Чтение онлайн

В чем же преимущества такой хибары? Она большая и дешевая. А еще расположена на нижнем этаже, под лестницей, и здесь всегда прохладно. Прохлада была просто необходима для выживания, поскольку о кондиционере в квартире и речи не шло. Что касается ванной комнаты, моя сестра, приезжая в гости, отказывалась принимать душ: по ее словам, выглядел он «слишком жутко». Она до сих пор называет эту квартиру «то место со страшной ванной».

В спальне у меня был заляпанный ковер, на полу – складной матрас, а тумбочками служили картонные коробки. Вот, в общем-то, и все. Через год сосед по квартире сколотил мне деревянный каркас для матраса с подъемным механизмом из деревяшек, оставшихся от театральной постановки. Теперь матрас уже не лежал на полу, а внизу образовался ящик, куда я могла сложить вещи. Когда я набрасывала сверху покрывало, всю эту конструкцию вполне можно было принять за настоящую кровать.

Моя первая квартира в Лос-Анджелесе. Я, конечно, не строитель, но что-то подсказывает мне, что электрический провод между плитой и холодильником не вписывается в правила

Вместо шторы на окне в гостиной висела рваная простыня. Шикарно, да? Окно выходило на лестницу, по которой вечно сновали туда-сюда соседи сверху. Над нами жил художник. Он никогда не выходил из квартиры – разве что выбросить мусор (мусорный бак, к слову, располагался как раз возле нашей входной двери). В конце концов он покончил с собой. Среди прочего, вероятно, из-за нехватки солнечного света. По соседству с нами жила страдающая ожирением дама, не встававшая с кровати. С ней постоянно проживала медсестра, точнее целая череда сменявших друг друга медсестер. Временами заезжал ее сын, и они подолгу ругались на русском. Я уже говорила, что такая квартира считалась вполне приличным жильем? Она располагалась в центре Западного Голливуда возле бульваров Санта-Моника и Фэрфакс. За углом была прачечная – так близко, что между циклами стирки и сушки мы успевали дойти до дома. Район практически кишел русскими стариками, а рядом располагался квартал Бойз-Таун (часть города, где жили геи). Благодаря геям и старикам-русским молодая женщина могла в одиночестве спокойно дойти до магазина и обратно даже ночью. Если бы меня заставили жить здесь сегодня, я, вероятно, выдрала бы себе волосы, в точности как мой кот выдирал шерсть. Но тогда я использовала ситуацию по максимуму. Я была молода, жила в Голливуде, воплощала свою мечту (если вы подумываете переехать в Лос-Анджелес, неплохим местом жительства для молодых актеров станет Западный Голливуд, Лос-Фелис [11] , Силвер-Лейк [12] , Игл-Рок [13] и Студио-Сити [14] ).

Жизнь в такой дыре представляла собой своего рода самопожертвование, но бедствующему актеру приходится мириться с подобным. Исходите из того, что роскоши никогда не будет. Готовьтесь к тому, что вся ваша мебель будет либо с барахолки, либо с гаражной распродажи, либо с обочины дороги. Если у вас нет трастового фонда, закупаться в «Поттери Барн» [15] вам не светит. Вы будете бедны (как я). Скорее всего, у вас закончатся деньги на всех кредитках и их закроют (как у меня). Честно говоря, и питаться вы тоже будете крайне странно. У меня есть друг, который обедал сэндвичами с солью: два куска хлеба, а между ними соль. Я не выдумываю. Арахисовое масло было роскошью, а роскоши, как я уже говорила, для нас не существовало. Так что, если вы решили стать актером, будьте готовы питаться как студент колледжа – по крайней мере, пока вам не стукнет тридцать.

