Русская поэзия Китая: Антология
Шрифт:
СТИХИ О СТИХАХ
О, стихи, привычное витийство.
I
О, стихи, привычное витийство, Трудное и злое ремесло… Вот и рифмочку «самоубийство» Как-то в эти строки занесло. Трудно жить, писать еще труднее. Подвиг это. Кто сейчас поймет, Что над нами злые ветры веют, Солнце, точно нехотя, встает… В бурях обезумевшего века Погибают духа корабли… Жалкий, слабый голос человека Вот уже не слышен из дали. II
Холод рассвета — как острый нож, Входит в суставы странная дрожь, Солнце подняло свой огненный зрак… Кто это там, не пойму никак, Плечи сутулит над шатким столом, С утренним серым, усталым лицом, Пишет не пишет, бумагу скребет. Хмурится жалко измученный рот. Странно знакомый! Да это ведь я! Это моя роковая стезя! Вены открыты, и пенной рекой — Рифма за рифмой, строка за строкой! III
Вот стихи, там горечь всех разлук, Боль сплетенных на прощанье рук, Радость встреч и полдня чистый зной, Блеск звезды прекрасно-голубой… Тусклый взгляд убийцы-подлеца, Нежный свет любимого лица, Свежесть утра и дыханье роз, Ангел смеха, рядом — ангел слез… Все, что в мире было, будет, есть, Что не высказать, не перечесть, Что в душе твоей погребено, Богом ласковым освящено… Синий свет нездешней вышины… Вот стихи — кому они нужны?!. СТИХИ О КИТАЕ
(«Над широкою желтой рекою…»)
СТИХИ О КИТАЕ
(«Помню дымки от походных жаровень…»)
РОССИЯ
БОРИС ВОЛКОВ
ПУЛЕМЕТЧИК СИБИРСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА
I
Оставшимся спиртом грея Пулемет, чтоб он не остыл, Ты видишь: внизу батарея Снялась и уходит в тыл. А здесь, где нависли склоны У скованной льдом реки, Последние батальоны Примкнули, гремя, штыки. Простерлась Рука Господня Над миллионом стран, И над рекой сегодня Развеет Господь туман. Чтоб были виднее цели, Чтоб, быстро поймав прицел, На гладь снеговой постели Ты смог бросить сотни тел. Широкие коридоры Зданья, что на Моховой, — Привели тебя на просторы, Где кипел долгожданный бой. В двуколке, что там, в овражке, — Шопенгауэр, Бокль и Кант… Но на твоей фуражке Голубой отцветает кант. II
Небо из серых шкурок В утренний этот час… И, закурив окурок, Подумал: «В последний раз!» Надо беречь патроны И терпеливо ждать, Пока не покроют склоны, Как муравьи, опять. И только когда их лица Ты различишь, пулемет, Забившись в руках, как птица, В последний их раз сметет. А там — за наган… Пустое! Лучше эмблемы нет: Снег на горах и хвоя — Бело-зеленый цвет. III
И совсем как тогда, под елью (Над бровями лишь новый шрам), Ты меришь ногами келью, Что дали монахи нам. Сегодня, мгновенно тая, — Снежинки… О, в первый раз!.. И мы за стеной Китая О прошлом ведем рассказ… Обыденность буден сжала, Как келья, былую ширь… На стене — портрет Адмирала Из книги: «Колчак, Сибирь». И рядом с ним — твой Георгий, Символ боев и ран… — В городах выставляют в морге Неопознанных горожан… — Как сон, помню: шли без счета, И в небе — горящий шар… …И труп мой от пулемета Отбросил в снег комиссар… КОНЕЦ ПУТИ
ПЕСКИ
Поделиться с друзьями: