Чтение онлайн

Реформы Петра II вызвали серьезное сопротивление со стороны населения, особенно знати. Крестьяне часто не понимали, что происходит, и слушали своих дворян, а дворянам происходящее в стране часто вставало костью поперек горла. Тайная канцелярия работала постоянно, в 1745 году ее главу даже допустили в Совет министров, где он обосновался на постоянной основе. Плелись заговоры, строились козни, заключались договоры. В 1738 году, когда император был в расположении войск на юге страны, императрицу попытались отравить, но ее личный повар догадался, что что-то не так, и выложил все своей хозяйке, а та подняла тревогу - в результате чего был раскрыт целый заговор с участием многих именитых дворян. В 1744 году группа наемников попыталась прорваться во дворец императора в Петергофе и убить его, но лейб-гвардии Гренадерский полк, поднятый по тревоге, убил или ранил всех нападающих. Увы, на сей раз выявить источник заговора не удалось. Однако все попытки устроить государственный переворот или цареубийство провалились - Петр II твердо опирался на беззаветно преданную ему Дворцовую гвардию, крестьян, которые продолжали верить в "доброго царя", и многочисленных промышленников, купцов и просто верных людей, чью деятельность он постоянно поддерживал и тем самым заслужил их преданность, основанную не на чистой идее, а на прямой выгоде, выступавшей куда более надежным стимулом. Дворяне, некогда бывшие всевластным сословием в России, постепенно стали терять свое влияние и спесь. Их попытки вернуть старые времена привели лишь к убийству цесаревича Петра Петровича в 1748 году, после которого император и вовсе развернул масштабную кампанию против своевольного дворянства, выжигая любое сопротивление, лишая их земли, крепостных и имений, утверждая смертные казни даже для родовитых дворян с древними корнями. Были и бунты - в частности, в 1745 году волнения были в Москве, Петербурге и Новгороде, однако так или иначе они были разогнаны, а инициаторы найдены и наказаны по всей строгости. Даже в столь тяжелой обстановке Петр II работал над повышением своей популярности - волнения 1747 года в Петрограде, едва не превратившиеся в открытый бунт, схлынули после того как сам царь вышел к народу со слабой охраной из лейб-гренадер. Никто не осмелился ни поднять руку на него, ни повысить свой голос. Очень быстро были выяснены причины волнений - задерживались поставки хлеба в город, и император лично отправился разбираться с этим вопросом вместе с дюжиной выборных людей от горожан и гвардейцами. Как оказалось, поставки были задержаны специально, чтобы вызвать напряжение в столице. Открытие это, полученное на глазах представителей граждан Петрограда, привело к тому, что уже очень скоро в столице знали, что "дворяне из бояр бывших мутят воду", и что император во всем разберется. Так оно и было - как сын своего отца, Петр II систематизировал и завершил реформы Петра I, окончательно превратив Россию в могучее процветающее и всесословное государство, слава достижений которого гремела по всему миру.

Крестьянский вопрос

Петр II еще со времен своей учебы в Европе посмотрел на крестьян с непривычной для русских дворян стороны. Он активно интересовался судьбой крестьян и их историей в таких государствах, как Голландия, Англия и Испания - везде в этих странах крепостное право было отменено давным-давно, и существовало местное самоуправление крестьянства, которое, на первый взгляд, процветало. И это даже в маленькой Голландии, где земли было чрезвычайно мало! В Испании отсутствие крепостного права, среди прочего, обусловило большое количество городского населения [6], которое активно набиралось в армию или выступало в качестве свободной массы потенциальных поселенцев или рабочих. Высокая самостоятельность низших слоев населения впечатляла царевича Петра Петровича, как и положение аристократии, не имевшей крепостных крестьян - так или иначе среди них стимулировались административные, торговые и прочие навыки, полезные не только лично им, но и государству. И бедняки, и дворяне были лично мотивированы в необходимости совершения тех или иных действий и реализации крупных государственных проектов, в то время как в России крепостные жили только по приказам дворян, которые жили за счет эксплуатации крепостных и редко развивали в себе необходимые навыки адаптации. И потому в интересах "оздоровления нации" Петр II, едва только был объявлен наследником престола, решил любой ценой бороться с крепостным правом, которое, по его мнению, было явлением целиком вредным для современного и перспективного общества.

