Чтение онлайн

«Комсомолкой» удобно пользоваться в пиаровских целях как в Москве, так и в регионах. В обоих случаях все контакты пиар-службы будут сведены к сотрудникам рекламного отдела газеты, с которыми и происходит договорённость о размещении материалов: редакция очень умело изолирует журналистов от возможности неформального пиара. В московской редакции есть даже специальная рекламная служба по работе с регионами, куда, как в центр глобальной паутины, стекаются запросы на имиджевые публикации из региональных вкладок. Цены варьируют в зависимости от полосы, на которую вы хотите поставить ваш материал: существуют общероссийские страницы, которые прочтет вся страна, есть страницы только для Москвы, есть страницы СНГ – ваша новость разлетится по всему бывшему Советскому Союзу. А есть и «КП-Ставрополь», где вы точечно бомбите свою аудиторию в отдельно взятом регионе. Правда, до благословенного момента выхода статьи в печать вам придется пройти малоприятную процедуру ожидания, пока каждое слово вашей безобидной статьи пройдет дроссельный контроль юристов «КП». Юристы в этой газете всегда отличались инквизиторскими способностями. На каждый факт, указанный в статье, типа «Земля – круглая», они потребуют документального подтверждения. «Хотя бы ксерокопию документа пришлите», – садистски улыбнутся они. Иначе все факты и личные имена грозят быть удаленными из текста.

Есть способы бороться и с этим. Однажды в разгар корпоративной войны за очередное промышленное предприятие сотрудник PR-службы некоего холдинга в числе прочих запустил в «КП» один из материалов, выставлявших в нелестном свете тогдашнее руководство спорного завода. В статье было написано, что директор и его прихлебатели в отчаянной попытке спасти свои кресла пошли на крайнюю меру – уволили с завода сотрудников, недовольных их политикой. В городке, где только одно предприятие и существует, такое увольнение равносильно голодной смерти. Социальная обстановка в городе грозит новым обострением. Когда же будет положен конец бесчинствам зарвавшихся?.. И так далее.

«Бесчинства зарвавшихся» возражений у юристов не вызвали. Однако они усомнились в правдивости самого факта лишения сотрудников работы. И ради проверки решили потребовать у заказчика копию одного-двух приказов об увольнении.

Разумеется, таких документов у него не было. Не было даже возможности её быстро сфальсифицировать на компьютере, как иногда приходится делать. Потому что в тот момент он находился на месте событий, в далеком приволжском городе, в своем гостиничном номере.

– Добрый день, – сказали юристы и изложили свою просьбу.

– У меня нет такой копии, – честно признался он. – Она будет завтра. Но материал просто необходимо поставить в завтрашний номер.

– Нам нужны подтверждения.

– Могу предоставить фамилию и имя человека, который был именно так уволен – вчера, безо всякого основания, – с легкостью сказал пиарщик.

– Давайте. Имя, фамилия?

– Павел Иванович Горбунов.

– Паспортные данные?

– Записывайте: серия II-БО № 132582, выдан 14-м ОВД г. Волгограда 19 мая 1992 года.

– А мы можем с ним поговорить лично? – упорствовали юристы.

– Можете. Позвоните минут через десять на номер…

И он дал им телефон своей гостиничной комнаты. Другого номера он дать и не мог, поскольку и фамилию, и паспортные данные выдумывал с ходу, в процессе разговора. Как потом рассказывал он сам, в тот момент он уже совершенно заврался и был готов на всё. Несколько минут он сидел на диване в темноте и полной прострации, и глаза его маниакально блестели.

– Павел Иванович? – раздался звонок наивных юристов.

– Я, – пробасил неестественным голосом «Павел Иванович».

– Редакция «Комсомольской правды». Мы готовим к публикации материал о вашем предприятии и выясняем подробности фактов, изложенных в статье. Скажите, вы действительно были вчера уволены с комбината?

И здесь «Павла Ивановича» прорвало. «Павел Иванович» принялся буйствовать, пуская в ход весь свой запас красноречия. Он ревел, что никогда ещё с ним, мастером 6-го разряда, так не обходились. Что его выкинули на улицу, как дворового пса, но он ещё пойдет туда и вот этими своими мускулистыми рабочими руками выкрутит шею тому, кто… Потом он нервно сообщил (бас начал выдыхаться), что все телефоны в городе прослушиваются и что говорить он более не может.

