мужу.

Тот кивнул.

– Вполне возможно. Дэйви знает эти места как свои пять пальцев. Мисс… э… Он мог выйти через огород нашего соседа. Спросите его.

– Фрэд Торсон все еще не оставил надежды купить нашу ферму, Боб? – неожиданно спросила старуха.

Старший из братьев вновь нервно заерзал на стуле и бросил взгляд на Брэдли. Однако тот не произнес ни слова, продолжая смотреть на сложенные на столе руки.

– Не стоит беспокоиться на этот счет, мама, – пробормотал Боб. – Мы обо всем позаботимся.

– Собираетесь продать, верно? – с укоризной произнесла старуха, окинув сыновей пронзительным взглядом темных глаз. – Теперь, когда Ширли больше нет, никто не встанет на вашем пути. Мне-то ведь уж не по силам бороться с вами, верно? Мне, немощной старухе, которую все вы считаете обузой.

– Мама! – одновременно воскликнули братья, сконфуженно посмотрев на гостью.

А Джулия коснулась руки свекрови изящными пальцами с безупречным маникюром.

– Так будет лучше для всех нас, Джен, – рассудительно произнесла она. – Ферма больше не приносит дохода, и вам это известно. Сейчас людям требуется гораздо больше места. Поэтому Фрэд Торсон хочет расширить свой участок и предлагает такие большие деньги. На эту сумму Боб и Брэд могли бы купить агентство, о котором давно мечтали. И все мы поселились бы в городе, в квартире с удобствами, вместо того чтобы прозябать здесь. Вам понравится, правда.

– В самом деле? – сварливо спросила Джен, пытаясь подняться на ноги. – Знаю я про ваше «житье в городе». Опять отправите меня в больницу с надоедливыми медсестрами, верно? Я это знаю. Но… делайте что хотите. Мне не под силу вас удержать. И Ширли тоже вас не остановит. Слушайте, не трогайте меня. Не хочу лежать. Мне это не нужно!

Безропотно пожав плечами, Джулия крепко взяла старуху за руку и, не обращая внимания на протесты, повела ее в спальню в глубине дома.

– Мама не слишком хорошо себя чувствует, – пояснил Боб, глядя Берди прямо в глаза, как если бы ожидал от нее комментариев относительно устроенной старухой сцены. – Недавно она сломала шейку бедра и была вынуждена отправиться в больницу. Пролежала там несколько недель, но до сих пор не поправилась окончательно. Поэтому за ней требуется постоянный уход.

– Ширли ухаживала за ней как за ребенком, – пробормотал Брэдли себе под нос и поджал губы. – Она была очень добра к моей матери. И знала, как та любит это место. Помнишь, Боб, как она говорила? «Не переживайте, матушка Уинн, они не продадут ваш дом до тех пор, пока я здесь, чтобы им помешать». Ты помнишь, Боб?

– Разве я могу забыть? – сухо ответил Боб и предостерегающе звякнул чашкой. Однако Брэдли не обратил на предостережение никакого внимания.

– «Я ни за что не позволю им снова отвезти вас туда, – сказала она, когда мама вернулась из больницы. – Даже не переживайте. Я здесь и прослежу за тем, чтобы вы закончили дни в своем доме, даже если мне придется работать для этого день и ночь…» – Большое лицо Брэдли сморщилось. – А теперь… теперь Ширли больше нет, и мы…