Чтение онлайн

— Опять воровство… — Володаров налил дрожащей рукой две рюмки коньяка и протянул одну Жеке. — На этот раз по крупняку взяли. Почти все бронзовые вкладыши подшипников для главных рольгангов украли. Вывозили на машине, там тонн пять минимум было. Это уже не тельферы. Такие детали точно из Италии заказывать надо, либо отечественный аналог искать, подгонять. Но тогда, понятное дело, гарантия производителя снимается.

— В милицию заявили? — спросил Жека.

— Заявили, — согласился Володаров. — Но что это даст… Сам понимаешь, что работала одна профессиональная шайка. Сколько милиция искать будет? Месяц? Два? Год? И мы всё это время стоять будем?

— Давай только спокойно, без паники! — поднял руку Жека. — Как всё произошло?

— Этой ночью загнали в цех машину, по следам — КамАЗ, погрузили в кузов и увезли — охрана говорит, ничего не видела, не слышала. Отмахиваются, конечно… Это явно она замешана и те, кто на проходной стоят.

— Можно добыть список, кто дежурил из охранников? — спросил Жека. — Кто у вас дежурил, на стройплощадке, и на проходной.

— Их милиция наверняка допросила, — пожал плечами Володаров. — А может, сейчас допрашивает. Зачем тебе это?

— Частного детектива найму, чтоб присмотрел, где у них что, — соврал Жека. — Гаражи, дачи, ещё что-то. Явно же они скрысили.

— Всё я тебе достану! — кивнул головой Володаров. — Есть у меня верные люди в заводоуправлении. К середине дня будет.

И ведь достал! В середине дня позвонил Жеке на домашний и сказал приехать в контору, уже второй раз за сегодня.

— Вот список тех, кто дежурил на стройплощадке и на всех ближайших проходных, — Володаров подал Жеке бумагу. — Все москвичи, естественно… Здесь и адреса временной регистрации есть. Фирма квартиры им снимает.

— Хорошо, — кивнул головой Жека и сунул бумажку в карман. — Пока делайте крышу, раз с вкладышами проблемы.

Дома ещё раз внимательно изучил бумажку, которую ему дал Володаров. Вот как бы Жека поступил, если нужно ночью вывезти что-то с завода? Естественно, выбрал бы ближайшую проходную, с которой можно на объездную выехать. По территории завода нет резона мотыляться — работяги могут и заметить. Всё равно по заводу ночью передвигается много народу, а воровство требует тишины. Но для начала следует взять в оборот тех, что дежурили непосредственно в цехе. Они-то уж точно знают, кто приезжал. В то, что охранники не знали, кто к ним наведался, Жека не верил. Ясное дело, всё это одна шайка-лейка.

— Сергеев Артём Валерьевич, Петров Александр Иванович, улица Глинки, дом 5, квартира 4, — прочитал Жека.

Улицу Глинки он знал, она находилась недалеко от комбината, рядом с крытым рынком и понемногу заселялась мигрантами и беженцами. Район неблагополучный, естественно, и аренда квартир стоила там намного дешевле, чем в центре, вот поэтому, наверное, и заселили этих чертей. Надо бы их допросить… Но как? Опять, как они выглядят, не знал. Придётся действовать наугад…

Решив наехать сегодня ночью, Жека приготовился к операции. Можно было попросить в помощи Графина, но решил, что охранники не стоят этого. Если пришлось бы ломить ОМОН или СОБР, тогда, конечно, позвал бы…

Вечером оделся в спортивку и кожанку, привычно взял пистолет и финку и поехал на дело. Добрался до конечной точки быстро. Райончик по виду, конечно, тот ещё — из разрытых траншей с дырявыми трубами отопления идёт пар, на остановках, уронив голову на плечо, сидят торчки в грязных куртках и рваных чунях, толпами ходят подростки в поисках приключений, во дворах мигранты играют в нарды на столах, расположившись толпой вокруг них. Тут же, во дворах, горят костры, на казанах варят плов, шурпу. «Тут тачку на пять минут хрен оставишь, гетто какое-то», — мрачно подумал Жека. Была это, опять же, территория Евсея, которому на порядок плевать, лишь бы наркоторговцы бабло заносили.

Во двор заезжать не стал — оставил тачку на дороге перед пятым домом, вдруг придётся быстро подрываться. Дом четырёхэтажный, старый, сталинской постройки, но уже без излишеств. Квартира номер 4 находилась на втором этаже, и, кажется, в ней горел свет. Жека вышел из машины, огляделся и пошёл к входу во двор.

