Чтение онлайн

Последнее движение и… На экране крупными белыми буквами значилось: «Молодец». На секунду Серый замер в недоумении. Потом — захохотал.

Мужик в тройке безмолвно улыбался. Только улыбка стала шире.

— Вы предлагаете мне работать в команде? — спросил Сергей.

Мужик молча кивнул. Он был удивительно немногословен.

— А если я не согласен?

В ответ тот развел руки в стороны. И так ясно, нечего задавать идиотские вопросы.

— А условия? — спросил Серый.

Мужик тихо засмеялся и наконец заговорил:

— А условия здесь будем ставить мы. Но, если их соблюдать, нуждаться ни в чем не будешь.

Серый задумался на несколько секунд, покосился на лежащий рядом ноутбук и протянул руку. Вкрадчивым рукопожатием человек в костюме-тройке подтвердил сделку.

На следующий день Серый увидел небо и узнал, что Сашка от сделки отказался.

Это был особенный день. Он добавил только три строки. Немного поразмыслил, что делать дальше, и понял, что дальше делать нечего. Программа была завершена. Больше ни один код не мог улучшить ее.

Серый еще раз внимательно перечитал все сначала. Да, так и есть. Ни одного изъяна. Настало время действий. Он навел курсор на иконку. Сергею казалось, что его программа просто изнывает от нетерпения ринуться в бой, проверить свои силы. И если задумка удалась, то сил в ней должно быть бесконечно много.

Перед глазами проносились картины апокалипсиса. Большого цифрового конца света. И ничто не могло его остановить.

Указательный палец замер над кнопкой мыши. По лбу стекали крупные капли пота. Тело едва заметно дрожало. Вот он, настоящий адреналин. Это не какие-то непонятные стены рушить.

Палец то опускался, почти касаясь кнопки, то вновь взмывал вверх. Что-то мешало Сергею запустить программу. Неужели кишка стала тонка? Неужели ему теперь никогда не выбраться из этого болота? Наверное, прав был тогда Сашка, что не согласился на их условия. Деньги, возможности, надежность. Это все теперь у него есть. Только нет интереса, дружбы, любви. Нет вкуса к жизни. Отшибло вкусовые сосочки на большом жизненном языке. Испортились они примерно в то самое время, когда тощая длань Филиппыча, мужика в тройке, вяло обхватила его ладонь. Вот тогда пути назад не стало.

А сейчас появилась развилка. Дороги было две — одна прямо, по той же улице, где он прозябал до сегодняшнего дня. Вторая — резко поворачивала. Но куда? Там было темно, даже горизонта не видно.

Все-таки страшно. Черт, и палец прямо судорогой свело. Может, не надо? Может, ни к чему это все? Ведь солидный мужик, не мальчик уже. Ну, подурачились — и хватит. Файлик в корзину, корзину очистить. И все, и не надо переживаний.

Серый почти убедил себя, что программу нужно уничтожить. Его взгляд зацепился за значок корзины, когда сзади, из дверного проема его окликнул Филиппыч.

Словно подросток, рассматривающий на мониторе порнуху, которого застали родители, Сергей машинально кликнул мышкой, чтобы закрыть окно.

Филиппыч поинтересовался, как идут дела, и, вполне удовлетворенный быстрым ответом, удалился в свои апартаменты в конце этажа. Серый повернулся к монитору и только тут сообразил, что никакого окна на рабочем столе не было. Вернее, его не было раньше. Сейчас прямо посреди черно-зеленых обоев с «Матрицей» висело аспидно-черное пустое окно. Его программа работала.

Он сидел и тупо смотрел на экран, словно заядлый поклонник «Черного квадрата» Малевича. Возможно, еще можно было остановить процесс, может быть, червь еще не успел выползти за пределы его компьютера и достаточно только выдернуть провод из гнезда сетевой платы. Но он как зачарованный не сводил взгляд с черного квадрата. А через три минуты компьютер заглох. Совсем. На нем не осталось ни бита информации.

Музыка грохотала так, что приходилось кричать до хрипоты, чтобы сидящий рядом собеседник тебя услышал. Серый взахлеб рассказывал о новой жизни, о бабках, что появились у него с тех пор, как он согласился работать на официальные структуры, о том, что он теперь может себе позволить. И за бабки, и потому, что есть определенные связи.

Он рассказывал, будто и сам в это верил. Сашка беспрерывно курил и молчал. Он только качал головой, не всегда в такт Серегиным рассказам. Только пару раз Серега поинтересовался, как дела у Сашки. И как было «там».

— Нормально, — каждый раз отвечал Сашка, выпуская в душную атмосферу ночного клуба очередную порцию табачного дыма.

Сашка неделю назад вышел из зоны. Серый узнал это в первый же день, но неделю раздумывал, стоит ли встречаться. Все-таки он теперь «из органов». Не скомпрометирует ли это его? Но потом, день за днем, былая дружба восставала из небытия памяти, нажимая на потаенные кнопочки где-то в самой глубине его души, включая механизмы, которые бездействовали последние семь лет.

Сейчас они сидели рядом — тощий, с ввалившимися глазами и беспрерывно курящий что-то безбожно дешевое Сашка, и одетый с иголочки, гладко выбритый, постриженный в престижном салоне Серега. Несмотря на то что жизнь так сильно их изменила, одна общая черта у них была: безграничная печаль во взгляде. Только у Сереги не было темных кругов под глазами.

Серый уже изрядно набрался. Сашка, как обычно, был как огурец, хотя пил наравне с Серым. Только пил он теперь как-то безрадостно — безо всякого выражения на лице опрокидывал в рот рюмку за рюмкой дорогой «Хеннесси», заказанный другом. Или бывшим другом? Пожалуй, на этот вопрос сейчас не мог ответить ни один из них. Сергей то и дело начинал рассказывать о работе, потом спохватывался, вспоминал, где работает, и неловко менял тему. Разговор не клеился.

Только однажды он вдруг будто вспомнил что-то важное, встрепенулся и сказал:

— А помнишь нашу старую шутку про всемогущего бога? Ну, ту — если бог всемогущ, то может ли он превзойти самого себя?

Сашка молча кивнул, не меняя мрачного выражения лица. Потом затушил окурок, сильно вдавив его в стеклянное дно пепельницы.

— А если бога кто-то превзошел, пусть даже он сам, — то всемогущ ли он? — закончил он фразу.

— Ну, точно, — заулыбался Серый. Потом он наклонился к другу, к самому его уху, и тихо, шепотом произнес: — Знаешь, мне кажется, я близок к разгадке этой системной ошибки. — Он отодвинулся на свое место и энергично закивал.

Сашка медленно засунул обратно в помятую пачку очередную сигарету, которую вытащил только что, внимательно посмотрел на Серегу и улыбнулся. Единственный раз за весь вечер.

— Ты не поверишь, но я, по-моему, тоже.