Чтение онлайн

— Видишь, там проектор. Она пустая, чтобы смотреть фильмы как в кинотеатре. — пояснила я, припомнив, как в свое время мы в обнимку со Шведовым смотрели кино ночами.

— Да? А кто тут живет? — Сонечка решила пойти в атаку с вопросами.

— Твой папа. — не стала уклонятся от ответов я.

— Если тут живет папа, то мама тоже тут жила? — вопросов у Сонечки стало только больше.

— Да, жила. — буркнула я.

— Почему ты уехала? — Соня захлопала своими невинными глазками.

— Потому что твой папа сделал меня самой несчастной. — в этот момент по моим щекам покатились две маленькие слезинки.

— Мама, ты чего? Папа тебя сильно-сильно обидел? Значит, он и меня может обидеть? Мой папа — плохой? Бабушка Лена сказала, что папе ужасно жаль. — Сонечка попыталась обнять меня, насколько позволял её маленький росточек.

— Ах, ничего. Если бабушка так сказала, значит папе правда жаль. — я нагнулась к Сонечке, чтобы разговаривать с ней на равных, и, убрав кудрявые прядки волос с личика дочери, продолжила. — Ты не должна страдать из-за того, что мы с твоим папой что-то не поделили в молодости.

— Это получается, мама больше не любит папу? Бабушка сказала, что папа любит маму. — Сонечка огорченно вздохнула.

— Цветочек, я не знаю, поймешь ли ты меня сейчас, но ты должна услышать правду такой, какая она есть. Когда я еще не знала, что ты живешь у меня в животике, папа поверил словам плохих людей и выгнал меня из дома. — предельно просто попыталась объяснить дочери я. — Он сделал мне очень больно. Если бы твой покойный дедушка и тетя Милена не поддержали меня, я бы уже пропала.

— Мама больше не любит папу. — обречено заключила Соня, потерев глазки.

— Нет, мама не знает, любит ли папу. Когда ты чуточку подрастешь, ты поймешь меня. — попыталась утешить дочку я.

— Мама может полюбить папу, да? — Сонечка с надеждой проговорила.

— Да, конечно. Раз папа меня любит, то и я могу полюбить его снова. — солгала, чтобы не расстраивать дочь, я.

— А папа будет против, если я тут немного похожу? — Соня сгорала от любопытства, моментально оправившись от огорчения.

Пока Сонечка носилась туда-сюда изучаю берлогу Кирилла, я подошла к углу, в котором прорыдала всю ночь. Здесь умерла Лера Шведова. Она плачет в этом углу до сих пор. Ладно, что было то, прошло. Нужно двигаться дальше. Я прошла на кухню, чтобы обнаружить там горы немытой посуды, недопитый кофе, надкусанный бутерброд и… Нет, Шведов, это уже перебор. Когда-то давным-давно я собрала Кириллу аптечку и поставила её на полку на кухне. Аптечка представляла собой такой большой контейнер с крышкой, в котором лежали все необходимые таблетки и мази. Все содержимое Шведов зачем-то высыпал по барной стойке. Рядом стоял стакан с недопитой водой и сильные болеутоляющие. Судя по всему у Кирилла болел желудок. Видимо, у него была веселая ночка. Точно, а ведь на похоронах он выглядел уж очень худым. Даже в день нашего первого знакомства Кирилл был пухлее. Желудок всегда его слабость.

На верху творился какой-то кошмар. Пастель не убрана. Все валяется. С сумкой из кладовки я начала собирать вещички Кирилла. Он не соврал. В кафу ни одной женской кофточки. Тина бы не стала жить в этом свинарнике. Соня прыгала на кровати, разворотив её еще сильнее. В принципе пусть так. Этому хламохранилищу уже ничто не поможет. Только генеральная уборка, но зачем она мне? Здесь обитает Кирилл, пусть и разбирается, когда его выпустят из-под ареста.

