Чтение онлайн

Он очень, очень надеялся, что им больше не доведётся встретиться. Ревность, обида, злость, ущемлённое самолюбие — год уже прошёл, а весь этот набор мазохиста так никуда и не делся, только теперь к нему добавилась ещё чёртова зависть.

***

— Трахнутая анальная гусеница!

Других слов у Томаса не нашлось. Вернее, нашлись, но они не сильно отличались. На парковке у дома напротив стоял ужасно знакомый чёртов Мерседес. Ну, конечно, долбаное ты дерьмо! Побережье Дании ведь такое маленькое!

Кинув в прихожей пакеты и сетку с дровами, Томас от души хлопнул дверью, после чего стянул куртку и, непрерывно матерясь, прошёл к камину: сумасшедший ветер стих, зато ощутимо похолодало, так что топить теперь приходилось не только ради уюта. На журнальном столике перед диваном, растягивая губы в акульем оскале, светила сиськами в потолок Рудольфия. Томас сел перед ней на корточки и просительно посмотрел в неподвижные голубые глазищи:

— Детка, ну ты же Санта-Клаусиха. Неужели я был таким плохим мальчиком, что не заслужил подарка? Что это за херня через дорогу? На подарок вообще не тянет. — Он протянул руку и осторожно погладил огромную голую ягодицу. — Давай, дорогая, постарайся. Охота тебе смотреть на скучную дрочку? Представляешь, какое порношоу я могу устроить с кем-нибудь? Ради этого даже в спальню тебя перенесу, ну?

Ответа он, понятное дело, не получил, поэтому скривил рожу и встал, направившись на кухню разбирать продукты.

А вечером, почти ночью, стоило ему удобно устроиться на кровати с порнушкой и приспущенными джинсами, как… постучали? Томас выключил звук и прислушался. Точно постучали. Дания! Зима! Жопа мира! Ну кого может нести?! Проклиная дятла за дверью, он, отложив ноутбук, поскакал к выходу, порывисто накидывая рубашку и на ходу застёгивая джинсы. Заморачиваться с пуговицами или прятать стояк ему и в голову не пришло: ночь на дворе — приличные люди в такое время не долбятся, а неприличные сами виноваты. Свет на крыльце высветил красавчика Михаэля с ноутбуком подмышкой. Томас раздражённо распахнул дверь, оставив одну руку на ручке и подняв вторую так, чтобы опереться запястьем на дверной косяк. Михаэль явно не ожидал такого эффектного появления. Обведя глазами выросшую на пороге полуголую фигуру, он неловко улыбнулся и приподнял лэптоп:

— Прости, что так внезапно. Мне очень неудобно, но Йенс обмолвился, что ты разбираешься в компьютерах. У меня конец света: работа горит. Если ноут не заработает, потеряю очень выгодного клиента. Я бы не стал тебя беспокоить, но это правда очень важно.

Томас не мог поверить своим ушам и глазам: такой беспримерной наглости он ещё не встречал. Человек трахнул и увёл его бойфренда, а теперь как ни в чём не бывало просит помочь! И, чёрт бы всё побрал, Томас, долбаный самаритянин, поможет! Потому что мама научила его отвечать вежливостью на вежливость! Выбуркнув какой-то набор звуков, который при большой фантазии можно было перевести как «Проходи» или «Иди на хуй», он направился обратно в гостиную, слушая щелчок закрывающейся двери, шуршание одежды и лёгкие шаги за спиной. Завернув в спальню, чтобы забрать очки для работы, Томас плюхнулся на диван перед камином, молча протягивая руку за ноутбуком. Да, он вежлив! Мало того что никого не послал прямым текстом, так ещё и собрался поработать на любовника своего бывшего любовника, поэтому пошли бы все в задницу: Томас — сама вежливость! Оценив объём работ, он провёл ладонью по мягкому ёжику коротко выстриженных на затылке волос и, нахмурившись, пробормотал:

— Камин затопи. И пива принеси из холодильника. — После чего, помолчав и бросив взгляд на Михаэля, всё-таки неохотно добавил: — И себе, если будешь.

Оторвался от работы он только раз. Проследив за тем, как Михаэль берёт чипсы из большой посудины на столе и потом запивает их пивом, Томас не смог удержаться от ехидной шпильки:

— Тебя Йенс после такого на порог хоть пустит?

