Чтение онлайн

– Вы понимаете, что все это означает?

– Кто-то пытался убить меня, – сказала Пилар.

– Это западня, – констатировал Сагден, обстоятельно и дотошно исследовав дверь, – совершенно обычная западня, устроенная для того, чтобы вас убить. В доме замышляли второе убийство, но на этот раз не удалось!

Пилар молитвенно воздела руки к небу.

– Матерь божья, святая богородица! – воскликнула она. – Почему кто-то хочет меня убить? Кому же я сделала зло?

– Наверное, вам следовало бы спросить: что я знаю такого? – туманно сказал Пуаро.

– Что я знаю? Я ничего не знаю.

Она посмотрела на него удивленными глазами.

– Вы ошибаетесь, мадемуазель. Скажите, где вы были в момент убийства? Вы были не в этой комнате.

– Нет, здесь! Я же говорила вам!

– Разумеется, говорили, но тогда вы сказали неправду. Вы сказали нам, что слышали, как закричал ваш дед, не так ли? – Голос Сагдена звучал обманчиво мягко. Но в этой комнате вы не могли бы услышать крик. – Это мы с мсье Пуаро установили вчера.

– Значит, вы были где-то ближе к комнате вашего деда, – вновь вмешался в разговор Пуаро. – Хотите, я даже скажу где именно. Вы стояли в нише, рядом со статуями, мадемуазель!

Пилар от удивления затаила дыхание:

– Откуда вы знаете? Пуаро украдкой усмехнулся:

– Стивен Фарр видел вас там.

– Это неправда! – воскликнул Фарр. – Это явная ложь!

– Простите меня, мистер Фарр, но вы действительно видели там мисс Пилар, – сказал Пуаро спокойно. – Вспомните, у вас было впечатление, будто в нише стояли три статуи, а не две. Только одна из дам в тот вечер, когда произошло убийство, была в белом платье: мадемуазель Эстравадос. Она и была той третьей фигурой, которую вы видели. Ведь правда, мадемуазель?

Пилар поколебалась секунду, а потом сказала:

– Да, это правда.

Пуаро посмотрел на нее дружелюбно.

– А теперь скажите нам всю правду, пожалуйста! Почему вы стояли в нише?

– После ужина я вышла из столовой и хотела зайти к деду. Я подумала, что он, может быть, обрадуется мне. Но когда свернула в коридор, увидела, что кто-то стоит у его двери. Я не хотела, чтобы меня видели, потому что точно знала – дед в этот вечер никому не велел приходить к нему. И я спряталась в нише – на тот случай, если стоящий у двери обернется. – Она заломила руки. – Затем я вдруг услышала ужасный шум – переворачиваются стулья и столы, бьется стекло, – все, казалось, летит на пол. Я не шевелилась. Мне было страшно. А затем раздался ужасный крик... – Она перекрестилась... Сердце мое, кажется, остановилось. «Кого-то убили!» – сказала я себе.

– Дальше?

– Затем все побежали по лестнице вверх, мимо меня, по коридору. И я побежала с ними.

– Почему же вы не рассказали обо всем, когда мы допрашивали вас в первый раз? – спросил Сагден ехидно.

Пилар покачала головой.

– Я подумала, что вы будете подозревать меня в том, что я убила деда, если признаюсь, что находилась так близко от дверей его комнаты.

– Если вы будете лгать, то тогда мы действительно вас заподозрим, – отчитал ее рассерженный Сагден.

– Пилар! – Стивен Фарр умоляюще посмотрел на девушку. – А кого вы видели перед дверью в комнату старого господина? Кого? Скажите нам!

– Да, скажите нам! – приказал Сагден.

Пилар заколебалась. Глаза ее широко открылись и снова сузились.

– Я не знаю, кто это был, – медленно проговорила она, – но это была женщина.

***

Инспектор Сагден оглядел всех по очереди. Затем с волнением, обычно ему совершенно не свойственным, сказал:

– Это противоречит всем правилам и инструкциям, мистер Пуаро!

– Я знаю, инспектор, – успокаивающе сказал Пуаро. – Но, видите ли, я хотел бы поделиться своими наблюдениями со всеми здесь присутствующими. Я хочу призвать их всех к сотрудничеству, и таким образом мы вместе установим истину.

– Обезьяний театр! – буркнул Сагден себе под нос. Он откинулся на спинку стула.

