Рубежник
Шрифт:
– Всё лучше, чем проснуться оттого, что тебя прямо в казарме жрут, – продолжил гнуть свою линию его оппонент.
– В пургу такую всё один к одному: дозорные и друг друга-то видят с трудом. Если кто и сможет прорваться – один хрен дозваться подмоги не смогут.
– Вот что, пойду пройду по наружным постам и с часовыми понемногу Жизнью поделюсь, – подумав, сказал я собеседникам. Слова про лечение простуд, а то и бронхитов с ангинами показались мне разумными. Лучше предотвратить, что называется. Недаром на Земле придумали такую штуку, как профилактика.
Я остановился посреди галереи, бездумно вглядываясь в клубящуюся белую мглу. Подумал – и стянул с головы шлем. Ветер немедленно забросил мне в лицо добрую пригоршню снега, но я только улыбнулся: буйство неподвластных Стихий Воды и Воздуха словно отгородило меня от окружающего мира вместе с его нескончаемыми заботами. Сержант был прав: силуэты дежурных наблюдателей, сейчас наверняка на все лады костеривших судьбу, заставившую их слепо вглядываться в непогоду под ударами холодного ветра, я едва мог разглядеть справа и слева от себя. И то скорее потому, что рядом с ними словно искры едва тлели сквозь густой снег положенные по Уставу масляные лампы. А так в сплошном белом зыбком месиве при желании и доле фантазии можно было разглядеть любые силуэты. Деревья, дома, животных, людей… ну и конечно же голых женщин. С во-о-от такими… глазами! Всё лучше, чем в любой тени видеть изготовившуюся к прыжку тварь. Некоторые вот реально видели – и мне приходилось прописывать им отвар мелиссы, в которую в особо тяжелых случаях подливался всё тот же самогон. Лучше уж так, чем пробитый пикой товарищ…
А непогода, похоже, всё ещё расходится: ветер всё усиливается, и уже реально завывает. Завывает… Я поморщился: что-то такое я когда-то читал давным давно. Ветер, все сильнее, словно ближе и ближе воющий на разные голоса… волки!!!*
Первым моим побуждением было выдернуть из перевязи копьё и броситься к караулкам – прав был мой мрачный сослуживец, не докричишься до своих в такую погоду. Но понял, что банально не успею – ещё и слететь с мокрых досок могу второпях, и никакая Жизнь не поможет. Решение, как это и бывает в критических ситуациях, нашлось мгновенно – рядом со мной стояла одна из тех бочек с маслом, что выволокли на гребень стены из-за гиены. Не рассусоливая, я пробил верхнюю крышку кулаком левой руки – и тут же выпустил на волю пламя из заклинания-конвертера. Масло ярко вспыхнуло – в том числе и на моей коже, но я уже резко навалился на ёмкость, вложив весь свой вес и умноженные магией силы в толчок плечом. И только после этого попытался стряхнуть с себя пламя. Бочка же словно камень в полный стоячей воды пруд канула в метель под стеной – и только когда я начал взглядом искать другую – снизу сквозь снег глаза резанула яркая желтая вспышка. Достаточно яркая, чтобы высветить пространство на добрых тридцать метров вокруг… совершенно пустое. Чёрт. Чёрт! Неужели приглючило? Про других рассуждал – а сам тем временем тоже кукушкой того? М-мать. Аж трясёт всего…
[*Во “Властелине Колец” Дж. Р. Р. Толкиена Гендальф во время путешествия из Дольна в Морию перепутал вой метели с воем волков.]
…Повреждённая тяжелой бочкой доска опалубки на парапете дрогнула и полетела вниз, а за ней ещё одна. Это не меня трясло, это трясло стену! И только сейчас я расслышал приближающийся слитный гул! Масло, растекаясь, разгоралось всё ярче – и в его свете я увидел мелькнувшие под самой стеной серые тени. Всё-таки волки! А потом я увидел тех, кто их преследовал.
Не знаю, чего серая стая смогла сделать стаду овцебыков – но разозлили они рогатых конкретно. Так, что те понеслись за волками всесокрушающим тараном. А хищники вывели копытных за собой точно на заставу. Причём именно тогда, когда даже магическое зрение пасовало из-за снегопада – и как-то ведь всё точно рассчитали. Вот ублюдочные сволочи!
Нет, условно-травоядные мутанты не настолько ослепли от ярости, чтобы не увидеть горящее масло – и стену за ней. Но набранная инерция просто не давала им остановиться. В какой-то момент мне показалось, что вожак успел отвернуть стадо в сторону – но нет. Прямо на моих глазах тёмная масса стремительно несущихся существ, похожих на маленькие шерстяные холмы, врезалась в угол периметра.
