Чтение онлайн

Мы продолжили существовать, я в своём кабинете, он в своём.

– Игнат, твоя жена, точнее, Марина, просила картину для неё нарисовать, - Начала я, а потом полушёпотом, и из-за ладони добавила, что эксклюзивную.

– Дорого вышло? – Спросил Игнат, и я сказала, что безоплатно, - Я так не могу, - Говорил Игнат, рассматривая моё творчество. Я нарисовала Марину, но всю в васильках, на белом фоне, чёрным грифелем, и с синей акварелью. Я добавила ещё светлых оттенков и расписалась своим именем, тем, которая рыжая лиса. Мне понравилось, Игнату тоже.

– Можно посмотреть? – Мы резко с Игнатом развернулись от картины к Кириллу, и Игнат с гордостью показал этот шедевр, - А меня нарисуешь? – Спросил Кирилл, и таким голосом, как будто не рассчитывал на положительный ответ.

– Нарисую, - Под удивлённый взгляд Кирилла, сказала я.

Его курица в отделе натворила дел, и мне пришлось возвращать половину штата, которые были уволены её рукой, и якобы от лица Кирилла. Возвращала я женский коллектив.

Мне было плохо. Меня тошнило, меня рвало и у меня туалет, был номером один, в моей квартире. Мне было плохо, и я подумала, что я чем – тот отравилась. Меня спасла Ирина, она просто пришла ко мне в гости, а я чуть не выпроводила её обратно в коридор, сказав, что я чем – то отравилась.

– Дай ка я тебя посмотрю, - Сказала она мне, и я пропустила её в квартиру. Следом за ней пришёл Филипп, и они уже вдвоём смотрели на меня, а потом пришёл Кирилл, и почему – то чуть не ушёл, когда Филипп открыл ему дверь.

– Филиппу пришлось сказать Кириллу, что он мой муж, соответственно, что он руководитель модного бутика, вот это у тебя кавалер, - Уже позже, говорила мне, а точнее писала, Ирина. Кирилл ещё не ушёл, и к моему удивлению, сидел и листал карты таро.

– Ты в этом разбираешься? – Спросила я его, и закуталась в плед.

– Не то, чтобы разбираюсь, но немного умею, - Сказал Кирилл, и показал мне аркан влюблённых, я то подумал, что он мне намекает на влюблённость, а он мне начал трактовать её как правильно сделанный выбор, принятия решения и тд.

– Узко мыслишь, - Сказала я, и зевнула.

– В смысле, не понял меня мой, а точнее наш генеральный директор, и я сказала то, что вижу перед собой. А перед собой я видела влюблённую пару, и да, на горе стояла ещё одна женщина, но мужчина смотрел прямо, а значит, что он уже сделал свой выбор, - Ты смотришь с точки зрения рисунка, а я смотрю, с точки зрения теории.

– Меня Ирина учила, что если применять свою трактовку, то можно изменить и судьбу, и ситуацию, - Кирилл задумался, а потом сложил карты, и сказал, что ему пора домой. У меня было не отравление, у меня были последствия колдовства этой куницы, которая работала у Кирилла секретаршей.

– Где ты её вообще нашёл? – Спросила я у Кирилла, когда мы наводили порядок в его кабинете.

– Это жена моего друга.

– Чего? – Вскрикнула я, и тут – же зажала рот рукой, извинившись перед Кириллом.

– Странно, да?

– Это не странно, это просто не жена. Жена в моём понимание, это та, кто всегда рядом с тобой, всегда любит тебя, уважает и никогда не предаст.

– Ты именно такая жена?

– Ты видишь на моём пальце обручальное кольцо? – Спросила я, и Кирилл отрицательно покачал головой.

– Вот и я не вижу, поэтому, какая я жена, я пока не знаю, - Сказала я, и Терентьев на меня модельно посмотрел, мол, присматриваюсь к тебе.

Мы опять начали общаться, ну, точнее мы и так общались, а тут Кирилл вплотную подошёл к нашим отношениям по колегски. Странное слово, но именно оно, описывает всю суть того, что происходило. Меня такое положение дело не устраивало, он меня целовал? Целовал, так пусть целует ещё.

– Ты как – то сегодня выглядишь иначе, - Сказал мне наш генеральный, и я поиграла бровями. Вообще – то, я сегодня просто пришла в деловом платье. Вшитая выпуклая полоска сзади вдоль позвоночника, такая ещё на брючках приталенных бывает, сбоку. Синий окрас, и приталенный силуэт, в комплекте к нему, высокие сапожки на шпильке, и просто аккуратный пучок.

– Я смотрю, ты взялась за моего брата всерьёз, - Вдруг сказал мне Игнат, и я на него так вытаращилась, что Игнат сразу сдал обороты, и шёпотом сказал «или не взялась».

Она меня добивала, вот именно добивала, или как она однажды высказалась, втаптывала каблучками в асфальт. Я эту фразу запомнил, и запоминал ежедневно, когда вспоминал, как мы целовались, что в прошлом, что относительно недавно. Я вообще, хотел бы повторить наш поцелуй, но Аня от меня бегала, точнее, если будет правильно сказать, я её обижал. Недавно чуть снова не обидел, но вовремя опомнился, и просто догнал девушку, попросив у неё прощения. Я не не понимал что со мной происходит, просто в прошлом, я был балагуром, просто в прошлом, Аня ломалась, а когда сдалась, я не правильно её понял.

Я её целовал, целовал откровенно, целовал заносчиво, и мне бы следовало это притормозить, чтобы я её не обидел, но я этого не понимал. Я обидел девушку, которая мне нравилась, я обидел её грубо, просто не поняв того, что она имеет ввиду.

– Мне не нравится, - Вдруг услышал я её, и у меня злость в глазах заиграла, что я просто начал её целовать более грубо, более напористо.

– Ей не нравиться, а мне думаешь нравиться?

– Что? Но ты.

– Что я? Ты сама ко мне липнешь, сама всегда рядом, вот я и подумал.

– Что ты подумал? Что мной можно воспользоваться? – Я уже не слушал, я хотел продолжить, но аккуратные, наманикюренные ручки просто упёрлись в мою грудь, и меня сорвало. Я просто повалил её на кровать, намереваясь продолжить то, что я начал раньше, но в какой – то момент я понял, что Аня плачет, и мне так стало стыдно, что я просто встал, а позже и вовсе вышел из квартиры.

Я очнулся от того, что Игнат махал перед моим лицом и говорил о том, что Аня сцепилась с одним из клиентов, точнее клиенток. Та утверждала. Что она рыжая лиса, и хотела особого отношения к себе.

– Вы не рыжая лиса, - Услышал я голос Ани, и ей в ответ настоящее сопрано о том, что может Аня понимать в искусстве. Когда я вышел в фойе, на меня смотрела, устала Аня, и расфуфыренная женщина, точнее девушка.

– Я хочу видеть ваше руководство, - Кричала та.

– Я руководство, - Сказал я, и мадам расцвела, чуть ли не полетев ко мне.

– Я требую, чтобы она выплатила мне компенсацию, она мне дерзит, она мне угрожает.

– Как? – Спросил я, посмотрев на Аню. Девушка была усталая, и какая – то замученная. Мы скоро уезжали в зимние сосенки, как их называла Аня, и нам работать оставалось всего ничего.