– Но прежде всего, думается, вы должны задать свой вопрос мистеру Фарру, не правда ли? – невозмутимо сказал Пуаро.

Сагден сжал губы.

– Я хотел выбрать для этого менее официальный момент, – он произнес саркастически. – Но как пожелаете.

Он потянул телеграмму Стивену Фарру.

– Ну, мистер Фарр, или как вас там еще называть! Как вы сможете это объяснить?

Стивен Фарр поднял брови и громко зачитал телеграмму. Затем вновь отдал ее инспектору.

– Да, довольно скверно, не правда ли?

– И это все, что вы можете сказать?

– Оставьте, инспектор, я знаю, что вы сгораете от нетерпения, желая получить объяснение! Вы его получите. Каким бы неубедительным оно вам не показалось, уверяю вас. Я не сын Эйбенайзера Фарра, но я знал и отца, и сына Фарров очень хорошо. Попробуйте поставить себя на мое место (меня, впрочем, зовут Стивен Грант.) Я первый раз в жизни приехал в эту страну и был разочарован. Все вокруг – и люди, и вещи – показалось мне серым и безжизненным. И вдруг в поезде, в котором я ехал, появляется девушка, в которую я влюбился буквально с первого взгляда. Она показалась мне восхитительнейшим существом во всем мире! Мы поговорили с ней, и у меня все крепче становилось решение никогда больше не терять ее из виду. Случайно на ее сумке я увидел наклейку с адресом, куда она направляется. Имя ее мне ничего не говорило, а вот адрес был знаком Я много слышал о Гостон Холле и знал все о его обитателях. Старый Симеон Ли был когда-то деловым партнером Эйба Фарра. И Эйб мне часто рассказывал, сколь замечательной личностью он был.

И тут мне пришла идея поехать в Гостон Холл и выдать себя за сына Эйбенайзера Фарра. Тот, как правильно написано в телеграмме, умер два года назад; но я вспомнил, что Эйб говорил мне, что много лет уже ничего не слышал о Симеоне Ли, и я сделал вывод – старый Симеон Ли тоже, вероятно, ничего не знает о смерти сына Эйба Во всяком случае, я решил попытать счастья.

– Однако вы не сразу решились на это, – вставил Сагден – Сначала вы два дня жили в гостинице «Аддлсфилд».

– Да, потому что хотел хорошенько подумать, прежде чем решиться на такое дело. Но в конце концов решился. Это казалось мне интересным приключением. Ну, и получилось все великолепно! Старик сказал мне: «Милости просим!» и пригласил в дом. Я принял приглашение. Вот, господин инспектор, и все мое объяснение. Если оно вам не нравится, то вспомните на секунду время, когда сами были влюблены, и скажите честно, не совершали ли и вы тогда разных глупостей Меня зовут, как я вам уже говорил, Стивен Грант. Можете послать запрос в Южную Африку и проверить мои показания. Во всяком случае, заверяю вас, что я – не убийца и не воровал драгоценностей.

– В этом я никогда не сомневался, – тихо сказал Пуаро.

Инспектор Сагден в раздумьи провел пальцем по щеке.

– Я, разумеется, тщательно проверю ваши показания, – начал он осторожно. – Хочу узнать у вас еще одно: почему после того, как случилось убийство, вы сразу не сказали правду, а продолжали лгать? Ответ Стивена был обезоруживающим.

– Потому что был идиотом! Потому что всерьез думал, что смогу сыграть эту роль до конца, и никто ни о чем не узнает. И, кроме того, я боялся, что именно в тот момент такое признание вызовет подозрительность А вот о том, что вы, вероятно, пошлете в Иоганнесбург запрос относительно моей личности, я, признаться, не подумал.

– Итак, мистер Фарр – мистер Грант! Я не верю вашему рассказу, – сказал Сагден – Он достаточно быстро либо подтвердится, либо будет опровергнут.

Он вопросительно посмотрел на Пуаро. А Пуаро посмотрел на Пилар.

– Полагаю, что мадемуазель Эстравадос тоже есть что сказать нам.

Пилар сильно побледнела Она еле смогла выдохнуть:

– Да Я никогда бы не сказала об этом, если бы не Лидия и не ее предложение о деньгах. Приехать сюда и разыгрывать спектакль, обманывать и разыгрывать – это было весело! Но когда Лидия заявила, что деньги по праву принадлежат мне, это было уже нечто другое. Это уже перестало быть шуткой.