Чтение онлайн

Более скучную поездку и представить было нельзя, ни разговоров, ни музыки, ни черта. Ребята просто молчали, а я начинать диалог первым не хотел. Это могло кончиться плачевно. Поэтому приходилось развлекать себя тем, чтобы считать количество наручников, громыхающих в багажнике. Я сумел точно определить около трех штук. Но учитывая что по пути я еще успел вздремнуть, возможно, их было и больше.

Остановились мы около одного из многих участков, что, к моему удивлению, тоже был забаррикадирован с помощью каких-то столов и глыб. Машины пускали исключительно на внутреннюю парковку, а на асфальте красовались очаровательные следы крови. Ах, какую прекрасную ночь я пропустил, обжимаясь с Гелией. Надо будет сказать ей спасибо еще раз. Без нее, я видел бы этот кошмар своими глазами.

– На выход.
– Скомандовал Каф, я послушно вылез из машины.
– Андрий, отведи его, я припаркую тачку.

– Ага. Пройдемте, мистер Руфус.
– Андрий встал рядом со мной, вебя к баррикаде, откуда опасливо поглядывали несколько полевых агентов оставленных на стреме.
– И постарайтесь не грубить боссу, он не сильно любит пререкания.

Ух ты, давненько я не был на вторых этажах полицейских участков. Это было удивительное место, средь архивов и компьютеров, напичканных удивительными данными и отчетами за долгие годы, здесь таились десятки работников, так и желавших рассказать детективу о своей нелегкой рабочей доле. И если в отношении начальства и самих копов, у нас была настроена взаимная антипатия, то для бедолаг со вторых этажей, я был словно манна небесная. Они с таким удовольствием поливали помоями своих начальников, так лихо рассказывали тайны, находясь в порыве злости, так отчаянно смотрели в пустоту, замолкая на мгновения между вопросами. Они были моими хлебом и солью в полицейских штабах. И именно к ним мне обрубили всякий доступ, возможно, устав от вечного шантажа начальства, которым я ничуть не брезговал. На войне любые средства хороши, а в юриспруденции и детективом деле, и подавно.

Шагая рядом с Андрием, я с детским любопытством заглядывал в открытые двери. Мне нравилось вспоминать разговоры в этих удушливых каморках, что так и разили отчаянием. Порой я скучал по былой власти. К слову, полиция тоже была завалена запросами, что было чем-то воистину удивительным. Обычно, в этом городе было лишь две фазы, сменяющих друг дружку подобно фазам в рыночной экономики. Я делил их схожим образом, фаза оживления и спада. Первая - когда у Агентства сотни запросов, касательно чего угодно, а копы отдыхают. Это происходило в моменты, когда учащались проблемы личного характера, вроде внезапного умершего от передоза дядюшки Свинтса. Ведь полиция ни в коем случае не должна знать, что заказчик сам растит коноплю, а дядюшка был убит из-за перепалок между бандами. Вторая фаза - когда увеличивался разбой, отдыхали мы. Подобное было свойственно перед какими-то важными мероприятиями, кризисами и подобной чепухе. Сейчас же, видимо, люди понятия не имели к кому обращаться, исписывая жалостливыми мольбами десятки заявлений и кляуз. Последние предназначались для сдачи соседей и просто врагов в лапы полиции. А ведь это даже не было центральное управление, просто рядовой отдел, занимающий среднее по площади здание. Боже, что же сейчас творилось в администрации города, там наверно вскрывались прямо на рабочих местах, не желая даже видеть те горы работы, что ждали их на рабочих местах. От этих мыслей, с моего лица не сходила самодовольная, едкая улыбка. Не то чтобы правительство мне чем-то сильно насолило, иногда оно даже снисходило до того, чтобы оказывать какую-никакую помощь. Но статус “недобросовестного коллеги” до сих пор ранил мое чувствительное эго, что и без того постоянно было вынуждено доказывать всему миру, что Руфус Рисс мать его не пустое место! И это отношение я заслужил, при том условии, что я сделал для этого чертового города, куда больше, чем любой из работающих здесь полицейских. Обычно, именно моя работа, и в целом работа Агентства, спасает этот город от действительности важных забот, пока копы просто занимаются рядовой скучной херней.

Тем не менее, Андрий моей позиции по поводу завала явно не разделял, он хмурым взглядом обводил горы бумаг, вздыхая и молясь. Видя мою улыбку, он каждый раз разочарованно качал головой, будто я из раза в раз спускался в его глазах на один круг ада ниже. Забавно, уже второй ангел, встречающий меня после какого-то дерьма, может, это станет моей новой традицией? Я был бы не против, всяко лучше, чем быть известным либо из-за того, что устроил перестрелку с полицией, либо из-за постоянного визита канализации. А ведь я еще ни разу не был там, во время этого расследования. Удивительно, учитывая, что пока что, это дело собирало комбо из неудач и провалов. Осталось добавить сюда падение в кучу нечистой в канализацию и унижение от десятилетней девочки. И я к слову не шучу ни об одном из этих событий, более того, оба основаны на личном, не самом приятном, опыте.

– Многовато работы, не так ли?
– Решив чуть поддеть чувства молодого офицера, поинтересовался я.
– Быть может, если бы вы не крутили на улице каждого встречного, ее было бы меньше. Наверно, стоит изменить методички, оставленные вам еще со времен крестовых походов и инквизиции.

– Не думаю, что вы располагаете достаточным образованием, чтобы давать столь прямолинейные советы.
– Ответил ангел, на удивление спокойно, словно по, удивительно, методичке. Я был оскорблен. Он даже не попытался придумать собственный ответ, какая наглость!