Не успел зайти в проход между домами, как услышал в темноте какие-то недобрые звуки — здесь кого-то били.

— А-а-а! Помогите! — кричал пожилой мужик в куртке и кепке, которого метелили двое лысых парней в спортивных костюмах, по виду совсем зелёных, лет пятнадцати — шестнадцати. На земле лежал портфель. Похоже, интеллигент, учитель или врач попал под раздачу. Кто ж ходит по вечерам в таком районе… Но люди жили… Им приходилось ходить тут в любое время суток.

— А ну молчи, сука! — крикнул один, и тут увидел Жеку. — Ты кто такой, чертила? Вали…

Не успел он сказать, куда надо валить, как Жека походя ткнул подростка в бороду, и с одного удара вырубил его. Парень как мешок с говном упал плашмя в грязь размотанного машинами газона. Второго парня, метелившего деда, подсёк, и когда тот свалился, утихомирил ударом ребра ладони в шею, в трахею. Потом добавил в висок. Затих и этот. Жека перешагнул через два тела и пошёл дальше. Скрючившийся дед остался стоять, прижавшись к стенке дома. Жека уложил гопников походя, почти не останавливаясь. А мог ведь и финкой поработать! Не то, что хотел спасти деда, а просто они перегородили ему дорогу, а задерживаться не хотелось.

В подъезде была выломана дверь и висела на одной петле. Внутри отчётливо пахло ссаниной и говном. На первом этаже лампочка была сворована и не горела. На втором этаже догадливые жильцы замазали её масляной краской, уберегая таким образом от кражи. Горело хоть и тускло, но такая порченая лампа никому была не нужна. Жека поднялся на площадку второго этажа и огляделся. Казалось странным, но, несмотря на всю разруху и неприбранность этого места, здесь всё-таки жили люди. Не мафия, не крутые, не блатные — обычные люди, которые волей судьбы оказались здесь. Со стариками, с детьми, которые вынуждены были каждодневно продираться домой через этот мрак. Хороший район во времена застойного СССР, в перестроечное время скатился в полную жопу. Но люди жили — выбраться куда-то не было ни возможности, ни денег…

И вот в эту обитель мрака приехал Жека. Вершить своё правосудие, потому что… Ну задрали уже, прости господи…

На площадке второго этажа панели до высоты в полтора метра были выкрашены в унылый зелёный цвет, над которыми тускло белела давно не обновлявшаяся известка, вся в дохлых мухах и паутине. На полу валялись газетные обрывки, мятые пивные банки, битые бутылки, окурки и шприцы.

Квартира номер четыре находилась слева от лестницы. Дверь железная, установленная относительно недавно, но на свежей краске уже нацарапаны матерные слова, телевизионный кабель обрезан, а глазок сожжён зажигалкой — походу, забавлялись местные подростки. Кнопка звонка была вырвана, раздавлена и валялась на полу. Возможно, жильцы быканули и попробовали разогнать местный гоп-стоп. Гоп-стоп ушёл, но исподтишка нагадил, как это часто бывает. А жильцы этой квартиры… Да будь они какими угодно крутыми охранниками, всё равно не принадлежали к местной бандитской кодле, потому считались лохами. Сильными, накачанными, но лохами, да ещё и не местными. Где, кого они будут искать? Вот заехали бы как положено по пацанским понятиям, подогрели дворовую братву бухлишком и сигаретами, посидели на лавочке или в подъезде, тогда хоть тачку открытую на ночь оставляй — никто не тронул бы.

То, что глазок сожжён, могло сыграть на руку. Наверняка жильцы на тех, кто подпортил им дверь, испытывают сильную злость и не прочь с ними разобраться лично. Во всяком случае, можно попробовать разыграть эту карту…

Жека осторожно прислушался: внутри квартиры говорил телевизор — клиенты, походу, смотрели видак. Пора прервать приятный расслабон. Жека со всей силы попинал дверь и тут же услышал, как с той стороны раздались тихие голоса и еле слышные шаги. Жильцы осторожно подходили к двери. Потом стало слышно, как звякнула металлическая крышка глазка — кто-то осторожно смотрел на площадку, но, естественно, через такой глазок при тусклом освещении ничего не было видно, лишь чей-то с трудом различимый силуэт. Но жильцы всё равно решили действовать, подумав, что без труда одолеют тех, кто там стоит.