Рунная птица Джейр
Шрифт:
На холм они с Эрин поднялись еще до того, как взошло солнце. Лорель и трое гребцов остались внизу, и Браска это немного удивило – ведь капитан Эсмон велел морякам сопровождать их во время похода в руины. Впрочем, Браска это обстоятельство не особенно огорчило: мало приятного иметь такого мрачного и занудного спутника, как Лорель.
Вход в подземные помещения – именно о них говорил Браску капитан, - удалось найти быстро. В душных и темных галереях сразу появилось чувство опасности. Яркий свет магической трости быстро прогнал этот страх, и Браск, никогда прежде не видевший ничего подобного, поймал себя на мысли, что эти заброшенные подземелья способны вызвать в душе не только страх, но и восхищение и почтение. Кто бы ни строил эти чертоги – люди, эльфы, титаны или демоны, - чувство прекрасного жило в их крови. Возникающие в круге света трости каменные статуи чудовищ и людей вдоль стен, причудливые рельефы, орнаменты на карнизах, арки и колонны – все это было для Браска новым, незнакомым и впечатляющим.
Эрин было не до красоты.
– Браск, почему мы стоим? – шепнула она. С того момента, как они вошли в эти руины, девушка говорила только шепотом.
– Я смотрю, - ответил Браск. – Как, наверное, красиво тут было когда-то!
– Красиво? У меня от этих подземелий мурашки по коже.
– Не стоит бояться, Эрин. Тут никого нет. Даже пауков и мокриц. Один камень.
– Мне не нравится это место. Давай побыстрее найдем эту штуку и уйдем.
– Трусишка! – Браск ласково привлек сестру к себе. – Эти руины безжизненны. Тут нам ничего не грозит. Если даже и была здесь какая-то нежить, она давно покинула эти места. Тут ей просто нечем поживиться.
Браск говорил уверенно, так, как и следовало говорить старшему, и тревожный огонек в глазах Эрин погас. Девушка виновато улыбнулась и погладила Браска по плечу.
– Ты такой храбрый, - сказала она. – С тобой я ничего не боюсь. Но только… Я хочу побыстрее вернуться на корабль. Там я чувствую себя спокойнее.
– Но мы же не можем вернуться к капитану Эсмону с пустыми руками! – возразил Браск. – Он надеется на нас.
– Почему он поручил это дело тебе? Лорель бы лучше справился!
– Хочешь сказать, что я не могу выполнить даже такой пустяковый приказ? – Браск почувствовал, что начинает злиться на сестру. – Хорошего же ты обо мне мнения!
– Ты не понял! Я имела в виду совсем другое. Этот Эсмон… я знаю, что он нас не любит.
– А с чего это ему нас любить? И причем тут поручение?
– Может, послав нас сюда, он хочет избавиться от нас.
– Какая же ты дуреха, Эрин! – засмеялся Браск. – У Эсмона сейчас каждый матрос при работе, и ему действительно нужна наша помощь. Только поэтому он отправил на поиски меня. Ты же не хочешь, чтобы он косился на нас, ворчал и называл нас бесполезными дармоедами?
– И ты этим очень гордишься?
– Конечно. Капитан поручил мне важное дело, разве это не повод для гордости? Да и сам Лорель сопровождает меня.
– Нас, - поправила Эрин.
– Меня, - упрямо повторил Браск. – Но ведь тебя не заставишь сидеть на корабле.
– Я не могла отпустить тебя одного.
– Ну, разумеется. В этом тоже виноват Эсмон?
– Папа бы не позволил тебе идти в одиночку. По крайней мере, дал бы тебе охраннника.
