Русская философия смерти. Антология
Шрифт:
XIII
73. . …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Как?! Отверг я Тебя, а Ты – Ты мне говоришь!. Воет и беснуется ад, Тобою созданный ад, устами моими плюет на Тебя, – Ты же неотвратно на меня глядишь… точно видишь во мне то, чего и сам я не вижу… Проклинаю Тебя, плюю на Тебя, а – Ты мне говоришь!. —
74. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Слова Твои – его тишина?! Нет, Ты лжешь. Это не Твоя тишина. Это море яда и желчи, великое море презренья к Тебе, яростью поднялось и застыло. Это оно, оледенев, гордо молчит и отражает Твой взор, швыряет Тебе назад Твои острые лучи. —
75. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Что, что говоришь Ты? Не можешь помочь мне? Ты, всемогущий?. Да Ты просто издеваешься надо мной. Как же это я сам, я хочу жить? Как я сам созидаю себе мою необходимость, адскую муку?. Потому только и не могу умереть, говоришь Ты, что не хочу?. Только потому, что люблю Тебя? – Не верю. Ты обманываешь меня, чтобы лучше надо мною посмеяться. Где эта моя любовь? —
76. . …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Да, Ты прав: это все же Твоя тишина… Взор Твой плавит ледяную громаду. Тает она, плачет, сияньем Твоим смеется сквозь слезы… Неужели люблю я Тебя?. Это опять – Твои слезы… Отчего же Ты плачешь? —
77. ……. … …………………………………………………………
………………………………………………………………………
– От радости? От того, что любишь меня? В проклятьях моих услыхал Ты мою любовь к Тебе? Только их Ты и ждал? В них услыхал наконец мой свободный ответ на Твой зов?. Это они-то первый дар моей любви! За них меня сыном Своим называешь!. Так не Тебя я проклинал? —
78. . …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– И не проклинал, а любил?. Но зачем же тогда Ты создал меня таким бессильным? —
79. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Сам я не хотел быть сильнее? Сам не хочу жить всею Твоею жизнью?. Значит, не без моей воли Ты создал меня: так – точно и сам я свободно возник. Возник Твоею силою, но сам? Не захотел бы, так и не возник бы?. Но как же это так? – В этой бездне безвидной, которой не было и нет, мог ли быть я, которого ведь тоже не было? —
80. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Да, все Твое, все – Ты. Даже свобода моя, даже любовь моя к Тебе: все только Ты. Нет у меня ничего своего. Пощади меня! – Боюсь понять Твои слова. Страшно дальше искать себя. Там уже ничего больше нет. Там бездна, которой нет. Я на краю ее… О, я не знал, что небытие так ужасно!. Ты опять прав: люблю жизнь – люблю Тебя. И боюсь: меня нет. —
81. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Конечно! Кто же иначе боится не быть? Кто любит Тебя? И можешь ли Ты любить того, кого нет, а ведь я – тот, кого Ты любишь? Не могу ли бять я, если всё – только Ты?. Погоди, не отвечай… – Вместе с Тобой я владею Твоим Божеством. Оно – Ты, но и – наше общее. И пока владею им, а Ты любишь меня, – я не Ты и не погибну. Не так ли? —
82. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Не потому даже не погибну, что Ты меня любишь, а потому, что я Тебя люблю?. Но отчего же тогда так я ничтожен? Отчего даже слов Твоих не могу повторить? Себе самому рассказать о Тебе? —
83. …. ………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Мало Тебя люблю? Отделен от Тебя? Далек? – Но как же далек, если Ты во мне? Если владею Тобой, как самим собою? Если только Тобой движусь, дышу, живу и хочу? —
84. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– Разделил Тебя? Взял от Тебя лишь малую часть? – Да разве Тебя можно делить? Ты же неучастняем, и часть Твоя – весь Ты… Только часть Твою захотел и хочу? – Но как же хотеть часть того, что не делится на части? Как хотеть не бытия и не небытия, а чего-то третьего, когда третьего нет? Это все равно что сразу и хотеть, и не хотеть. – Не понимаю. Ничего не понимаю. Понимаешь ли эту нелепость Ты сам? —
85. …………………………………………………………………
………………………………………………………………………
– «Сам не знаю: хочу или не хочу, – хочу и не хочу сразу»… Загадочны Твои слова. Но чувствую, неизъяснимым каким-то знанием и безошибочным знаю правду Твоей Любви. И словно тучи клубятся – встает, вспоминается что-то. —
XIV
86. Из бездны безвидной, пустой и небытной звал меня, еще небытного, голос Твой. Ты мечтал обо мне, как девушка мечтает о своем ребенке, не зная, будет ли он у нее. Называет его по имени, говорит ему ласковые слова, а у самой и жениха еще нет. Ты звал меня, мир небытный, жить Твоею Жизнью, быть Плиромой18 твоей. Ты уступал, Ты дарил мне всю Свою Жизнь; молил меня стать Богом вместо Тебя. Ты хотел умереть полною, страшною Смертью, тою самою – только бы я жил и вместо Тебя сделался Богом. Ужасала Тебя, вечного Бога, вечная Смерть. Но ради меня, ради мира хотел Ты вечно умирать и навеки, совсем умереть, ибо у Тебя все вечно.
87. Ты говоришь, что, не отзовись я, меня бы не было, а Ты бы так и остался один. – Да, остался бы Ты один со Своей великой неразделенной Любовью. И все бы звал меня из бездны безвидной; и безутешные бы Ты лил обо мне слезы. И уже не Любовью бы Ты был – что за Любовь, когда некого любить? – но Мукою Божественного одиночества.
88. Как я отозвался, как ответил Тебе, – не знаю. Но – словно вспоминается что-то.
89. Молчала небытная бездна. Не было мира, не было меня, – ничего не было… Но, отзываясь на зов Твой, что-то в небытной бездне как бы зашевелилось или – только как бы захотело шевельнуться. И послышался из нее не ответ, не голос, а как бы еле слышный писк.
90. Как-то раз в одном родильном приюте я проходил по коридору мимо общей палаты. И донесся до меня крик новорожденных, мне показалось – крик множества только что родившихся. Однако все тоненькие голосочки сливались в один тихий, мелодичный и нежный голос. Лишь временами, когда он почти замолкал, выделялся какой-нибудь слабенький голосок, но сейчас же увлекал за собой остальные, и все снова сливались. И все звучали, как одна трогательно-беспомощная, однако не грустная песня… Что-то подобное донеслось тогда до Тебя из бездны небытной.
XV
91. Так полюбил меня, еще небытного, Бог, что – кажется мне – веки веков звал и ждал Он меня и все тоскуя слушал, не донесется ли из бездны мой голос. Веки веков каждый день творил Он меня, а я все не хотел жить. Слепит Он меня из глины, вдунет в меня дыхание жизни, а оно сейчас же и выйдет назад через одно из отверстий созданного Им тела. И снова принимается Он за бесплодный Свой труд. Но победило наконец Божье терпенье: оказалось, что Бог – Любовь, – немножечко захотел я быть. Обрадовался Бог; забыл о своих неудачах: ликуя и благоухая, сотворил меня.