Руководители аппарата горнозаводской власти Урала в 20-е – 50-е гг. XVIII в.
Шрифт:
В отдельную группу выделим документы повседневной внутренней переписки учреждений горнозаводской системы и его служащих – рапорты, доношения, промемории. Для данной работы важными стали тексты рапортов, в том числе об исполнении указов и распоряжений. Рапорт – для историка настоящий кладезь полезнейшей информации, поскольку позволяет отследить самые разнообразные грани деятельности исполнителя – характер служебного задания, качество и сроки его исполнения, собственно имена исполнителей, условия и территории деятельности и многое другое. Близко к нему стоят доношения, обычно содержащие сообщения, запросы, просьбы служебного характера. Промемории дают возможность определить ту самую иерархию «властей и мест», которая временами так важна для понимания служебных взаимосвязей и взаимоотношений.
Значимым информационным потенциалом обладают документы статистического характера: реестры, сводные ведомости, «сказки», призванные представить вышестоящим властям обобщенные сведения относительно специфики и состояния кадрового состава. Например, сводная ведомость «вышним и нижним управителем» состоящих на службе на уральских горных заводах, «…и ково надобно за негодностию переменить и к тому прислать из Москвы», составленная по распоряжению В. И. Геннина в 1732 г. [38] и представленная в Берг-коллегию, или же составленный в июле 1737 г. «Список состоянию в ведомстве Канцелярии главного правления Сибирских и Казанских заводов управителей и надзирателей, обретаюсчимся ныне в наличии» [39] . Такого рода документы – прекрасная возможность выяснить состав, должностной статус, размеры жалованья и местонахождения чиновников и офицеров, состоящих на службе в определенный момент времени. Иногда такие ведомости сопровождаются краткими персональными характеристиками служащих, что очень ценно для понимания их значимости в управленческой системе.
38
РГАДА. Ф. 271. Оп. 1. Д. 1050. Л. 213–217 об.
39
ГАСО. Ф. 24. On. 1. Д. 671. Л. 55–57 об.
Примыкают к этой же группе сводные данные, содержащие сведения о социальном и/или имущественном статусе служителей, составе их семьи. Примером здесь могут выступать «Скаски от офицерских и протчих чинов о детях их» 1737 г. [40] или же составленная в июне 1735 г. «Опись заводским управителям, у кого имяны взяты скаски о душах мужеска полу и у кого не взято» [41] .
Отдельную группу делопроизводства составляют челобитные или доношения [42] . Являясь своеобразным синтезом документа официального и документа, насыщенного личностной, персональной информацией, источники такого рода позволяют выявить проблемы семейные, имущественные, финансовые. Исследуя содержание этой группы документов, можно видеть, как редко горные офицеры получили право уехать в отпуск домой. И какими бы ни были масштабы бедствий – болезнь или смерть родителей, разоряющиеся без присмотра имения, раздел имущества по наследству, – зачастую механизмы государственной службы на Урале работали так, что люди добивались таких поездок годами. Кроме того, доношения содержащие просьбы о повышении в горных чинах, военных рангах, увеличении жалованья, содержат богатейший биографический материал: обосновывая свои просьбы, согласно сложившемуся формуляру такого рода документов, каждый из просителей обозначал основные вехи своей биографии, служебной деятельности, свои заслуги и успехи. В целом эта группа документов позволяет собрать сведения для исследования положения, прав и возможностей дворян на государственной службе.
40
Там же. Д. 751. Кн. 10. Л. 1-147.
41
Там же. Д. 605. Л. 115–121.
42
Относительно периода 1720-х – 1740-х гг. четкого наименования для такого вида документа, как прошение, в горнозаводском делопроизводстве пока не установилось. Поэтому доношение бытовало в двух «ипостасях» в качестве служебного донесения и в качестве заявления.
Богатейшие сведения по истории повседневности можно почерпнуть, изучая документы служебных расследований. Материалы предварительного следствия – «расспросные речи» – дают возможность изучить особенности и практики служебной деятельности, лучше понять формальные и неформальные связи офицеров и чиновников, составить некоторое представление о чертах характера действующих лиц и многое другое. Ярким примером такого рода источника может служить дело за 1745–1753 гг., содержащее документы «…по доносам шихтмейстера Санникова на асессора Клеопина» [43] .
43
ГАСО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 1054. Л. 1-2063.
Близок к этой группе интереснейший комплекс, требующий отдельного серьезного источниковедческого исследования – описи имущества служащих. Описи «пожитков» умерших, арестованных по разным причинам движимого и недвижимого имущества – источник сведений о предметах, мире вещей, которые окружали человека в формируемой именно им повседневности [44] . Для исследователя это возможность понять не только уровень достатка служителя, но и установить наличие у него семьи (описание одежды и предметов быта), круг его интересов и увлечений (например, круг чтения) и многое другое.
44
См., например: Сафронова А. М. Описи имущества учителей екатеринбургских школ XVIII в.: публикация документов // Документ. Архив. История. Современность. Екатеринбург, 2016. Вып. 16. С. 318–332.
