Чтение онлайн

И оно попало в цель. Но не так, как было задумано. Копьё застряло в пасти у друзга, не причинив особого вреда.

Брол, весь в крови, без сознания упал со спины зверя. Эрлан действовал без страха и с яростью. Стоило зверюге стать на две задние лапы, как бы признавая свою победу над противником-наездником, как второй Вольный бросился на животное. А точнее – нырнул под огромную тушу и навалился всем своим весом на заднюю лапу зверя, подсекая его.

Манёвр удался. Друзг, не сумев удержаться на одной лапе, падал вперёд. Он ревел, а из пасти всё так же торчало копьё. Которое вскоре соприкоснулось с землёй.

Под весом друзга острие привязанного к древку ножа пробило насквозь голову зверя. Эрлан лишь за миг до падения успел выскользнуть из-под огромной туши.

Плечо ныло, но сам Вольный улыбался. Он победил. Они победили. Они с…

– Брол! – Эрлан кинулся к брату, слегка прихрамывая.

Упав на колени, он принялся быстро похлопывать старшего по щекам:

– Очнись! Очнись! Ну же!

Брол закашлялся и открыл глаза.

– В следующий раз, – прохрипел он, – ты прыгаешь на спину безумному друзгу, а я буду прохлаждаться в сторонке.

– Договорились, – улыбнулся Эрлан. – Но прежде мы наконец-то отдохнём.

– Я не против, – снова закашлялся Брол. – только ты приготовишь нам еды. Мяса у нас теперь предостаточно.

И они оба рассмеялись.

Очнувшись, Тала сразу же поняла, что спала не в своей постели. Ещё не раскрыв глаз, она ощутила, насколько мягка перина, нежно прикасавшаяся к её коже, и это вызвало у девушки смешанные чувства. Чуткий нос уловил дивные запахи полевых цветов и ароматных персиков.

Тала потянулась и слегка удивилась, словно впервые заметив, насколько гибко её тело. Не то, чтобы она когда-то жаловалась на это физическое качество, но сейчас ей казалось, что она, если захочет, сможет и в узел связаться.

– Проснулась, соня? – послышался спокойный мужской голос.

Тала открыла глаза и инстинктивно натянула на себя покрывало.

– Что-то не припомню, чтобы я куда-то вчера уходила из своей комнаты, – она не проявила ни испуга, ни злости, лишь интерес звучал в её голосе.

– Хм, а я всё гадал, с какими словами ты проснёшься, когда осознаешь… изменения, – Ярг улыбался, удобно развалившись в кресле у окна, из которого открывался вид на цветочное поле. В руке Осьминога был надкушенный жёлтый персик размером с кулак.

Тала сглотнула.

– Трудно не заметить, – она оторвала взгляд от яркого фрукта, с которого капал сок. – Я на такой кровати никогда не спала.

– Я не об этом, – Ярг надкусил персик. – Неужели ещё ничего… не почувствовала? Например, изменений в теле?

Только после этих слов Тала вспомнила, что накануне была не просто проверка на дар. Ведь она наносила на своё тело тотем. Тотем Змеи!

Тала, забыв о стеснении перед Яргом, откинула покрывало и взглянула на своё тело. Небольшая грудь, тонкие руки, плоский живот – всё осталось прежним. Но вот ноги… их не было. Вместо двух конечностей с кровати свисал длиннющий змеиный хвост. Тала едва не вскрикнула от страха, но, каким-то чудом собрав волю в кулак, попробовала пошевелить стопами. В результате поднялся кончик хвоста, а после попытки развести ноги в стороны пришло осознание, словно те слились в одно целое. К своему удивлению она поняла, что это вовсе её не пугало. Более того – казалось естественным.

– Это какое-то безумие. Это сон, – Тала не могла поверить в происходящее.

– Вот, – Ярг поднялся с кресла и протянул зеркало, – взгляни на своё лицо.

И Тала взглянула. На неё из зеркала глядели не привычные человеческие зрачки, а вертикальные полоски в круглой жёлтой радужке глаза. Причём радужек, словно спаянных, было по две на каждом глазу, а не только на правом.

И это не всё.

Тотемное изображение каким-то невероятным образом не просто переместилось с предплечья на лицо, но и изменило положение самой змеи. Теперь она не сворачивалась в клубок: её хвост терялся где-то на спине Талы, а нарисованное туловище обрамляло шею и щёку девушки, переходя в разинутую пасть прямо напротив правого глаза. Змея полностью повторяла все изгибы старого шрама, таким образом скрывая его.

– Ну что, как тебе? – Ярг доел персик и выбросил косточку в открытое окно. – Нравится?

На этот раз Тала не сдержалась и вскрикнула. Она была в шоке от того, что увидела в зеркале. Всё же одно дело, когда на лице красовался пусть и шрам, но её родной, что ли. И совсем другое, когда оба глаза стали уродливыми, нечеловеческими, пугающими.

– Ты шутишь? Нравится? Быть полузмеёй? – Тала паниковала.

– Так это поправимо, – Осьминог вытянул руку. Та превратилась в щупальце, а оно поменяло окрас, сливаясь по оттенку с хвостом Талы. Через мгновенье Ярг положил уже вновь обычную руку себе на колено.

– И? Ты мне расскажешь, как у тебя это выходит? Я бы хотела побыстрее вернуть прежний вид, – Тале не нравилось ощущать себя беспомощной. Она привыкла чувствовать своё тело как оружие, готовое атаковать в любой миг.

– Ничего сложного. Просто вспомни, как ты раньше выглядела.

Тала попробовала, но ничего не вышло. Тогда она зашипела, как настоящая змея. Да что там, у неё даже вытянулись передние клыки и раздвоился язык.

– Святая Элиссия, – Тала округлила глаза, увидев это в отражении. – Да что же это такое? Я что, полностью превращаюсь в змею? Но я хочу остаться человеком. Ты так и будешь просто смотреть, Ярг?

– Не переживай ты так, – Осьминог продолжал проявлять спокойствие, при этом то удлиняя, то укорачивая свои пальцы, превращая их в щупальца. – Ты только прошла инициацию, а значит, ещё не умеешь контролировать свой обновлённый организм и появившиеся способности. Кстати, насколько я знаю, змеи хитры и коварны, поэтому не удивляйся, если заметишь, что и думать начнёшь немного иначе.

– А ты не боишься? – Змеиные зрачки Талы пристально изучали Осьминога.

– Я буду только рад этому, – искренне ответил Ярг.

– Почему?

– Больше, чем глупых врагов, я не люблю глупых союзников. Потому что от врагов ты всегда ожидаешь подвоха, а союзники нужны, чтобы им доверять.

– И что, много у тебя неглупых союзников?

– Ещё недавно таких не было.

– А теперь?

– Посмотрим, – Ярг многозначительно взглянул на Талу, понимая, что именно она хотела услышать, но решил не поддаваться соблазну дать ей лишний повод для гордости. А также он поймал себя на мысли, что эта девушка может стать опасной, если выберет сторону его врагов. И ему очень не хотелось бы лишать её жизни.