Но услышанного было вполне достаточно, и юристы оказались удовлетворены. Материал был отправлен в печать, никакого иска за клевету к газете предъявлено не было.

Последняя важная категория печатных изданий – это специализированная отраслевая пресса. Она представлена многочисленными журналами, которые пытаются наладить объективное освещение той или иной отрасли науки, промышленности или сельского хозяйства, но в результате все равно чаще всего сводят деятельность к банальной рекламе. У какого-нибудь журнала «Курьер фармацевтики» очень мало возможностей зарабатывать и поддерживать жизнь в теле собственных сотрудников, особенно в период кризиса. Их не выписывает никто, кроме фармацевтических компаний, количество которых ограниченно, а бюджет тем более, и пары-тройки специалистов столичных НИИ. А корпоративный подписчик, такой как крупная сеть аптек, разумеется, хотел бы получать журнал с позитивной информацией о себе. За что и платит периодически деньги – но сообщений о том, что аптека повысила цены на лекарства или что продажи снизились на 13 процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, рекламодатель видеть не хочет категорически. Так журналу приходится покоряться судьбе и превращаться в подобие рекламного издания, где печатаются лишь бравурно-положительные, неестественно оптимистичные материалы.

На редакцию «Курьера фармацевтики» больно смотреть. Она размещается в двух-трёх тёмных и сыроватых комнатушках в здании какого-нибудь диспансера или склада залежалой продукции. Когда идешь по коридору, пытаясь найти наклеенную на дверь скотчем табличку «Редакция», по пути попадаются страшные люди. В самой же редакции вид у сотрудников усталый, полуголодный и в то же время какой-то одухотворенный. Они готовятся к очередной специализированной выставке, на которой смогут продать в розницу экземпляров двадцать своего издания. Они работают над юбилейным выпуском, в котором ваша компания просто обязана присутствовать. Они также организуют «круглый стол» и только что распечатали на чёрно-белом струйном принтере аляповатое приглашение, которое грозятся отправить президенту вашей компании. За их вопросом вымученной надежды: «Он придёт?» – следует ваше категоричное: «А можно попросить список присутствующих?»

Можно. В списке – ни одного президента или генерального директора, шесть вице-президентов, один заместитель министра, которому давно пора на покой, и 22 человека неясного социального положения. При беглом взгляде становится ясно, что заместитель министра не придёт, а вице-президенты окажутся легкомысленными молодыми людьми, представляющими, как и вы, отделы по связям с общественностью и пришедшими потусоваться друг с другом и выпить бесплатную чашку кофе.

Сотрудники отраслевых изданий будут пытаться прийти к вам в офис. Не совершайте ошибки, лучше сами съездите в редакцию.

Они попросят взять больше, полос пять, – не надо. Они назовут свою цену – улыбнитесь и опустите её ровно вдвое. Знайте, что опытный пиарщик опустит и ещё ниже.

Для написания материала придётся потрудиться посильнее, потому что приличная статья в специализированном журнале должна содержать не только общие сведения, но и определённый набор научно-технической информации. Как правило, из редакции трезвонят каждый день и умоляют прислать текст, потому что они из-за вас уже задержали печать. Вам смертельно не хочется ничего писать, вы даже не знаете, о чем может пойти речь в этом материале, и единственная мысль, которая вас подстёгивает, – что деньги уже уплачены. Каждый раз при телефонном разговоре вы уверяете редактора, что уже наводите последние штрихи на готовый текст, после чего судорожно начинаете соображать, кто из ваших сотрудников мог бы заняться этой ерундой. Ведь для этого нужен человек, который, во-первых, хотя бы в первом приближении понимает текущие процессы в отрасли и, во-вторых, может описать их наукообразным языком. Это тоже особый талант: один журналист писал такие материалы с лёгкостью для любого отраслевого издания. Он употреблял такие синтаксические конструкции, что сомнений в его по крайней мере профессорском уровне не возникало даже у самого взыскательного читателя. Так он и подписывался – «кандидат экономических наук». Помнится, для написания научных статей его эксплуатировали сразу несколько пиар-служб.