Одним из первых его шагов по изменению положения крепостных крестьян стало уменьшение их количества. После Петра I количество крепостных оценивалось в примерно 55% от всего населения империи, они были целиком в собственности своих хозяев и практически не имели никаких прав. Однако после "Войны двух Петров" у крупных боярских родов были изъяты значительные площади земли и крепостных, судьбу которых требовалось решить. Петр II решительно отказывался передавать их в чью-то собственность, и потому земля в дальнейшем была частично распродана по рыночным ценам, а крепостные переведены в статус государственных крестьян. Следующим шагом стал Крестьянский акт 1731 года, запрещавший торговлю крепостными крестьянами и введение крепостного права на новоприобретенных территориях. Акт этот вызвал сильное сопротивление со стороны дворянства, однако император упорствовал, и он все же был принят. Кроме того, акт оговаривал возможность самовыкупа крестьян и перехода их в статус государственных крестьян, а также фактически открепил их от земли, что позволяло им, пускай и с ограничениями, осуществлять переезды в рамках государства. В 1732 году императору пришлось отменить ограничения на продажу крепостных крестьян, но в конце его правления этот запрет был вновь введен и оставался в силе до самого конца крепостного права. Самовыкуп же в первые годы правления Петра II практически не работал: стоимость выкупа не оговаривалась официально, и потому дворяне чаще всего заламывали неподъемные для крестьян цены.

Следующим большим шагом стали некоторые особенности реформы, проведенной в 1733 году в связи с созданием Государственного банка Российской империи [7]. Этот банк, помимо прочих функций, выдавал дворянам займы на поддержание хозяйства с достаточно выгодными для них процентами, на что клюнули многие землевладельцы. В случае неуплаты процентов или полной неплатежеспособности допускалась конфискация крепостных и земли, причем крепостные пользовались приоритетом. Изюминка подобного подхода была в том, что дворяне в России на тот момент чаще всего не умели вести хозяйство, их земля была откровенно убыточной, и на фоне былой вседозволенности они активно набирали займы с твердым намерением их не отдавать, в результате чего теряли и крепостных, и землю, превращаясь в безземельных дворян, которым так или иначе приходилось искать способы заработка, поступая на государственную службу или развивая предпринимательскую жилку. Наконец, в 1747 году был утвержден Манифест о правах крепостных крестьян, который вводил четкую систему наказаний для дворян, нанесших увечья или убивших крепостных, в том числе своих, причем все это имело достаточно циничную и своеобразную обертку: "крепостные души" объявлялись важным для государства ресурсом наравне с древесиной, железом, пенькой и т.д., соответственно порча и уничтожение этого ресурса приравнивалась к вредительству и чуть ли не к антигосударственной деятельности. Этим же указом вновь запрещалось торговать крепостными. Косвенным образом он стал причиной покушений на царя и убийства цесаревича Петра Петровича в следующем году. Однако еще один большой скандал из-за этого манифеста был еще впереди - в 1760 году в Москве прошло судилище над дворянами, которые терроризировали собственных крестьян. Среди самых именитых числилась женщина, Дарья Николаевна Салтыкова, которая пытала и убивала собственных крепостных, проявляя особый садизм. Все подсудимые были уверены в собственной правоте и неподсудности, что не помешало вынести приговоры всем им - от ссылки с конфискацией до смертных. К числу повешенных принадлежала в том числе Салтыкова. Столь жестокие меры по отношению к дворянам, нарушившим законы государства, были необходимы Петру II в качестве показательных кар, дабы приструнить дворян и заставить законы по отношению к крепостным работать. Приговоры вновь вызвали волну возмущения среди дворянства, и дело дошло даже до попытки государственного переворота, но в остальном градус сопротивления пошел на спад - число дворян, не вышедших из палаты Тайной канцелярии вследствие расследований об их участии в заговорах против императора, было достаточно большим, чтобы игнорировать репрессивный аппарат императора, винтиками которого были лишь абсолютно преданные ему люди, в том числе возвышенные из низших слоев общества.