Браск помедлил с ответом. Он едва не сказал, что сам бы никогда не оставил Эрин одну на корабле. Его младшая сестра, еще недавно угловатая девочка-подросток с длинными как у журавля ногами и дурацкими косичками, как-то внезапно и неожиданно превратилась в настоящую красавицу. Браск уже много раз замечал, какими глазами посматривают на Эрин матросы, да и сам капитан Эсмон. Аура их покойного отца пока еще витает на корабле, и к детям прежнего капитана Терданаля экипаж все еще относится с должным почтением, но кто его знает, чего ждать завтра? Лучше не искушать богов…
– Вообще-то, милая сестрица, я уже взрослый мальчик и могу сам за себя постоять, - Браск выразительно похлопал по рукояти широкого морского тесака, висевшего у него на поясе. – А главное, у меня есть могучий и бесстрашный телохранитель по имени Эрин.
– Какой же ты… вредный!
– О да, я такой! И давай не будем говорить об отце. Сейчас не место и не время.
Эрин вздохнула. Браск быстро сбежал по широкой каменной лестнице вниз, встал между высокими колоннами в несколько обхватов, которые попарно уходили вглубь огромного зала, в таинственный и пугающий мрак. Колонны сверху донизу были покрыты затейливой резьбой: неведомые строители, некогда построившие этот чертог, были искуснейшими резчиками по камню. Браск стянул с руки перчатку, коснулся холодного камня пальцами.
– Никогда не видел таких письмен и рисунков, - сказал он, разглядывая резьбу. – Знаешь, Эрин, мне почему-то кажется, что это место построили предки нашего народа. Вот эти узоры – клянусь, я видел их в Эрайском соборе!
– Нас ждут, - напомнила девушка.
– Я знаю. Твоя правда, не будем терять времени.
Эрин права, подумал Браск, проходя мимо колонн. Боцман Лорель с тремя матросами ждет их на берегу, и вряд ли такое ожидание можно назвать приятным. Когда они на рассвете пристали к берегу, начался холодный дождь, а укрыться там негде.
– Браск, а что это за филактерия, которую мы ищем? – спросила Эрин.
– Эсмон говорил, что она похожа на маленькую бутылочку из цветного стекла, закрытую пробкой. Может быть, в золотой или серебряной оплетке. Такие бутылочки иногда встречаются в древних развалинах.
– И зачем она ему? Она дорого стоит?
– Нет. Эсмон сказал, что в закупоренной филактерии обязательно будет одно волшебное вещество, которое еще долгие годы будет питать двигатель нашего корабля.
– И ты этому веришь?
– Верю. Ты ведь не знаешь устройство корабельного двигателя, а я знаю. Там действительно используется сильная магия. Эсмон сказал, что жидкость из древних филактерий куда лучше, чем силовой бальзам. Одной бутылочки может хватить на несколько лет плавания.
– Папа никогда не говорил об этом.
– Мы просто никогда его не спрашивали.
– А если мы найдем бутылочку, что тогда?
– Не знаю. Стоит ли говорить об этом, Эрин? Капитан дал мне задание, и я должен его выполнить.
– Раньше он не давал тебе таких странных… Ой!
На куче земли между колоннами лежал истлевший человеческий череп. Его глазницы были обращены прямо на юных сидов. Браск в первое мгновение тоже испугался, но потом, взяв себя в руки, шагнул к черепу и ткнул его световой тростью. Череп с костяным стуком скатился на пол. Браск заглянул за колонну – там лежал весь скелет, заросший пылью и паутиной.
– Это всего лишь древние иссхошие останки, - сказал Браск. – Какой-то арадо давным-давно забрел в эти развалины и умер здесь. Идем дальше?
– Что-то мне страшно, Браск.
– Пустяки.
Проход между колоннами вел к полукруглому порталу и далее то ли к алтарю неведомого древнего бога, то ли какому-то мемориалу. На помосте через равное расстояние возвышались расположенные дугой высокие, в два человеческих роста, прямоугольные плиты из полированного черного камня, испещренные вытравленными на них письменами.
Это что, алтарь? - Браск повел световой тростью, освещая стелы с письменами. – Постой, постой…Во имя всех предков, это же написано на нашем языке, только руны человеческие!