– У меня между прочим высшее юридическое, да и в криминалистике я уже давненько. Уверен, что в этом отделе я единственный, кто хоть немного понимает что происходит.

– Удивительно, что имея образование, вы с таким треском проиграли дело, в котором, по вашим словам, не было и частички вашей вины.
– Ауч! А у этого юнца были коготки. Я благосклонно улыбнулся, даже чуть посмеиваясь.
– Полагаю, что либо проблемы в вашем образовании, либо в вас.

– Ты слишком умен, чтобы работать в таком месте, и слишком юн, чтобы получить звание офицера. Не поведаешь старине Руфусу, свою душещипательную историю? Можешь поплакаться в плечо, если она особенно душещипательная.

– Зачем это вам?
– Подозрительно замедлив шаг, ответил юноша. Я пожал плечами, показывая свою якобы незаинтересованность. На деле же, я чуть ли не изнывал от желания. Подобное всегда интересовало меня, позволяло предугадывать действия и слова.

– Люблю слушать о чужих жизнях, помогает развеяться, знаешь ли.

– Не знаю, у меня такой привычки нет.
– Отрезал Андрий.

– Получается, не расскажешь ничего интересного?
– Подвел я итог. Что же, ладно, переживу. Вряд ли мне придется уж слишком часто прогнозировать поведение Андрия. Окей, как знаешь.

– Вот и прекрасно, Руфус, прошу вас, не забывайтесь. Может быть, босс и воспринимает подобное как дружескую встречу, я исполняю свой долг.

– Как мы заговорили… Не думаю, что ты клялся отводить людей на встречи с боссом. Наверное, обидно заниматься в полицией вот этим, имея на себе звания и прочие цацки.
– Вот это, казалось, наконец возымело эффект, и ангел, вскинув голову, ускорил шаг. Я довольно улыбаясь, направился за ним.

Конечно, выводить из себя людей вокруг, было достаточно веселым хобби. Но не подумайте, я не люблю издеваться над всеми вокруг. Я люблю издеваться над полицией. Но и это было крайне просто объяснено тем фактом, что почти все свое время, проведенное за работой на Агентство, я был выше их по статусу. И более того, всегда считал, что моя работа была, есть и будет, куда значимее чем их. (Что на самом деле было объективной истиной) К сожалению, в последнее время это изменилось, а привычка раздражать копов осталась. Когда-нибудь, мне всадят за это пулю в колено, а если не повезет, то и в черепушку тоже, я это знал, но не мог изменить. Все же, скорее всего, суд выставит это как несчастный случай, отпустив виновных а меня еще и упечет в тюрьму, обвинив в провокации. Эй, смотри-ка, вот и причина недолюбливать государство. Нужно запомнить.

– Войдите!
– Мы крайне спешно шли к дверям шерифа этого участка. Но вот принял он нас не сразу. Лишь после небольшого ожидания, раздался голос из-за тяжелых дверей. Андрий кивнул мне на дверь, призывая войти первым. Я не был сильно против, хоть и ощущал небольшой подвох, что мог произойти от того, что я войду первым. Признаться, предупреждение касательно босса меня не смутили. Каждый крут, ровно до того момента, как осознает как мало власти в его руках. А я был только рад, указать на эту значительную деталь. Но проблема была скорее в том, что это был незнакомый мне участок, а такое редко когда играло на руку.

Офис выглядел достаточно шаблонно, настолько, что заболели зубы. Белые стены, украшенные национальными символами, портретом президента и флагом. Карта города, с множеством отмеченных маркером мест, была утыкана красными булавками, которые в некоторых местах были соединены между собой разноцветными нитками. Ну вы поняли о чем я, все видели эти знаменитые, всемирно известные бесполезные доски. Я черт знает, как это помогало расследованию, район поисков это не сужает, мне то поверьте, трупы могут оказаться где угодно и когда угодно, если иметь несколько серебряных и парочку бомжей под рукой. (Думаю, мой визит в агенство был тому лучшим подтверждением) Поэтому, я считал это чем-то, вроде устоявшегося клише, что просочилось в настоящий мир сквозь экраны мониторов, книги и комиксы. Но я отвлекся, тема просто наболевшая, я видел эти доски в каждом второй участке, будто их сюда планировщики вешают, ей богу.

Около окна стоял деревянный стол, на котором лежали папки с бумагами, канцелярские принадлежности, фотография в рамке. Справа стоял шкаф, заполненный всякой всячиной, даже каким-то кубками и медалями. Помимо этого, с другой стороны, стоял шкафчик с огнестрелом, внутрь которого к сожалению было не заглянуть. Мне было крайне любопытно, что находилось в арсенале у шерифа.

Салейт был ламией, достаточно крупной, с чешуей черного цвета, что блестела под светом люстр и ламп. У него не было явно выраженных мускул, он не носил усы или бороду, зато имел необычно длинные клыки и достаточно “модную” шевелюру. На глазах черных очков не было, поэтому я не беспокоился по поводу окаменения, (Ламии и Горгоны различались только этим, а так же страной происхождения) зато позволил себе бесстыже заглядывать в зрачки босса. Они оказались грязного, серого цвета, показывали мне среднюю степень заинтересованности собственно мною, но в тоже время, частичку недоверия, смешанную с надеждой. Мне становилось все интереснее, что именно было ему нужно, потому я вальяжно сел на стул напротив, даже не спросив и не получив разрешения. На удивления, Андрий не только не ушел, он закрыл за нами дверь, становясь в середину комнаты, у стены, и скрестив руки. Повисла тишина.