Чтение онлайн

Скорострельные артиллерийские орудия могут в сравнительно весьма короткий срок расстрелять то предельное число выстрелов, за которым следует порча орудий. Этого не следует забывать при соображениях мобилизационного порядка. Необходимо принимать меры к сбережению орудий от расстрела, но не путем сокращений количества заготовляемых выстрелов и не путем бережливого их расходования во всех случаях. Экономия выстрелов неуместна, когда от артиллерии требуется мощная поддержка и когда от ее поддержки может зависеть участь сражения и потери своей пехоты. В подобных случаях придется использовать в полной мере скорострельность орудий, допускаемую техническими условиями, не особенно считаясь ни с большим расходом снарядов, ни с возможным расстрелом орудий.

Но чтобы армия не терпела во время войны недостатка в орудиях вследствие убыли их от расстрела или от других причин, необходимо при мобилизационных соображениях учитывать потребность в пополнении армии орудиями и заблаговременно подготовлять заводы к производству и к исправлению во время войны такого количества орудий, чтобы своевременно удовлетворять потребность в них армии. При этом еще в мирное время следует образовать мобилизационный запас орудий в таком числе, чтобы ими покрывалась потребность армии в мобилизационный период промышленности, пока она развернет свою производительность (т. е. образование мобилизационного запаса орудий должно производиться на тех же основаниях, как и образование мобилизационного запаса боевых припасов).

Правильная организация является залогом успеха в деле питания артиллерии снарядами, как и во всяком другом деле.

Выше упоминалось, что "снарядный голод" конца 1914 и всего 1915 г. вызван был не только действительным недостатком снарядов, но и отсутствием должной организации. Уже отмечалось, что дело снабжения армии боеприпасами страдало крупными недочетами в течение 1914 - 1915 гг. войны вследствие отсутствия в штабе главковерха компетентного органа, который ведал бы вопросами боевого питания армии. В начале войны на ГАУ со всех сторон сыпались массовые, никем не регулируемые требования снарядов. При создавшихся условиях никакой планомерности в боевом питании не могло быть. Готовые местные .парки с боеприпасами буквально расхватывались наспех и бросались на тот или иной фронт, в ту или иную армию, откуда шли более настойчивые требования. Когда же, через несколько месяцев после начала войны, штаб главковерха распорядился, чтобы местные парки отправлялись в действующую армию не иначе, как по его непосредственному назначению, со стороны штаба замечалось стремление удовлетворять в одинаковой мере требования всех частей фронтов или распределять боеприпасы пропорционально имеющейся на том или ином фронте артиллерии, независимо от возложенных на ее части задач и других оперативных условий, причем идея резервов, столь необходимая в важном деле снабжения снарядами, совершенно игнорировалась почти до конца 1915 г. На театре военных действий в первый год войны также замечался большой беспорядок в отношении снабжения артиллерии боевыми припасами. Собственно говоря, на местах - во фронтах и армиях - каждый создавал тот порядок, который ему нравился: кое-где лучше, кое-где хуже.

Так, например, на Юго-западном фронте в 1914 г. замечены были следующие недочеты: местные парки, отправляемые ГАУ по требованию Ставки в адрес главного начальника снабжений фронта, нередко по прибытии на место назначения не находили там адресата; в то же время командиры парков получали из армий настойчивые требования подачи снарядов, а рядом приказания начальника артиллерийских снабжений никому не отпускать снарядов без его распоряжения. Командиры парков недоумевали, как поступить. В результате задерживалась отправка снарядов и зачастую они зря катались по линии железной дороги, не освобождая вагонов, в которых был большой недостаток.

В начале сентября мортирный местный парк, отправленный спешно большой скоростью, по прибытий к месту назначения на ст. Здолбуново простоял 2 дня и получил приказание возвратиться в Казатин, а вслед затем ехать в Львов через то же Здолбуново; в результате парк два раз проехал напрасно расстояние от Здолбунова до Казатина и обратно{319}.

В первый год войны каждый фронт и отдельная армия, за отсутствием определенных указаний в "Положении о полевом управлении войск в военное время", импровизировали свою систему питания снарядами. Принятые разные системы не слишком отличались друг от друга. Организация питания снарядами, установившаяся к июлю 1915 г. на Юго-западном фронте, являлась наиболее целесообразной и в общем заключалась в следующем.

