Чтение онлайн

…В понедельник утро рабочего дня началось обычно. Лера первые пятнадцать минут рабочего времени приводила себя в порядок: корректировала макияж, подбирала в тон платью помаду, разглаживала специальной щеточкой ресницы. Настя, сидевшая напротив, зевала и протирала заспанные глаза, ровно вслепую раскладывала на столе документы, с которыми сегодня должна поработать, и что-то старалась вспомнить.

– Ну, как выходные, коллега? – как бы между прочим спросила Лера, разглядывая брови в зеркальце.

– На даче грядки полола. Трава так и прёт. Надо успевать, скоро ягоды пойдут, огурчики на подходе. Заготовки на зиму будем делать.

– Одна пластаешься?

– Да ты что!? При живом-то муже – одна! Славка у меня так же полет и с лейкой бегает. Дочки помогают… Славка, правда, в субботу на рыбалку с друзьями ездил… Семь килограмм рыбы привез! Окуньки да лещи! Крупные, жирные, как на подбор, – с гордостью сказала Настя.

– А еще что-нибудь привез? – Модная красавица продолжала допытываться с невозмутимостью.

– Что ещё может привезти? – Настюша недоумевала, пожимая плечами.

– Трипперок, например… Для начала.

– Что?!!

– Да это я так, к слову. Ты не циклись на этом.

– Он у меня под контролем. Для меня он прозрачный, как стеклышко.

– Только у этого стеклышка есть две непрозрачные маленькие родинки.

– Чево ты опять?!

– Две маленькие родинки на хорошем пенисе у стеклышка твоего есть. В пятницу вечером ими полюбовалась. Особенно они хороши на нём, когда мальчик у твоего мальчика напряжён и готов лопнуть от желания… Что ж ты муженька на голодном пайке держишь?!

– Да врешь ты всё! Никаких родинок у него там нет. – Настя покраснела и вдруг припомнила: «А ведь и вправду есть, но только одна».

– Вспомнила? Скажи честно: есть или нет?

– Ну, вроде есть… одна. Фу ты, я от сна отойти не могу, ещё ты со своими дурацкими распросами!

– Их две. Красивые родинки на алой головке. Одна сверху, чуть слева и едва ли не посредине, вторая, поменьше, снизу, у самой уздечки! – Лера оторвалась от любования собою в зеркальце. Улыбка змейкой скользнула по устам, звонкий смех ударил Насте по ушам. – Я выполнила то, что говорила. Не зарекайся. ЛЮБВИ НЕТ! Это глупые бредни. Ты ещё глянь на его коленки. Он их в кровь стер, стоя на них и стараясь показать всё своё мужскую упорство в известном блюзе двух голых тел.

– Ты меня разыгрываешь… – Настя не верила такому коварству и такой быстрой развязке недавнего спора-пари.

– Вечером посмотри внимательно на благоверного, пониже пояса… Надлежит быть повнимательнее, чтобы не узнавать интимные подробности от подруг. Я бы тебе ещё насказала, да не буду травмировать тебя, твою простецкую психику.

– Какая ты мне подруга!? Ты – стерва, змея подколодная! – Настя в слезах выбежала из рабочей комнаты.

А появилась только через час.

Она вошла с горящими ненавистью глазами, прикусив дрожащую нижнюю губу, с ходу двинулась прямо к обидчице, чеканя шаг, замахнулась – и взвыла от боли. Предупреждая пощечину, Лера отработанным движением пнула острым носком модельной туфельки в голень, ближе к коленному суставу. Видимо, она уже бывала в подобных передрягах, и знала, что такое праведный гнев обманутой супруги.

– Вон отсюда! Вон! Я тебе говорю! – сквозь боль и хлынувшие слёзы выкрикнула Настя, Превозмогая боль, плюхнулась на стул. Руки со страхом тронули ушибленную ногу. Горячие слезы капали на эту же ногу, вскоре нога стала такая мокрая, как и лицо. Слезы жгли несмываемым позором. Впервые ей было так обидно и горько.

– Дура! Что, сбегала к ненаглядному?.. Представляю, что там у вас было! Рассмотрела писюлечку?! А коленки смазала зелёнкой? – Лера расхохоталась и, покачивая соблазнительными бедрами, вышла из комнаты.

Выйти-то вышла, и приостановилась, аккуратно затворив дверь. Рабочий день в разгаре, из-за таких дурищ собственное производственное задание под срывом. К тому же удобный случай испытать начальника! Минуту поразмыслив, она пофланировала в секретариат, где пощебетала с двумя прикольными (для неё) секретаршами и накатала, снова как бы между прочим, докладную записку начальнику отдела: «Такая-сякая вследствие семейных неурядиц создает нервозную обстановку, нерабочую ситуацию, не даёт плодотворно работать. Только что оскорбила не столько меня, сколько кодекс трудовой этики… Прошу оперативно разобраться и принять соответствующие меры».

Написала, прочитала, усмехнулась – и с удовольствием положила докладную в почтовую папочку начальника. Тут же упросила секретаря занести папку, так как дело у неё срочное и отлагательства не терпит.

Начальник вскоре вызвал обеих к себе на ковёр.

Две ощетинившиеся кошки готовы пустить в действие острые когти прямо при нём. Одна с холодным блеском насмешливых глаз, другая – с затаённой болью и нарастающим горем. Установив причину конфликта: женские склоки в рабочее время, он, представительный мужчина среднего возраста, с проблесками раннего серебра в красивой шевелюре вьющихся и аккуратно постриженных волос, усмехнулся себе в ус и, как властью оделённый, нахмурился.

После короткого раздумья твердым голосом объявил решение: обеих лишить премии за месяц (а это четверть зарплаты), и пересадить Леру в другую комнату. И – никаких разборок.

При выходе из кабинета Лера нарочито быстро шагнула в проём двери кабинета, прижала Настю к косяку, сощурившись от преисполнявшего злорадства и презрения. Посрамлённая жена с силой оттолкнула соперницу, которая, тут же схватившись за якобы ушибленное колено, обратилась к грозному шефу:

– Эдуард Викторович, прошу зафиксировать истинного виновника конфликта и лишить премии только её! Иначе прошу засвидетельствовать несчастный случай на производстве без потери трудоспособности. Или даже с потерей. Доктора мне! Докторааа!

– Не доктора тебе, а роту солдат, чтобы поимели тебе сразу все, – прошипела Настя.

– Напугала?! Это на твою лоханку и одного комара достаточно!.. Спасибо скажи: хоть чему-то твоего Славика обучила, кобелину твоего неотёсанного.

– Коллеги, прекращаем трения! – прикрикнул Эдуард Викторович.

– Так будет доктор или нет? – Лера повернулась к нему. – Если в вашем присутствии работница неадекватно ведет, что в отсутствие?! Требую ужесточить наказание.

– Будет-будет. Останьтесь, Валерия Александровна. Придётся с вами провести дополнительную беседу. А вы, Анастасия Петровна, немедленно приступайте к работе. Мы должны ощущать себя единой командой, а не разводить дрязги и склоки!

Лера осталась и уселась напротив начальника, закинув ногу за ногу.

– Какого доктора тебя надо? – Эдуард Викторович сменил тон с приторно-пафосного на игривый. – Фельдшер на добровольных началах не подойдет?

– Фельдшером я и сама могу быть. На мне этого мало.

– Чего «этого»?

– Второстепенного.

– Может быть, предложить моё кресло?

– Мне достаточно быть рядом и, как вы сказали, «ощущать себя единой командой».

– Команда команде рознь.