В такси я ехала в предвкушении лица Кирилла, когда он увидит мою малышку. Я сгораю от нетерпения. Соня с любопытством разглядывала русскую природу. Для девочки, привыкшей к американской флоре и фауне, она была впечатлена и взволнована. Когда я была ребенком, удивлялась ли я так же Англии? Нет, это вряд ли. Просто привыкла, что живу в двух странах. Я с детства считала себя жительницей и России, и Англии. У меня никогда не возникало вопросов, почему именно так. Не удивлюсь, что Соня захочет остаться на даче. Плюс, там Кирилл. Пусть присмотрит за нашим общим чадом.

Машина въехала на территорию коттеджного поселка. Соня ничуть не удивилась домам. Она уже видела подобные в Америке, но, нужно отметить, что такое разнообразие фасадов её впечатляло. В Штатах, на мой взгляд, все однотипное и скучное. В каком-то смысле даже мода. Россия же изобилует несравненным великим множеством экстравагантных дизайнов, начиная от мебели и заканчивая архитектурой и искусством. Моя малышка такого поворота событий не ожидала.

У дома с высоченным забором, таксист выгрузил сумки, а я позвонила в домофон. Дверь мне открыли быстро. Кирилл ждет. Он стоял на крыльце, засунув руки в карманы, в спортивках и футболке. Видок у него был свежее и жизнерадостнее, чем вчера. Я захлопнула калитку и потащила две огромные сумки с пожитками Кирилла. Естественно, он моментально сорвался с места и отобрал у меня свой багаж. Соня все это время пряталась у меня за спиной, стесняясь «большого дядю». Я взяла дочку за руку и повела её к крыльцу.

Кирилл бросил сумки в прихожей и только сейчас заметил девчушку, выглядывавшую из-за меня. На его лице выступило недоумение, легкий шок. Мысли роились в его глазах. Они носились туда-сюда, не находя ни своего места, ни внятного ответа. Всем своим видом я показала Кириллу, на сколько не довольна его реакцией на моего ребенка. Я, мягко говоря, не довольна. Соня, может быть, умная и развитая не по годам, но все же по-детски застенчивая и стеснительная. Мою малышку порой легко обидеть.

По привычке прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать растущее раздражение, я двинулась вперед прямо к Кириллу, оставив буквально на пару минут Соню, и с угрозой прошептала ему на ухо:

— Моя дочь очень застенчивый и умный ребенок. Если ты и дальше будешь стоять с этим тупым видом, она подумает, что ты не хочешь с ней играть.

— От кого она? — единственное, что спросил Кирилл. — Кто её отец? Твой новый ухажёр?

— Ты уже знаешь ответ. — отмахнулась я. — Еще вопросы?

— Почему ты не сказала? — насел на меня Кирилл.

— Как будто ты хотел знать. — фыркнула я. — Когда я предприняла свою последнюю попытку сообщить, трубку взяла Тина, а ты попросил её принести тебе полотенце. Разве можно нарушать чужое спокойствие своими «проблемами».

— Ты называешь мою дочь «проблемой»? — оцепенел Кирилл.

— Как ты все выворачиваешь в свою пользу. — усмехнулась я. — Я растила её семь лет, пока ты кувыркался с Тиной. Мой ребенок — для меня самый лучший и желанный. С твоей стороны не знаю.

— Ты специально это делаешь? — перевел дыхание Кирилл. — Мстишь мне?

— Нет, просто вон та маленькая девочка хочет познакомиться со своим папашей. Для нее ты сродни НЛО. Она мечтает, чтобы у нее был ты, поэтому я не могу выкинуть тебя из своей жизни. — проговорила я.

— А ты хочешь выкинуть меня? Какая жестокая ты женщина, Лера. — прищелкнул языком Кирилл и еще раз посмотрел на Соню. — Она и правда похожа на меня.

— Доброе утро. — с сарказмом выдала я, похлопав Кирилла по плечу. — Шведов, а теперь подойди к ребенку и нормально поздоровайся. Не заставляй её думать, что она тебе не нужна.

Кирилл снова нервно сглотнул. И где, скажите, его железобетонная уверенность в себе? Он подошел к Соне и, сев на корточки, с улыбкой протянул ей руку:

— Привет. Давай дружить.