Начните со следующего рецепта:

Прочитав, как я жила в Лос-Анджелесе, вы, наверное, подумаете: «К черту его! Этот Лос-Анджелес – просто кошмар! Я поеду в Нью-Йорк!». Я люблю Нью-Йорк, это самый прекрасный город в мире. Но имейте в виду: если поедете туда, квартирка у вас будет еще меньше. У меня были друзья, которые могли готовить сидя на унитазе – он был очень, очень близко к плите. Недавно мне рассказали про квартиру-студию в Нью-Йорке, где душ находится прямо в кухне. Не рядом, а в самой кухне. Арендная плата за такую квартирку составляла $1795 в месяц. Вы спросите: «А на такой квартире размером с чулан можно сэкономить?» Не-а. Она будет еще дороже, чем та мрачная пещера в Лос-Анджелесе. Вполне возможно, находиться она будет на седьмом этаже многоквартирного здания без лифта. Вполне возможно, у вас будут трое соседей по квартире. Хорошая новость: в Нью-Йорке не нужна машина, а значит, не придется платить за страховку на нее. Да, это те самые две статьи бюджета, без которых в Лос-Анджелесе не обойтись. Кроме того, если ходить пешком по городу, вы вполне выполните норму по физическим упражнениям – никакой спортзал не нужен! Да, кое-где в метро на эскалаторах пахнет как в уборной, но все нормально: метро вам в любом случае не по карману!

Так что, если вы намереваетесь стать актером, потому что надеетесь разбогатеть, пора менять планы. Прямо сейчас.

Большинство актеров едва зарабатывают своим ремеслом на жизнь. Согласно данным Гильдии киноактеров США, в среднем доходы работающего актера составляют $52 000 в год. Однако большинство членов Гильдии киноактеров США зарабатывают актерской игрой менее $7000 в год.

Только 5 % актеров SAG-AFTRA зарабатывают более $100 000.

Такова статистика для актеров, состоящих в профсоюзе. Уверяю, что актеры без профсоюзного билета получают и того меньше.

Впрочем, давайте притворимся, что вы зарабатываете актерской игрой $52 000 в год. Домой вы эту сумму не принесете.

$52 000 – совокупный доход за год

– $5200 на вознаграждение агенту

– $5200 на вознаграждение менеджеру

– $12 600 на налоги (в среднем)

Домой вы будете приносить $ 29 000 в год – то есть никаких диванов из Pottery Barn.

Если у вас есть возможность перебраться в Лос-Анджелес или Нью-Йорк с определенными накоплениями, настоятельно советую так и поступить. Это дорогие города. Деньги понадобятся не только на аренду жилья, продукты, оплату телефонной связи, кабельного телевидения и прочего. Придется также потратиться на хедшоты, очередные курсы актерского мастерства, членские взносы для получения доступа к некоторым сайтам, а возможно, и на финансирование собственного независимого проекта. Деньги понадобятся, чтобы пережить тот этап вашей карьеры, когда вы уже станете работающим актером, но по-прежнему будете бедны. Причем продлиться это может долго, так что наращивайте резервы!

После колледжа и до переезда в Лос-Анджелес я год жила в Сент-Луисе с родителями. То был самый долгий год моей жизни. Самый. Долгий. Год. Ужасно было после колледжа, где царил дух свободы, вернуться в родительский дом. Честно говоря, думаю, они и сами были не в восторге. Я возвращалась домой после полуночи, а на следующее утро мы все притворялись, что я не ходила к своему парню заниматься сексом.

И все же я благодарна им. Они были щедры, позволили мне жить в их доме и откладывать заработанные деньги на переезд в Лос-Анджелес. В тот год я работала секретарем-администратором в маленькой компании, которая специализировалась на продаже морского аудиооборудования. Я варила кофе, отвечала на звонки, помогала продавцам составлять презентации в Power Point, систематизировала документы, обрабатывала счета и разбиралась с возвратами от клиентов. В сущности, я была Пэм. В профессии актера здорово то, что многие бессмысленные и обыденные мгновения твоей жизни становятся важными, поскольку ты можешь обратиться к ним на более позднем этапе карьеры. Год, что я проработала в компании по производству морской аудиоаппаратуры, в полной мере подготовил меня к роли Пэм. Разумеется, в то время я об этом не знала, просто яростно сражалась со скверным кофе и колючими колготками. Зато интересно, как подобная борьба может окупиться в долгосрочной перспективе.

