Чтение онлайн

Государство наше, как и любое другое, собиралось силой. Все, кто сейчас говорит о высоких ценностях человеческих прав и жизни, были самыми жестокими людьми. Великие праведники получаются из великих грешников.

Русские не ангелы, но зло русских несоизмеримо меньше зла людей, переселившимися в Европу и оставшихся в Азии. Так почему идет такая ненависть от всего мира к России?

Велимудр говорит, что политика это спортивное соревнование и политики ведут себя так же, как и спортсмены на соревнованиях: ловчат, ставят подножки, толкают локтями, принимают допинг, срезают на дистанции, выводят соперника из равновесия, лишь бы первым прибежать на финиш.

Только у спортсменов есть все-таки какая-то этика. Этика есть и у политиков, но в достижении их целей все средства хороши.

Как только человек начинает заниматься чистоплюйством в политике, то можно сказать сразу, что он проиграл. Тот, кто говорит: что положено Юпитеру, то не положено быку — сам из породы быков и старается поднять свой авторитет рогами, но это не дает делать бурый медведь, проживающий в русских местах.

Никогда быку не сладить с медведем, но желание властвовать заставляет быков объединяться в стадо и коллективно уговаривать весь мир, что они самые лучшие и не укладываются в спячку на зиму под защиту воеводы Мороза.

Вся история России определяется уровнем комплекса неполноценности у русских. Чем меньше уровень, тем заметнее успехи, чем выше уровень, тем больше провалов во всех областях.

Чем выше уровень неполноценности, тем больше иностранцев на службе у царей и князей. И наоборот.

Учиться нужно у заграницы, а не выслуживаться перед ней. Запад, да и Восток тоже не понимает хорошего к себе отношения, считают это Российской слабостью и стараются закинуть свои ноги на российский стол. Поэтому и Западу, и Востоку нужно делать периодически встряски, чтобы они не забывали, что Россия не спит ни зимой, ни осенью, тем более ни летом и ни весной.

Читал стихи неизвестного поэта. Мне близки его убеждения.

Учитель Влас научил нас делать птицу счастья из летающего дерева. Мы, конечно, уже не маленькие и не верим в то, что есть летающие деревья, но самому сделать игрушку занятно. Нужно при помощи лобзика выпилить пятьдесят элементов крыльев и хвоста из тонкой дранки и обработать ее шкуркой. Затем нужно вырезать тело птицы и укрепить в нем крылья. И самое главное — сказать заклинание: птица, птица, принеси мне весть, дам зерна тебе поесть. И птица должна полететь.

Несколько дней назад я был с Савом на прогулке в лесу и вдруг прилетает моя птица с запиской на шее. Учитель Влас написал, чтобы я сообщил, успею ли я к пяти часам вернуться в дом. Я написал, что успею и снова сказал заклинание: птица, птица, ждет ответа добрый Влас, он тебе покушать даст. И птица улетела с ответом. Ничего себе игрушка. Последний день четвертого лета».

«Больше всех моему приезду была рада Катя из Томска. Мы с ней подружились давно, но только взглядами. А сейчас подошли друг к другу и пожали руки. Мой стол стоит недалеко от ее стола, но в комнате для вечернего чтения мы всегда рядом друг с другом.

— Ты знаешь, — как-то шепотом сказала мне Катя, — а я нашла камень, на котором написано: «путник обойди меня стороной». Почему так написано, я не знаю, а спросить у учителя стесняюсь, скажет еще, что это не моего ума дело. Давай разберемся сами с ним?

На следующий день мы пошли в лес, мой волк и ее волчица шли недалеко от нас, беседуя о чем-то своем.

Камень лежал поперек тропинки, по которой давно уже никто не ходил.

На нем действительно высечена надпись старославянскими буквами: «Путник обойди меня стороной».

Почему мы должны обойти его стороной? А, может быть, я хочу перелезть через него или сдвинуть с дороги, чего он мне мешает спокойно проходить.

Какой-то внутренний голос говорил мне:

— А это нужно тебе? Этот камень все обходят. Почему именно тебе вдруг приспичило его двигать?

Сав и волчица Кати высказались более определенно:

— Не ты камень положил и не ты надпись сделал, поэтому иди себе своей дорогой и не забивай голову разными сказками. Да-да, — добавила волчица, — не надо искать приключения на ту часть тела, где у людей был хвост. Я не робкого десятка, а что-то не по себе мне.

А я разве мог показать перед Катей, что чего-то боюсь? Конечно, не мог. Как заправский следопыт я обежал местность вокруг и обнаружил за неподалеку стоящим большим деревом лопату. Тот, кто устанавливал здесь камень, собирался снова отрыть спрятанный здесь клад и лопату оставил.

Сав обнюхал, принесенную мной лопату и сказал задумчиво:

— По запаху, это лопата Велимудра. Может, не будем раскапывать то, что закопано не нами?

— Будем, Сав, будем, — сказал я, — еще Велимудр нас похвалит за то, что мы нашли то, что он потерял.

С этими словами я вонзил лопату в землю. Земля была твердая, как будто огнем спеченная. Я раздолбил эту корку. Камень вдруг сдвинулся сам и очень легко. На месте камня открылась дыра с шумом доменной печи, запахом гари и серы. Из дыры вылез огромный мужик с бородой и косыми глаза с несоразмерно большими веками и мертвящим взглядом.

— А-а, это вы? — спросил мужик. — Касьян никому спасибо не говорил и вам спасибо не скажет, идите отсюда подобру-поздорову, да больше на глаза мне не попадайтесь, а я пойду с вашим мудрецом большим побалакаю. Больше он меня обманом не заведет в эту яму под камень с надписью. Пока есть такие умники, как вы, мне у вас на земле уютно будет.

— Так вы же святой Касьян, — сказал я, — а все святые люди добрые.

— Это я по римской истории человек добрый, — сказал Касьян, — книги писал, монастыри организовывал, а по вашей, русской истории я плохой человек.

— Что же такого плохого вы сделали, что к вам все плохо относятся? — спросил я.

— Я был светлым ангелом, — рассказал Касьян, — но сообщил дьяволу о намерении Господа изгнать с небес всю сатанинскую силу. Я раскаялся в своей ошибке, а Бог приставил ко мне ангела, который бил меня по лбу молотом подряд три года, а на четвертый год давал отдых.

А народ так вообще называет меня Касьяном Немилостивым, Касьяном Завистником, Касьяном Грозным, Касьяном Скупым. «Касьян на что ни взглянет, все вянет», «Касьян все косой косит», «Касьян на народ — народу тяжело», «Касьян на траву — трава сохнет, Касьян на скот — скот дохнет».