Чтение онлайн

Завтра роты «Авангард», «Бронко» и «Свинарник», разделившись, поднимутся по Ямато: одни – на поезде, другие – на барже. Второй батальон Маккаби «Мертвый глаз» и пограничная рота займут свои позиции. Первый и третий батальоны будут проводить учения в спорткомплексе, пока третьему не выйдет время заступать на смену.

– Я получила хорошую подготовку гражданского инженера, – добавила Макдугал. – Меня учили сопротивлению материалов, что сможет помочь в нашей работе. А когда я буду на посту, отец Боб подучит наших парней и девушек.

Собравшиеся командиры посмотрели на дона Карлоса. Голова полковника снова свесилась на грудь, веки опустились, словно он засыпал. Но он не спал. Кэсси знала, что он следит за всеми из-под полуопущенных век.

Как долго нам удастся просуществовать, – спросила она себя, – имея лишь номинального главу? Она боялась, что подобное положение шло во вред Семнадцатому полку и было чревато плохими последствиями, особенно сейчас, – потерей цели и бездействием. Хотя средства, полученные от дядюшки Чэнди, позволяли восстановить огромные потери, нанесенные «Кабальерос» Кланом Дымчатых Ягуаров. По крайней мере, материальные потери.

Иные потери, конечно, гораздо труднее восполнить. Они давно лежали глубоко в земле.

Лучшим решением полковника оказалось подписание этого контракта, забросившего их сюда. Он по-прежнему отдавал полку все, что мог.

Кэсси сжала губы и уставилась в стол. Ее маленький мирок был в опасности, и она ничего не в состоянии изменить. Оставалось только сосредоточиться на вещах, которые спасали ее с самого детства: на боевом искусстве и работе.

Полковник поднял голову и посмотрел на девушку. Мешки под глазами Камачо, казалось, налились свинцом.

– Делайте то, что считаете нужным, лейтенант, – сказал он. – Вы служите в разведке. Проследите за нашей безопасностью.

– Лейтенант? Можно побеседовать с вами?

Выйдя из комнаты для совещаний и шагая по белому обитому звуконепроницаемым материалом коридору, Кэсси почувствовала, как ее скулы и лопатки свело мгновенной судорогой от звука этого голоса с ковбойским акцентом. Девушка остановилась.

– Разумеется, капитан, – произнесла она не оборачиваясь.

Кали подошла к ней сбоку, по-журавлиному двигаясь на чертовски длинных ногах. Она посмотрела

сверху вниз на невысокую собеседницу со сдержанной улыбкой, затем оглянулась вокруг, чтобы убедиться, не может ли кто-нибудь посторонний подслушать их разговор.

– У вас, кажется, со мной какие-то проблемы, лейтенант? – спокойно сказала блондинка. – В прошлом всякое могло быть, все не обязаны любить меня. Но сейчас, когда я приняла взвод «Бронко», нам придется работать вместе. Мне не хочется столкновений, и я сделаю все возможное, чтобы они не возникали.

Кали сделала паузу.

– Давай я куплю выпивку, и мы сможем побеседовать, – заключила она, одарив Кэсси ошеломляющей улыбкой, которая наверняка разбила немало воинских сердец во всем мире трех планет.

Кэсси опустила голову, просто закипая от гнева. «Не приставай ко мне, – думала она злобно. – Ты водитель робота и светловолосая кукла. Оставь все на своих местах».

Улыбка Кали увяла, сменившись сомнением:

– Ты согласна?

– Да, мэм, – откликнулась Кэсси.

– Зови меня просто Кали.

Кэсси молча кивнула. Она боялась не сдержаться, если вымолвит хоть слово.

Масамори, Хашиман

Район Галедона, Империя Драконис

2 сентября 3056 г.

Синяки под глазами у Ковбоя, которые он заработал, когда Кэсси сломала ему нос, уже начали бледнеть. Парень сидел на своем обычном месте в баре в обычной компании с Буком и Ребом, когда Кэсси и Кали вошли в бар «Законный отдых». Бывший «Законный отдых», ибо «Кабальерос» почти уговорили владельца бара господина Кришнамурти сменить вывеску на «Полынный штат» [8] . Они даже собрали деньги, чтобы купить новую вывеску.

Ковбой встал и отсалютовал стаканом двум женщинам, приближающимся к столу рядом с музыкальным ящиком в углу полупустого бара.

– Добрый вечер, леди, – поприветствовал он. – Две такие красотки не чувствуют ли себя одинокими ночью, на чужой планете среди этих Змей?

– Возможно, мы и одиноки, – ответила Кали, – но не настолько. Верни свою костлявую задницу на место, Ковбой.

Его друзья рассмеялись. Поразмыслив, он тоже ухмыльнулся и снова сел.

Кали задержалась у стола. С удивлением Кэсси поняла, что Макдугал усадила ее на угловое кресло, из которого девушка могла одним взглядом охватить всех присутствующих. Испытывая безотчетную благодарность, Кэсси заняла кресло, а Кали сделала знак одной из дочерей мистера Кришнамурти, которая сегодня обслуживала клиентов. Девушка приняла заказ, поклонилась и поплыла прочь, искусно уклоняясь от цепких рук сидящих в баре ковбоев.

Мягкие звуки баллады ранчеро плыли из музыкального ящика, на котором красовались пластиковые самоклеющиеся ленточки с аббревиатурой мистического радио ППНИ, отпечатанные на изображении одной из планет, где они когда-то бывали.

– Насколько мне известно, Ковбой кое-чего добился у одной из дочек Кришнамурти, – бесстрастно сказала Кали. – И насколько я могу судить, не он один.

Кэсси поглядела на нее.

– У меня на самом деле не слишком много времени, капитан... – начала она.

Макдугал понимающе кивнула:

– Кэсси, что я сделала не так, что у тебя сложилось обо мне негативное мнение?

– По отношению ко мне, капитан, вы всегда вели себя исключительно корректно, – сказала Кэсси механическим, ничего не выражающим тоном.

Макдугал фыркнула:

– Это самая большая куча дерьма из всех, что мне доводилось выслушивать. Ладно... я постараюсь объяснить тебе то, что кажется во мне непонятным. Я чересчур высока, чересчур блондинка, и ты считаешь, что если бы Господь Бог спросил меня, чем он может мне помочь в этой обители слез, я попросила бы: «Господи, удвой мои сиськи, а мозги оставь себе». Мой выстрел оказался близко к цели, лейтенант Садорн?

Кэсси смотрела на собеседницу округлившимися, словно у совы, глазами, а юная дочка Кришнамурти поставила перед ними фруктовый сок для Кали и пиво для Кэсси, снова поклонилась и вновь поплыла прочь, уворачиваясь от навязчивых знаков ковбойского внимания.

Словно стекло между ними лопнуло, и Кэсси прыснула со смеху. Кали позабавила ее. Хихиканье перешло в такой раскатистый хохот, что даже мужчины-водители, сидевшие у стойки, повернулись и уставились на нее.

Отсмеявшись, Кэсси смахнула с уголков глаз набежавшие слезинки. Она понимала, что немного перехлестнула с ответной реакцией. Казалось, у Кали и в помине не было намерения вызвать демонстрацию столь неуместного проявления чувств. И девушка ощутила огромное облегчение, которое она не могла объяснить.