Возможно, вы и не подозреваете, но благодаря волшебному повороту судьбы то, что сегодня внушает вам страх, через несколько лет может стать вдохновением для роли.

Я окончила колледж в августе 1995 года. Чтобы не застрять дома на веки вечные, я поставила перед собой цель: переехать в Лос-Анджелес либо в мае 1996 года, либо когда накоплю десять тысяч долларов. Так что последующие месяцы я работала и копила. Когда наконец пришел май, у меня было восемь тысяч. До воображаемых десяти я так и не дотянула, но ждать дальше не было сил. Я упаковала вещи в машину и двинулась в путь. До сих пор помню выражение лица моих родителей, когда я вырулила с въездной дорожки, – смесь страха и облегчения. В основном облегчения: я таки убралась из дома.

И вот я отправилась в Лос-Анджелес со своими восемью тысячами. Сама себе я казалась очень умной и полностью готовой к новой жизни. Я всерьез рассчитывала года через два после переезда стать богатой и знаменитой актрисой (скажу честно: я полагала, что это произойдет месяцев через шесть, но притворялась, будто ожидала популярности через два года, чтобы меня не посчитали слишком высокомерной). У меня было все спланировано. Сначала встречусь с коммерческим агентом своего соседа. Я прикинула так: она меня увидит, сразу полюбит и подпишет со мной контракт. Затем снимусь в рекламе, которую покажут по всей стране, обзаведусь профсоюзным билетом SAG-AFTRA плюс получу приличную сумму наличными. Тут-то я и воспользуюсь тузом в рукаве. У моей мамы была приятельница, с которой они вместе ходили в церковь. Сын этой приятельницы работал в одном из крупнейших агентств по поиску талантов – William Morris Agency. Он станет моим агентом. Будет водить на вечеринки, чтобы познакомить с продюсерами и режиссерами, которые быстренько сообразят, что я – настоящая звезда. Кастинги будут проходить проще простого, ведь я сразу скажу, что могу сыграть как в комедии, так и в драме. Мне даже было жалко неудачников, у которых не было таких связей, как у меня. Олимп, я иду к тебе!

Реальность внесла свои коррективы: через шесть месяцев от моих восьми тысяч ничего не осталось. Они ушли на арендную плату, продукты, хедшоты, билеты в кино, ланчи и новый двигатель для машины. Я не могла позволить себе даже новую пару туфель, хотя у старых подошва протерлась до дыр. Последнее я помню особенно хорошо, поскольку в тот год страшно лило из-за очередной фазы Эль-Ниньо [17] , так что левая нога постоянно была мокрой. Что до карьерных перспектив, коммерческий агент моего соседа отказалась даже встречаться со мной, а сын маминой подруги оказался литературным агентом в William Morris Agency, то есть представлял он писателей, а не актеров. Ой. Так что мой план ходить по гламурным вечеринкам и покорять акул кинематографа оказался просто-напросто песочным замком. Прошло шесть месяцев с моего знаменательного переезда в Голливуд, а никто даже не знал о моем существовании. Мне казалось, что все от меня просто отмахиваются, я была одинока и обескуражена. Моя мама понятия не имела, сколько раз я засыпала в слезах. Я думала о том, чтобы все бросить, раз пять на дню. Вот только дело в том, что мне было слишком стыдно вернуться домой. Я практически всем рассказала, что собираюсь стать большой звездой в Голливуде, и мысль о том, чтобы вновь предстать перед всеми этими людьми, была невыносима. Я присмирела и узнала, что такое унижение. Но что я могла? Идеи закончились. Я сделала все, чтобы установить связи с нужными людьми, завязать знакомства. Я просила всех друзей, у кого были агенты, представить меня им, но никто из этих агентов не захотел со мной встречаться. Как я так быстро опустилась на дно? Что я делала неправильно?