Чтение онлайн

Ей было бы не так обидно, если бы причиной ее бессонницы явилась бурно проведенная ночь, а не мучительные раздумья о Тони. После того как Дженни утащила его танцевать, Ким на время упустила его из виду. Когда же увидела его снова, он выходил из зала под руку с Дженни.

Вскоре после этого Ким покинула вечеринку, терзаясь от ревности, но не желая признаться в этом даже себе самой.

Справа от нее резко затормозил красный автомобиль. Сердце в груди Ким перестало биться, когда она поняла., что в машине сидят Тони и Дженни. Вместе.

– Привет, Ким, – сказал Тони, распахивая дверцу.

– Привет, – ответила Ким, коротко кивнув. Она С трудом подавила желание убежать и осталась на месте, вежливо ожидая, когда они приблизятся к ней.

– Дженни, помнишь Ким Риссон? – спросил Тони.

Дженни возилась с замком дверцы.

– Я познакомил вас вчера вечером.

Она засмеялась:

– Я мало что помню о вчерашнем вечере. О, мне надо бежать! – воскликнула она, взглянув на часы. – Опять опаздываю. И все из-за тебя, – игриво ткнув Тони локтем, сказала она.

Ким задохнулась от возмущения и двинулась к больнице.

Это уж слишком!

Но они догнали ее.

– Дженни тоже работает в хирургическом отделении.

– Очень мило, – ответила Ким, презрительно взглянув на него. После такого взгляда он не осмелится идти за ней дальше. Но Тони как ни в чем не бывало продолжал:

– Она занимается распределением трансплантатов.

Можно подумать, ей это интересно! Она больше не желает его видеть. Никогда.

Дженни вдруг резко свернула в сторону.

– Пока, ребята. Тони, встретимся около шести. – И, на бегу снимая пальто, девушка помчалась к административному зданию больницы.

Ким и Тони остались одни. Ким продолжала идти, все ускоряя шаг.

– Дженни.

– Меня не интересует эта Джинни…

– Дженни, – поправил Тони.

– Мне все равно, как ее зовут, – оборвала его Ким, подходя к лифту.

– Она живет…

– Послушай, – нетерпеливо перебила его Ким, – не нужно ничего объяснять. Меня не касается, с кем ты проводишь свое свободное время.

Двери лифта открылись, из него вышла пожилая женщина.

– Доброе утро, доктор Хофман, – обрадовалась женщина. – Как хорошо, что я встретила вас. Я хотела спросить по поводу мужа…

Ким воспользовалась заминкой, вошла в лифт и быстро нажала кнопку.

– Ну как тебе понравилось на вечеринке? – как бы между прочим поинтересовался отец.

Ким с трудом выдавила улыбку:

– Все было замечательно.

Ее жалкая улыбка не смогла бы обмануть даже ребенка.

– Неужели так плохо?

Ким улыбнулась:

– Креветки оказались очень вкусными.

– Ты видела там. Тони?

– Да, он был там.

– Ну, и… вы поговорили? – с надеждой спросил Риссон.

Она подозрительно взглянула на него:

– Папа… ты к чему клонишь?

– Да ни к чему.

– Слушай, Тони – не мой тип. Я сама не знаю, что такое «мой тип», но он точно к нему не относится. И хватит об этом. Кстати, мне казалось, что ты его недолюбливаешь?

– Нет, отчего же? Просто я высказал тебе некоторые соображения на его счет. Но, поразмыслив, решил, что если ты хочешь выйти за него замуж…

– Замуж? – воскликнула Ким. – С чего вдруг тебе взбрела в голову такая идея?

Гарольд пожал плечами:

– Ну я же вижу, как он тебе нравится.

– Все, все, все, – сказала она, поднимая руки. – Слушай, папа, он неплохой парень и все такое, но мы… ну… не подходим друг другу. Если я выйду за него замуж, а об этом смешно даже говорить, поскольку мы и встречались-то всего пару раз, но если бы… – чего, конечно, не будет, – если бы это случилось, то вся моя жизнь была бы подчинена графику его дежурств А у меня тоже есть своя работа, которая значит для меня очень много, почти все.

Отец нахмурился, не совсем понимая ее.

– Ты – художница, он – врач Вы не можете пожениться из-за того, что у вас разные профессии? Как это?

– Дело не в том, что он врач. Дело в самом замужестве. Я хочу сказать, что сейчас я постоянно работаю и не обременена такими мыслями, как «когда он придет», и «надо ли приготовить ему обед», и «не пора ли сдать вещи в химчистку»… – Она вздохнула, словно ей стало тяжело от одних этих мыслей.

– То есть главное для тебя – это твоя карьера? – задумчиво спросил отец. – Ты, разумеется, не согласишься со мной, но твои рассуждения очень напомнили мне мои собственные в те времена, когда я жил с твоей матерью.

Ким молчала, пораженная этой мыслью. Неужели она настолько увлеклась сожалениями о том, чего недополучила от отца в детстве, что даже не заметила, как сама встала на тот же путь?

– Ты красивая, хорошая девушка, – ласково заговорил отец. – И не замужем. И, насколько я понимаю, никогда не думала об этом. Почему?

– Да как-то не было подходящей кандидатуры. К тому же я целый день работаю, а к вечеру так устало, что уже не хочется никуда выходить.

– Я не очень хорошо знаю Тони, но он кажется мне интересным молодым человеком… и я знаю, что многие женщины согласятся со мной.

– Вот пусть они и выходят за него замуж.

– Но он не хочет на них жениться. Ему нужна ты.

– Ошибаешься.

Отец пристально наблюдал за ней. Она любит Тони, что бы она там ни говорила.

– Ты боишься повторить судьбу своей матери?

– Что?

– Тони не такой, как я. Он – другой человек… из другого поколения…

– Папа…

Гарольд поднял руку, не давая ей возразить.

– У нас с твоей матерью были свои проблемы. Но это были только наши проблемы. И если ты думаешь, что все дело – в моей работе, то ошибаешься. Это была моя личная вина. И работа не имела к этому никакого отношения.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я считаю, что Тони не должен расплачиваться за мои ошибки.

– Но я полагала, что он не нравится тебе.

– Нравится. Мне не нравится только то, что олицетворяет собой этот юноша.

– И что же это?

– Перемены. И еще меня всегда раздражала мысль, что многие были бы рады, если бы он возглавил мое отделение.

Ким опустила глаза.

Гарольд продолжал:

– Теперь я начинаю думать, что это не такая уж плохая идея. Понимаешь, я перестал бояться перемен… и будущего.