Еще одной важной мерой по уменьшению влияния крепостничества в России стала церковная секуляризация 1742 года. До этого времени церковь оставалась весьма влиятельной экономической организацией, владела землями и крепостными, причем в весьма больших количествах [8], снижая при этом доходы государства. Согласно реформе, отныне управление всеми церковными имениями, монастырями, приходами и епархиальными кафедрами переходило в руки специально созданной коллегии, подотчетной Синоду. Часть монастырей упразднялась, земли и крестьяне переходили в государственную собственность. С помощью всех этих мер, присоединения новых, "свободных" территорий и репрессий против неверной части дворянства к 1760 году уже меньше трети населения страны принадлежали к числу крепостных крестьян, и эта цифра продолжала падать. Не забывал Петр II и про развитие государственных крестьян, которые в стране составляли уже большую часть населения. В 1746 году была проведена масштабная реформа крестьянского самоуправления [9] - крестьянские общины были преобразованы, наделены определенной властью и подчинены волостям. При этом, вместо традиционной для России административной опеки над меньшими органами власти, общины получились достаточно свободными и самостоятельными, были введены элементы выборности, появилась возможность выхода или изгнания крестьян из общины (правда, с лишением земли). Во многом из-за непривычки и неготовности к такому ходу дела, крестьяне испугались, что их пытаются закабалить, и начались волнения, которые, впрочем, не вылились в серьезные мятежи. К 1750 году общины уже более или менее наладили свою работу, и любые волнения прекратились. Примерно в это же время Петр II начал внедрять в сельское хозяйство картофель, причем опять же вместо привычных административных мер, т.е. прямых приказов без объяснения, что да как, в наиболее благоприятных губерниях крестьянам дали выбор - выращивать то же, что и раньше, или картофель, причем за количество выращенного картофеля полагались финансовые вознаграждения. Многие общины отказались участвовать в экспериментах, однако многие все же согласились, и так был получен первый большой урожай картофеля в России. Постепенно эти меры распространили на новые губернии, а в старых уменьшали и ликвидировали денежные награды за выращивание картофеля. Общины при этом часто продолжали выращивать его уже для собственных нужд и даже на продажу. К 1770-м годам выращивание картофеля в России уже стало нормой.

В целом, крестьянство в России при Петре II постепенно становилось свободнее и самостоятельнее. В новых губерниях, появившихся после присоединения новых территорий, переход в статус государственных крестьян практически не вызывал серьезного неприятия, а крепостничество не внедрялось вовсе. Менялся и характер владения земли - всё меньше её принадлежало дворянам, и всё больше - крестьянам. К слову о земле - после разделения крестьян и земли был создан открытый земельный рынок, где частным лицам продавалась государственная земля. При этом продавалась исключительно свободная земля, освобожденная вследствие болезней, голода или переселенческой политики. Русские семьи государственных крестьян рассматривались Петром II как фундамент установления твердого контроля России над новоприобретенными территориями. С другой стороны, продажа земли в открытую, без прямой ее передачи фаворитам способствовала развитию экономики страны - способными купить землю были лишь крупные и успешные земледельцы, которые получали с нее пользу, в отличие от какого-то бездарного, но влиятельного вельможи, который получал землю в дар и не мог наладить на ней эффективное сельское хозяйство. Излишек же населения государственных крестьян после открепления от земли получил некую свободу передвижения, и мог наниматься на работы к крупным землевладельцам, отправляться в город или становиться заводским рабочим, что фактически обеспечило им возможность перехода в другое сословие - из крестьян в горожане или пролетарии, что также было полезным государству, так как позволяло естественным образом и без прямого вмешательства государства ликвидировать в регионах со слабым сельским хозяйством избыток населения, перенаправляя его на другие нужды и предотвращая таким образом возможный голод.

Примечания

Да-да, никаких старых стилей!

Об армейской реформе будет рассказано отдельно, там столько всякой вкусноты, что я не могу просто так ее в двух словах описать.

На старом русском языке слово "Табель" женского рода.

Реальный Мариинский канал.

Таким образом, Петроград получает надежное снабжение по каналам на 50 лет раньше реала. И не то чтобы это в реале было невозможно - просто этим делом занялся только Павел I, бабьему царству было плевать....

Степень урбанизации Испании была в целом достаточно велика, в том числе из-за отсутствия крепостного права - по мере роста населения его излишки из деревень переходили в города, или отправлялись на поселение в Америку.

Об этой реформе речь пойдет в следующих статьях, когда будут затронуты вопросы экономики.

В 1764 году, при Екатерине II, церковь владела примерно миллионом крепостных мужского пола и обширными земельными владениями.

Нечто похожее на Киселевскую реформу.

Начало конфликта с дворянством.