Удар был такой, что меня подбросило и оторвало от парапета вместе с досками, за которые я держался. К счастью, ширина стены была такой, что вниз я не слетел. Удар спиной о пол галереи выбил весь воздух из лёгких, но Жизнь уже через мгновение позволила мне дышать без затруднений и сразу же вскочить. Хорошо что я успел каким-то чудом выдернуть копьё из-за спины – а то мог бы так легко не отделаться.
– Эй! – я попытался разглядеть, что стало с тем постом, который оказался прямо под попавшим под удар углом периметра. – Отзовись!
Чёрт! Тел не вижу. Надо… Уже было бросившись туда, я остановился – и попятился, сам не очень понимая, почему. И понял только тогда, когда угол стены с нарастающим треском и оглушительным шелестящим шорохом начал проседать, складываясь сам в себя.
М-мать. Жеж. Вашу.
– Тревога!!!
Глава 14-2
Северо-западного угла периметра больше не существовало. Правда, нельзя сказать, что теперь проникнуть на заставу, минуя ворота, стало прямо так уж легко: пролом до половины высоты перекрывала достаточно крутая глиняная насыпь, моментально вымокшая под тающим мокрым снегом и уже начавшая обледеневать. Что ж, те, кто придумал строить сооружения укреппунктов первой линии из местного материала и опалубки, в очередной раз доказали свою квалификацию: даже в разрушенном состоянии периметр был всё ещё способен выполнять свою роль. Плохо, но способен.
Я перегнулся через парапет, пытаясь рассмотреть, что творится у основания циклопической глиняной кучи снаружи. Если я всё правильно разглядел, нескольких овцебыков должно было буквально похоронить под завалом — тех невезучих тварей, что не смогли отвернуть и на скорости врезались в стену. Нет, никакого движения – если изменённые и остались относительно целы, из собственными силами сотворенной могилы они выбраться уже не могли. Значит, надо заняться людьми.
Спускаться по осыпи с торчащими из неё обломками досок было плохой идеей. Пришлось контролировать каждый шаг, потому что ненадёжная опора проседала под ногами и с каждой секундой делалась всё более скользкой. Пришлось помогать себе копьём, как банальным посохом. Лучше бы, ей богу, до лестницы смотался и назад — уже по низу. С другой стороны, мой спуск явно занял не слишком много времени – не больше минуты, я думаю. Но люди у нижнего края завала, оторванные от своих дел шумом и грохотом, уже собрались. Собрались — и молча пялились на разрушения с выпученными глазами. И только стоило мне ступить на ровную землю – наконец очнулся горнист на наблюдательной вышке. Резкий звук заставил всех вздрогнуть и растерянно заозираться.
…
Так.
…
– Ты и ты – быстро собрали свои десятки — и на западную стену. То, что от неё осталось, — выцепив взглядом знакомых сержантов, до чьих казарм осыпь буквально пары метров не дошла, начал раздавать приказы я. Да, формально я не имел на это право – но люди просто растерялись. Даже те, кто в теории знал, что делать во время такого чрезвычайного происшествия. Были бы на Сим старожилы… — А ты -- на северную. Да живо же! Щиты скоро поднесут, я распоряжусь. Сразу перекрывайте осыпь построением цепь, но осторожно, слышите!
– Так точно, – того, кого я послал на север периметра, хватило на уставной ответ, остальные молча сорвались с места. Похрен.
– Ты и ты, – я теперь уже не смотрел на лица, только на лычки на рукавах. – На склад за лопатами со своими десятками. Сержантам своим передать: мой приказ. Одна нога тут – другая там.
– Но…
– БЫСТРО! – рявкнул я на рядовых. Другие Рубежники вокруг меня отшатнулись, когда я мазнул по ним взглядом. Горн продолжал петь “тревогу”. – Вы все – чего встали? В цепь, у кого оружие при себе, оцепляйте осыпь по низу. А остальные – к своим казармам за табельным. ЖИВО!!!
– Тащ фельдшер, – небольшая толпа задвигалась, рассасываясь и на ходу начиная выполнять осмысленные движения. Конкретные приказы сотворили маленькое чудо, разрушив ступор в головах. Почти у всех.
– Говори, боец, – я обернулся к горе мокрой глины, прикидывая, с какого места начинать рыть. А рыть придётся – там, у основания стыка стен, была караулка. И пока есть хоть крохотный шанс, что помещение уцелело и люди остались живы – надо рыть. И рыть быстро – потому что воздуха у них там на минуты!