В ответ тот от души рассмеялся, с удовольствием сделал ещё один глоток и уютно растёкся по дивану, с интересом поглядывая на Wii.

— Можно? — кивнул он в её сторону.

Томас угукнул и, больше не отвлекаясь, снова сосредоточился на работе. Пока допёр, что крякнулась одна из планок памяти, определил и вытащил сломавшуюся, счёт времени абсолютно потерял, поэтому, когда смог-таки отставить ноут в сторону и с шумным выдохом сочно потянуться, ему показалось, что мышцы вконец одеревенели, забастовали и отвалились. Вредно быть таким фанатом своего дела и идиотом. Забыл, для кого всё делал? Лучше бы не высиживал тут, как курица на яйцах, а удалил бутменеджер с диска С, чтобы ноут только до следующей перезагрузки проработал. Михаэль стоял перед ним, с интересом разглядывая голый безволосый живот, который совсем не скрывала так и не застёгнутая рубашка. Томасу было откровенно наплевать, кто там его рассматривает, а вот на экране телевизора…

— Надо было играть на твоём пользователе. Я бы точно побил твой рекорд, — голос Михаэля просто истекал самодовольством.

Да он издевался! Дразнился! Да-да, разводил, как маленького. Ну как есть пидорас! Пф-ф-ф! Чтобы Томас на такое купился? Да никогда в жизни! Он фыркнул и выставил вперёд горлышко бутылки:

— Ха, деточка! У тебя нет ни шанса против меня!

— Проверим? — провокационно выгнул бровь тот.

— Заводи! Второй пульт в коробке. — Томас подхватился, азартно сверкнув глазами. — Готовь попку, девочка. Сейчас я её надеру!

Михаэль на это только ехидно оскалился:

— Эта девочка сейчас покажет, как играют в бейсбол настоящие мужчины!

— Откуда бы ей это знать? — покапал в ответ ядом Томас, натягивая на запястье шнурок от пульта. — Учись, пока можешь!

В общем, со счёта они сбились часа через полтора. Ещё через час перешли на Тома и Михи. А закончили, когда рассвело. Ну ладно, давно рассвело: первые утренние бегуны уже отбегали, а Йенс пару раз с озадаченным видом выходил на улицу. Решив, наконец, поиметь совесть, Михаэль с Томасом отложили пульты, а последний поинтересовался:

— А ты чего один, кстати, без Йенса?

— Да он уже спал, — отмахнулся Михаэль. — Подумал: какая разница, с ним я приду или нет. Всё равно работать надо было. — Тут он запнулся и застонал: — Работа!

Томас хлопнул его по плечу:

— Думаю, если напишешь своему клиенту о технических неполадках, ничего страшного не случится. Всё-таки скоро Новый год и всё такое, а его во всём мире празднуют. И вообще, скажи ему, что по воскресеньям работают только трудоголики.

О том, что сам, будучи в отпуске, полночи с субботы на воскресенье решал чьи-то проблемы с лэптопом, Томас предусмотрительно решил забыть. Что ж он такой безотказный головожоп, а? Ничему его жизнь не научила.

Михаэль улыбнулся, рассыпался в благодарностях и, махнув на прощание рукой, поспешил откланяться. А Томас запустил посудомойку и, убрав пустые бутылки, довольно раскинулся на кровати, плотоядно вспоминая аппетитную задницу, всю ночь маячившую перед глазами. Видимо, подсознание ей тоже вдохновилось: во снах она присутствовала в таких ракурсах, что по пробуждении срочно пришлось вручную устранять возникшую проблему. Вытирая с живота результаты своего утреннего «труда», Томас уныло думал, что дрочить на любовника бывшего любовника ему ещё не доводилось. Дерьмо.

***

Уже через пару дней идея пораньше закруглиться с датскими каникулами стала выглядеть на редкость привлекательной: честное слово, Томасу иногда казалось, что он рано или поздно встретит этих двоих в собственном сортире. На пляже, в магазине, во время бега… Даже на долбаную заправку они приехали одновременно! А когда Томас вышел из магазина, облизывая мягкое мороженое, присыпанное солёной лакрицей, то наткнулся на такой взгляд Михаэля, что чуть не подавился. Жадная жопа. Раз так хочется — купил бы, а не приличным людям в рот пялился.