Дополняет корпус делопроизводственных текстовых источников источники изобразительные или изобразительно-графические [45] . Речь идет о картах, планах, чертежах, рисунках, выполненных горными офицерами. Данный корпус документов – хорошее дополнение к истории деятельности горных служителей, показатель их практических навыков и способностей. В то же время сам картографический источник визуально приближает к исследователю понимание специфики пространственной композиции горнозаводского хозяйства, характер коммуникаций между различными территориями и населенными пунктами (дороги и реки), планировки заводских поселков и, соответственно, специфики среды обитания, повседневности различных социальных групп [46] .
45
К исследованию привлекались картографические документы РГАДА (Ф. 271: Берг-коллегия. Оп. 3), ГАСО (Ф. 59: Чертежная Уральского горного управления. Оп. 1–7), РГВИА (Ф. 349: Главное инженерное управление. Оп. 12).
46
См.: Редин Д. Екатеринбург генерала Геннина: опыт прочтения «городского текста» // Quaestio Rossica. Т. 9. 2021. № 3. С. 1042–1063.
Особый вид источника – воспоминания и записки, составленные современниками XVIII в. В сборнике, подготовленном Л. Д. Злоказовым и В. Б. Семеновым, включены небольшие зарисовки встреч с некоторыми горными офицерами иностранных ученых и путешественников, посетивших Екатеринбург в первой половине XVIII в. [47]
В справочник включены биографии руководителей трех поколений:
– первое составили родившиеся в конце XVII в., это были в основном местные кадры губернской и воеводской администраций; прибывшие с В. Н. Татищевым управленцы;
47
Злоказов Л. Д., Семенов В. Б. Старый Екатеринбург: Город глазами очевидцев. Екатеринбург, 2000.
– особняком стоит второе поколение – воспитанники столичных школ и академий, они волею судьбы связали жизнь с Уралом с 20-х гг. XVIII в.;
– успешно обучившиеся в горнозаводских школах местные уроженцы составили третье поколение. Усвоившие и следовавшие наказу В. И. Геннина – без знаний и «совершествования в науках» не быть им офицерами. Таким образом, воспитанники уральских школ в основном с конца 1730-х гг. начали выдвигаться на руководящие должности.
Биографии некоторых успешных, но тем не менее не достигших высоких должностей служащих не отражены в справочнике. А некоторые, возможно, и упущены авторами, хотя задача включить в справочник как можно более полный ряд биографий руководителей, конечно же, преследовалась.
Цель справочника – не только преставление опыта реконструкции биографий плеяды руководителей горнозаводского Урала 1720-х – середины 1750-х гг., но и попытка исследовать социально-психологические особенности корпуса администраторов в дискурсе новой биографической истории – не затмевая профиль личности общими фразами о ее вкладе в развитие той или иной области или отрасли. Действительно, как замечает Л. П. Репина1, реконструкция «истории одной жизни» может быть обозначена и в качестве стратегической цели исследования, и в качестве средства познания того социального контекста, в котором жили и который творили герои данного справочника.
В каждом отдельном случае успехи авторов очень разные – объем выявленных архивных данных напрямую зависит от активности служащего, сроках его жизни и пребывания на Урале, его статусе в управленческих структурах, насыщенности социальных связей и еще много другого. Поэтому биографические статьи получились очень разные и по объему, и по степени наполненности информацией.
Авторы также преследовали желание представить материал для последующих исследований социальных явлений, проблем взаимодействия бюрократических механизмов и индивидов в системе регионального управления. Одним словом, показать каждого из руководителей «в качестве энергичного агента в различных полях» множества пространств государственной службы [48] [49] .
48
Репина Л. П. От «истории одной жизни» к «персональной истории» // История через личность. Историческая биография сегодня. М., 2010. С. 56.
49
Бурдъе П. Биографическая иллюзия // Интер. 2002. № 1. С. 81.
В сборник сознательно не включены биографии двух главных командиров уральской горной администрации рассматриваемого периода – В. Н. Татищева и В. И. Геннина. Об их жизни и деятельности, в том числе и на Урале, написано достаточное количество научных трудов [50] .
Середина 1750-х гг. взята за крайнюю дату исследования по многим причинам. Отметим наиболее важные из них:
– фактически начались мероприятия передачи (продажи) заводов в частные руки. Многие горные офицеры по просьбам новых заводовладельцев перешли на иные условия службы;
50
См., например: Юхт А. И. Государственная деятельность В. И. Татищева в 20-х – начале 30-х годов XVIII в. М., 1985; Шакинко И. М. Василий Никитович Татищев. М., 1987; Берх В. Н. Жизнеописание генерал-лейтенанта Г. В. де Геннина, основателя российских горных заводов // Горный журнал. 1826. Кн. 1–5; Корепанов Н. С. Геннин на Урале. Екатеринбург, 2006 и другие.