Чтение онлайн

Стоявший у входа стражник окинул меня странным взглядом, но всё же впустил. Я поняла причину его недоумения только тогда, когда дошла до пещеры Раолкана. На мне по-прежнему было надето платье. Если переоденусь, то рискую привлечь к себе внимание толпы; если пойду в платье, внимания всё равно не избежать, когда я полезу в нём на дракона.

Не надо переодеваться. Так люди будут сбрасывать тебя со счетов. В этом заключается одно из твоих преимуществ.

Что-то не похоже на преимущество.

Поверь: никто не догадывается о том, насколько смертельно опасным может оказаться такой хрупкий цветок, как ты.

Было бы чудесно, если бы я владела той мудростью и силой, какие разглядел во мне Раолкан — если бы я была такой же мудрой и сильной, как он сам.

Я в самом деле замечательный дракон.

Он не будет против посторожить мои вещи, пока я не вернусь?

Ты бы ещё спросила, умеют ли драконы изрыгать пламя.

Я приняла его ответ за согласие. Сложив свои пожитки, я проверила, хватает ли ему еды и воды, и поцеловала на прощание в лоб.

Никто не должен этого видеть. Иначе моя репутация будет безнадежно испорчена.

Тебя ведь не связали?

Они не догадываются о том, что я ещё не приручённый дракон.

Хорошо. Кто знает, вдруг ему придётся сорваться с места, чтобы спасти мою шкурку.

Зная тебя, могу сказать, что я обязательно понадоблюсь.

Я ушла от Раолкана, как всегда, с улыбкой на лице. Разве может девчонка желать друга лучше? Держу пари, на всём белом свете нету другого такого же дракона.

Конечно, нету.

Ладно, надо сосредоточиться. Землю окутывали сумерки, но небесный город был похож на светящийся цветок, распустившийся ярким пятном в сгущающейся темноте. Висячие фонари озаряли постоялые дворы, таверны, и даже у некоторых магазинчиков и лавок имелись собственные светильники над дверью. У фонарей, располагавшихся по углам зданий, были вставлены красные стёкла, которые отбрасывали алые блики. Что бы это значило?

Это сторожевые посты блюстителей порядка.

Откуда он знает?

Я слушал чужие мысли.

Найдя улицу ростовщиков, я направилась в затемнённый уголок, где днём стояла передвижная тележка. Отсюда была видна вся улица; потаённое местечко пряталось за лестницей, что вела в шумную таверну. Но вот заметить меня было трудно. Я шмыгнула в тень и прислонилась к стене. Не рано ли я прибежала? Удастся ли обнаружить скрытый уровень?

Чья-то ладонь сжала мою руку, и я подпрыгнула, охваченная страхом.

— Ш-ш-ш. Это всего лишь я.

Ленора!

— Где остальные?

— Ты оказалась права насчёт Артис. Она заявилась в гостиницу в сoпровождении небесных всадников! Они схватили Оллу и Орру, пока я была наверху. Если бы я замешкалась, меня бы постигла та же участь.

Может, стоило замешкаться?

— Полагаю, ты была бы в большей безопасности, если бы им это удалось.

— Не глупи. Мы пришли за Саветт Лидрис. Я не привыкла проигрывать.

Наверное, это хорошо.

Вот! Из здания, куда ранее зашёл Ленг, выскользнули две тени. Одна была длинной и тощей, а вторая — объемной. Процентщики? Или кто-то ещё? Вот бы знать, где остановился Ленг. Нам бы не помешал третий человек — особенно тот, кто знает своё дело.

— Видишь? — возбуждённо прошептала Ленора. Мимо нас прошла компания, возглавляемая уже изрядно напившимся, невзирая на ранний час, горлопаном, который, спотыкаясь, распевал песни. Почему ломбард располагался рядом с таверной? Ростовщики надеялись, что люди будут брать взаймы только для того, чтобы тут же спустить деньги в питейном заведении?

— Вижу что?

— Свет. Посмотри на улицу и расфокусируй взгляд.

Как только она это сказала, я увидела едва заметное свечение, исходящее из-под пресловутого дома. Я проглотила ком в горле, занервничав. Как мы справимся без Оллы и Орры, «спасённых» мастером?

— Идём! — Ленора схватила меня за руку и потащила по улице, ныряя в тень, тянущуюся до ломбарда. Мы прокрались к обиталищу ростовщиков. Дверь оказалась заперта. Кто бы сомневался. Ленора подёргала за ручку три раза, просто чтобы в этом убедиться, но они не оставили бы её открытой, имейся у них нечто ценное, а Саветт в самом деле представляла ценность.

— Что дальше? — спросила она.

— Теперь будем мыслить не как кастеляне, а как слуги.

Она фыркнула.

— И что нам это даст?

— Надевай капюшон.

Я проковыляла мимо неё и направилась вдоль узкого дома. Он прилегал к решетчатой стене следующего яруса, а сбоку располагалась дверь; все предприятия как раз закрывались. Я знала, что это значит. Скоро сюда заявится уборщик. Каким бы делом люди ни занимались, какими бы гнусными и подлыми они ни были, они тоже нуждаются в человеке, который отдраит накопившуюся грязь. Я заняла место у двери и стала ждать.

— Что дальше?

— Наберись терпения и помолчи.

Ожидание, казалось, длилось целую вечность. Мне приходилось временами прислоняться к стене, чтобы нога не затекала, a Ленора часто красноречиво вздыхала, но в конце концов к двери подошла девушка в фартуке, туго повязанном на талии, неся в руке ведро и швабру. Увидев нас, она отступила.

— Мы пришли помочь c уборкой. Мастер хочет, чтобы мы управились с этим делом в два раза быстрее, поэтому прислал своих работников, — сказала я, надеясь, что наши чёрные платья похожи на одежду слуг.

— Я не собираюсь делиться заработком с посторонними, это однозначно. Мне не нужна помощь, — подозрительно прищурилась девушка. Она была моей ровесницей, только очень худой.

— Он ничего не говорил об оплате. Просто сказал сделать, — дерзко ответила я тоном, какой использовался в спорах между прислугой. Нужно продемонстрировать превосходство и показать, как глубоко меня задела эта подозрительность, а обиду можно легко изобразить.

— Я сама неплохо справляюсь. — Она шагнула вперёд, и до меня дошло, что служанка имеет в виду. Уборщица не возражала против помощи, но не понимала, стоит ли расценивать предложение как оскорбление. Если я буду с ней нянькаться, девушка увериться в этом.