Главнокомандующий армиями Юго-западного фронта взял в свои руки руководство снабжением снарядами. Он указывал, какой армии, когда и сколько их дать, но не всегда в соответствии с поставленной армии боевой задачей, а чаще распределяя снаряды поровну между армиями или пропорционально состоящему в них числу пушек, или согласно требованиям самих армий.

Назначенные главнокомандующим местные парки боеприпасов отправлялись в тыловые районы армий, в пункты, указываемые командующими армиями.

Часть местных парков оставалась в распоряжении главнокомандующего в виде резервной группы, погруженной в вагоны, в готовности к отправлению, и сосредоточивалась у таких железнодорожных узлов, откуда возможна была быстрая передача боевых припасов той или иной армии.

Местные парки, переданные армиям, отпускались в корпуса с разрешения командующих армиями; при получении армиями достаточного количества снарядов часть их отдавалась корпусам, сообразуясь с поставленной им задачей, часть оставалась в армейском тылу, составляя резерв командующего армией. Местные парки располагались в армейском тылу погруженными в вагоны в узлах железных дорог на станциях, ближайших к корпусам.

Передача снарядов из ближайших к корпусам передовых местных парков в войска производилась по правилам "Наставления для действия полевой артиллерии в бою", изд. 1912 г. ( 103 - 114), т. е. от местных парков до головного (ближайшего к войскам) эшелона подвижных артиллерийских парков средствами этих последних, а от головного эшелона к войскам - средствами войсковых частей (дивизионными и батарейными резервами). При значительном удалении от войск железнодорожной станции, на которой располагался передовой местный парк, боеприпасы подвозились по грунтовым дорогам особыми конными или автомобильными транспортами до какого-нибудь промежуточного пункта, а от него уже - средствами подвижных парков и затем войск. Так, например, в одной из армий от железнодорожной станции боеприпасы подвозились из местного парка транспортом в 900 повозок около 60 км по грунтовой дороге до передаточного пункта, расположенного от войск в 35 - 40 км, где перегружались в зарядные ящики подвижных парков и доставлялись батареям.

Организация питания снарядами, установленная на Юго-западном фронте, не вызывала нареканий со стороны войск. За редкими исключениями, они получали боевые припасы своевременно, но имели их вообще мало.

С 1916 г. дело снабжения армий снарядами было сосредоточено при Ставке в Управлении полевого генерал-инспектора артиллерии (Упарт), которым в отношении боевого снабжения была осуществлена в полной мере идея резервов: войска имели при себе всегда боевые комплекты пополненными до положенной нормы из армейских резервов боеприпасов; в необходимое время боеприпасы в количествах, достаточных для выполнения оперативных заданий, доставлялись в резервы армий из резервов фронтов, а эти последние снабжались боеприпасами из резерва главковерха, состоящего в непосредственном распоряжении Упарта.

Упарт вел учет боевым припасам, состоящим в запасах армий, в резерве фронтов и в резерве главковерха. Сведения о расходе, приходе и наличии боеприпасов Упарт еженедельно представлял для оперативных соображений наштаверху, от которого получал указания о сосредоточении боеприпасов в резерве главковерха и о направлении их на фронты.

Никто, не исключая даже главнокомандующих армиями фронтов, не имел права обращаться, помимо Упарта, с требованиями к ГАУ, к ГУГШ или к военному министру о подаче боевых припасов. С такими требованиями должны были обращаться только к Упарту, но не иначе, как через начальников артиллерийских снабжений фронтов или через главкомов фронтов (последние обращались обычно к наштаверху, который давал соответствующие указания Упарту).

Требования о подаче боеприпасов в действующую армию предъявлялись только к ГАУ и только от Упарта.

С 1916 г. прекратилось имевшее до того место разбрасывание наспех боеприпасов по тем фронтам или армиям, откуда поступали в ГАУ более настойчивые требования или просьбы "своих людей" (например, от главкома Юго-западного фронта Иванова, служившего раньше в ГАУ и сохранившего там "знакомства" и "связи"). Прекратилось и распределение боевых припасов поровну между фронтами или пропорционально количеству артиллерии, находящейся на том или ином фронте.