Петр II не желал начинать крупные конфликты с дворянством просто так, однако в то же время он прекрасно понимал, что дворяне в любом случае будут оказывать сопротивление проведению любых реформ. Залог развития будущей России он видел в двух крупных реформах - допуске к власти наиболее экономически активной части населения, т.е. купцов и промышленников, и освобождении крестьян от крепостной зависимости. Однако и то, и другое в любом случае было противно интересам дворян, презиравших купцов и считавших крепостных своим главным имуществом. Это неизбежно толкало его на конфликты с дворянами, и вынуждало искать поддержки среди тех самых крестьян, купцов и промышленников - однако первые были политически неактивными, а влияние последних было еще слишком слабым, чтобы обеспечить крепость власти Петра. И потому реформы, столь необходимые России уже сейчас (по мнению царя), пришлось растягивать во времени - но даже в этом случае обострения стали неизбежными.

Первый конфликт разразился после победы в "Войне двух Петров". С мятежными дворянами Петр II поступил жестко, проведя их парадом побежденных по улицам Петрограда, что вызвало возмущение среди многих лояльных ему дворян - дескать, всякое бывает, но это уже совсем перебор, так унижать дворянское достоинство. Раздача имущества подсудимых с одной стороны умерила раздражение дворян, а с другой - вызвала новое возмущение: раздав золото и серебро, драгоценности и поместья, Петр II раздал лишь часть земли, и совсем никому не передал во владение крепостных, которые были переведены в статус государственных крестьян. Тем не менее, пока еще это возмущение не выходило за рамки обычного ворчания и разговоров из разряда "а царь-то у нас скупой!". Судилище над дворянами-бунтовщиками прошло, в общем-то, без особых проблем - как это было принято "в цивилизованных странах", дворян лишили имущества и званий и сослали в Сибирь, причем Долгоруковы отправились туда практически в полном составе - исключением стала 13-летняя Екатерина Долгорукова, оставленная на воспитании в Петрограде с передачей ей малой доли имущества ее поверженных родственников. Аналогично в ссылку отправились и все Голицыны, за исключением одного - Михаила Алексеевича, внука фаворита царицы Софьи, который был знаком с Петром II до его воцарения, разделял с ним некоторые взгляды и выступал в его поддержку. Таким образом, в истории династии Голицыных произошел крутой поворот: влиятельная ветвь, возвысившаяся при Петре I, лишилась всех титулов и владений, а старшая ветвь Васильевичей, переживавшая упадок, стала доминирующей. Вопреки сложившейся практике, сосланные в Сибирь участники этого выступления против Петра II так и не вернулись обратно: ни Петр II, ни его наследники не собирались прощать тех, кто выступал против них. Оставшиеся же в Петрограде Голицыны и Долгоруковы в результате породнились - Николай Михайлович Голицын, сын Михаила Голицына, женился на Екатерине Долгоруковой, хоть брак вышел и несчастливым.

После суда над мятежниками на время напряжение стихло, но с конца 1720-х начало постепенно нарастать вновь. Чем больше Петр II старался перестраивать государство, тем сильнее сопротивлялись дворяне. В 1731 году он запретил торговлю крестьянами, и это вызвало уже нешуточное возмущение со стороны аристократии. Через год запрет был отменен под давлением советников императора, которые убедили его, что пока не время принимать подобные решения, но возмущение не спадало. Не спасал даже тот факт, что реформы практически не касались служащих дворян: действия Петра воспринимались как посягательства на права всего дворянства. Впрочем, далеко не все дворяне были возмущены реформами нового царя - многие поддерживали его, разделяя его взгляды или просто рассчитывая выиграть больше от содействия властям, чем от противостояния с ними. Среди таких были знатные династии Толстых и Волковых, оставшиеся лояльными Голицыны, Ушаковы и Шуваловы, значительная часть мелкопоместного или безземельного дворянства, которые на государственной службе получали жалование и льготы, которые императором гарантировались и всегда поддерживались: случаев невыплаты жалования за время правления царя Петра II практически не было. С другой стороны, дворянство стало группироваться вокруг Василия Федоровича Салтыкова, сторонника старых порядков и дальнего родственника Романовых. Консервативное дворянство, грезившее не только о восстановлении старой вольницы, но и о новых правах и привилегиях, даже составило план государственного переворота, с возведением на престол Анны Иоанновны Романовой - двоюродной сестры Петра I, женщины не самой умной, но родовитой и в теории послушной. Однако перед тем, как устраивать мятеж, требовалось еще и достаточно дискредитировать императора в глазах гвардии и крестьян, иначе переворот был обречен на провал - лейб-гвардейские гренадеры попросту не допустили бы заговорщиков к царю. И началась постепенная раскачка государства.