Чтение онлайн

Ла бы ты принести несколько пластинок? Вилли поможет тебе их дотащить".

Наконец все было улажено. Состоялся и разговор с Питом, начатый словами: "Алло, Пит, это Дина. Слушай, Пит, мы собирались завтра вечером поиграть в крикет, так вот…" и продолжавшийся, по часам Эйприл, ровно двадцать минут.

— Охотно съела бы сейчас кусочек торта, — зевнув, сказала Дина.

— Я тоже, — согласилась Эйприл. — Но куда девался Арчи?

Арчи лежал на полу посредине гостиной, целиком поглощенный чтением последнего номера комиксов.

— Спасибо, — отказался он. — Я уже съел кусочек.

В кухне было тепло и чем-то очень приятно пахло. Дина вынула из кладовки торт, испеченный матерью накануне: три слоя и наверху толстый пласт глазури на кленовом сиропе. Эйприл проверила, накормлены ли Дженкинс и Хендерсон и спят ли они, как полагается, на своих местах. Нарезая солидные куски торта, Дина стала вдруг принюхиваться, подняв голову.

— Пахнет чем-то печеным! Эйприл, ты не забыла случайно выключить духовку?

— Я? Нет! — Эйприл машинально заняла оборонительную позицию.

— Но кто-то же сделал это? Я, например, не Делала!

На этом спор прекратился, так как в кухню вошла их мать.

— Кажется, пора перевернуть ее и полить маслом, — весело сказала Мариан. На ней были ста-Рые красные вельветовые брюки с выеденными кислотой пятнами, которые остались еще от опытов, проводившихся совместно с Арчи при игре в "Юного химика". Ее ненакрашенное лицо выдавало

усталость, прямые волосы спадали ей на шею. Она чем-то немного запачкалась, на кончиках пальцев виднелись следы копирки.

— Приятного аппетита, — пожелала она, увидев приготовленные порции торта. — К старости растолстеете, станете, как бочки. Скажите, не взглянул ли кто-нибудь из вас на индейку?

— На какую индейку? — удивилась Эйприл. Мариан открыла духовку и вытянула противень.

— Хотела предупредить вас об этом, но, конечно, забыла, — пояснила она. Индейка, к счастью, выглядела великолепно, она подрумянилась и соблазнительно пахла. — Я решила запечь ее сегодня, так как завтра могла бы не успеть.

Эйприл и Дина переглянулись, но Мариан перехватила их взгляды.

— Предупреждаю, убью каждого, кто посмеет сказать, что и завтра я бы об этом забыла, — заметила она с едкой горечью, грозно потрясая вилкой. — Я не рассеянная, — твердо заявила она, — просто у меня слишком много забот. Вкупе с вами. — Она отложила вилку. — Пока не забыла, поговорим о затеянном вами развлечении.

У девочек словно мороз пробежал по коже. Неужели мамуся хочет взять назад разрешение? Сейчас, когда сделаны все приглашения!

— Вы говорили, что гости принесут что-нибудь из еды. Но вам и самим нужно запастись кока-колой, какими-нибудь сладостями, фисташками, еще чем-нибудь…

Обыскав брючные карманы, Мариан извлекла из них несколько листков с заметками, четыре английских булавки, смятую пачку из-под сигарет, шесть спичек, счет от бакалейщика, горсть пуговиц, записку из школы от преподавателя математики по поводу Эйприл, коробочку скрепок и наконец три бумажных доллара.

— Вот вам. Наверное, хватит?

— Ах, мамуся! — захлебнулась в восторге Дина. Эйприл тоже проявила не меньший энтузиазм.

— Мамуся, мы взаправду обойдемся сами!

— Берите, — сказала мать. — Пусть это будет мой взнос. — Она всунула деньги в кармашек на свитере Дины. Сосредоточенно ткнула вилкой в индейку несколько раз. — Готово! — провозгласила она и выключила духовку.

Это была не просто запеченная индейка, а настоящее произведение кулинарного искусства. Мать поглядывала на индейку с некоторой гордостью, Эйприл — с вожделением. Дина положила назад кусок торта.

— Я что-то потеряла аппетит, — пробормотала она.

— Может быть, не стоило запекать ее сегодня? — вздохнула мать. — Завтра в холодном виде она будет уже не такая вкусная.

Из гостиной прибежал Арчи:

— Эй! Чем тут так пахнет? Проснулся кот Дженкинс и, приоткрыв один глаз, спросил: "Мяу-у?"

— Постыдись, врунишка, — упрекнула его Мариан. — Ты же не голоден!

— Зато мы проголодались! — возвестила Дина.

— В конце концов можно позволить себе съесть по одному бутерброду, — решила мать, немного поразмыслив.

В кухне закипела работа. Дина нарезала хлеб, Эйприл намазывала на хлеб масло, мать достала нож для разделки дичи, Арчи принес из холодильника молоко, Дженкинс попросил — и не напрасно — кусочек поджаристой индюшачьей ко-

— Прошу стаканчик пахты, — попросила мать.

— Пахта раз! — закричала Дина.

— Пахта раз! — словно эхо повторила Эйприл.

— Будет выполнено! — ответил Арчи, стартуя в направлении холодильника.

Отрезая толстые ломти индюшатины, мать, чуть-чуть фальшивя, стала весело напевать вполголоса:

На станции в Монро ему сказали: "Опаздываешь. Помни это, Пит".

Троица подхватила не слишком стройным хором: Он управлял старейшим паровозом Модели прежней "девяносто семь".

Дженкинс в знак протеста мяукнул, Хендерсон втянул голову в панцирь.

— Помнишь, мамуся, как ты напевала это Арчи перед сном?

— И ты засыпала под эту балладу, и Эйприл тоже. Это единственное, что я умею петь.

Укладывая сочные ломти индюшатины между тонкими кусочками хлеба, она продолжала напевать:

Чумазому верзиле кочегару

Ты приказал подбросить уголька…

Прервав пение, она показала на Арчи лезвием ножа:

— Держу пари на десять центов, что ты не помнишь следующей строки.

— Принимаю, — согласился Арчи. — Но сначала покажи десять центов.

Отложив в сторону нож, мать порылась в карманах.

— Не трудись, мамуся, — пришла на помощь Дина и, выудив из своего кармана монету, протянула ее матери. Отставив бутылку с пахтой, Арчи набрал в грудь воздуха и защебетал:

Смотри, как взбирается в гору Трудяга девяносто седьмой…

— Я выиграл! А теперь отдай мне десять центов.

— Лови! — закричала мать. Намазав монету мылом, она подбросила ее вверх. Монета прилипла к потолку, а Арчи ойкнул.