Чтение онлайн

Избрание в цари шестнадцатилетнего Михаила Федоровича Романова имело колоссальное значение для успокоения государства. Это произошло в январе 1613 года на Земском соборе, в котором участвовало почти семьсот представителей от дворянства, бояр, духовенства и стрельцов со всех концов Русского государства.

Рассказывают, что поляки, узнав об избрании Михаила Романова, послали отряд в надежде схватить его, но местный крестьянин Иван Сусанин завел поляков в лесную чащу, где пал под ударами их сабель. Благодаря его подвигу новый царь и его мать, инокиня Марфа, успели спастись, найдя убежище в костромском Ипатьевском монастыре.

В отличие от другого сословно-представительного учреждения — Боярской думы — Земский собор не был постоянным органом и созывался от случая к случаю, когда у властей возникала необходимость опереться на мнение всех сословий. Собор заседал в Кремле, в него входили церковные иерархи во главе с патриархом, Боярская дума, выборные представители столичного и городского дворянства, а также выборные от привилегированных купеческих корпораций (гостей, гостиной и суконной сотен), черных сотен и слобод Москвы и посадских людей из других городов.

Важнейшее влияние на решения Земского собора оказало казачество; поэтому Михаила Романова его недоброжелатели, случалось, величали «казачьим царем», как бы намекая, что его выдвинули низы общества. Вряд ли это мнение имело под собой основу: отец Михаила, митрополит Филарет, происходил из старинной боярской семьи; в свое время он был насильно пострижен в монахи Борисом Годуновым, а теперь был избран патриархом.

Можно сказать, что Филарет (годы на патриаршем престоле — 1619–1633) был советником и в значительной степени соправителем царя Михаила. В 1625 году он учредил особый Патриарший приказ, строго упорядочивший церковные дела. Филарет много сделал для русского просвещения: он основал при Чудовом монастыре греко-латинское училище, значительно расширил деятельность московской типографии.

До нас дошел рассказ о сватовстве Михаила Федоровича. Это была уже не первая его попытка обрести семейное счастье. Женитьбу на боярышне Марии Хлоповой расстроила мать царя. Брак же с княжной Марией Владимировной Долгорукой продлился недолго: через несколько дней после свадьбы молодая царица заболела и через пять месяцев умерла. Таким образом, тридцатилетний Михаил Романов остался бездетным вдовцом. Для новых смотрин из разных городов свезли шестьдесят претенденток. Невесты явились во дворец со своими девушками-служанками. Согласно легенде, царь решил выбирать невесту, когда все они уснут прямо во дворце. И вышло, что выбрал он себе служанку и, не отступив от своего слова, женился на ней. Это была дочь Лукьяна Степановича Стрешнева — обедневшего дворянина, попавшая в услужение по причине великой нужды семьи.

После свадьбы Михаил Романов послал дорогие подарки своему тестю, но Лукьян Степанович не изменил образ жизни, проводимой в простоте и в труде. На иконе в своем доме, где была только лавка и стол, на оборотной стороне он написал: «Лукьян, помни, кем ты был».

Это был очень счастливый брак. Они прожили вместе, не расставаясь ни на один день, двадцать лет. У них родилось десять детей, причем шесть умерло во младенчестве; выжили три царевны — Ирина, Анна и Татьяна — и сын, наследник трона, царевич Алексей. Спустя многие годы Ирина вместе с племянником своим Федором Алексеевичем крестила другого своего племянника, сына брата Алексея, — царевича Петра — будущего Петра I.

После Смутного времени и серии русско-польских войн в Москве оказалось много поляков. Кто-то из них имел статус военнопленных, но просто происходил из пограничных городков, сел и местечек. По условиям Андрусовского перемирия 1667 года все они имели право вернуться в Польшу, но многим жизнь в «варварской Москве» показалась привлекательнее, чем в «просвещенной Европе», и они решили остаться. Для их свободного поселения выделили специальное место: «…за Сретенскими воротами Земляного города выгонную городскую, а также полевую землю, взятую у соседних Напрудной и Троицкой слобод».

Новую слободу окончательно учредили в 1670 году и назвали Мещанской, от польского «mieszczanin», то есть «горожанин», «местный». Мещане слились с русскими посадскими и, так уж вышло, дали им свое название. С течением времени городской условно-средний класс стал называться именно мещанами. Этот термин даже по звучанию удачно вписался в русские названия социальных слоев — дворяне, крестьяне, мещане… Главная улица бывшей Мещанской слободы сейчас называется проспектом Мира. Сохранилась и Мещанская улица — она идет параллельно проспекту Мира и вливается в Садовое кольцо.

XVI–XVII века в Европе — это время, когда уже проявились непосредственные результаты Ренессанса и Реформации, время, не случайно называемое историками «Новым». Пало повсеместное политическое и идеологическое господство Католической церкви. Протестантская индивидуалистическая трудовая этика стимулировала дух свободного предпринимательства — основную движущую силу капитализма. Освобожденный от догматической опеки разум, свободно исследуя закономерности природы, готовил теоретический фундамент для промышленной революции конца XVIII — начала XIX века.

В Москве же мы наблюдаем бережное ревниво-пристрастно отношение к «старине»; все новое здесь в это время порой воспринимается как свидетельство наступления последних времен и царства Антихриста. Оплотом такого мировоззрения была Православная церковь, твердо стоявшая за то, чтобы привить принятый ею взгляд о вреде любых изменений и благочинную мораль «Домостроя» всему окружающему миру. Несмотря на это, в царствование Михайла Романова продолжило усиливаться западное влияние, начавшееся еще при Годунове.

Выписывается (в 1639 году) ученый голштинец Адам Олеарий, который «в грамоте гораздо научен и навычен астраломии и географус, и небесного бегу и землемерию и иным многим подобным мастерствам и мудростям, а нам великому государю (то есть Михаилу Федоровичу) таков мастер годен». Несколько позже в Чудовом монастыре заводится греко-латинское училище; открываются школы при Спасском монастыре и Ртищевская при Андреевском монастыре (1649).

По указу Михаила Федоровича придворные одеваются в короткие кафтаны вместо охабней, начинается бритье бороды с оставлением усов по польскому образцу, хотя патриарх и восстает против этого «еретического безобразия».

В 1628 году царь Михаил Федорович издал указ, запрещающий «безделицы», то есть народные гулянья и скоморошество (хотя пьянство по-прежнему поддерживалось существованием «царевых» кабаков). Царский запрет подкрепил патриарх Филарет, который ввел наказание кнутом за молодецкие утехи — борьбу или кулачные бои. Однако московских потешников не так просто было остановить и тем более запугать. Вопреки указам они продолжали веселить народ. В 1631 году Михаил Федорович, будто бы забыв про свое предыдущее запрещение, приказал перевести беспокойных соседей за реку Пресню. Обосновались они в районе Трех гор. Тогда эта местность получила название Новое Ваганьково. Столетие спустя этот район реки Пресни начал превращаться в промышленный. Его главное предприятие, основанное в 1799 году, стало называться «Трехгорная мануфактура». Оно существует и поныне.