Чтение онлайн

–  Согласен. Но они есть?

Есть. У нас есть части постоянной готовности. У нас есть высокоточное авиационное оружие, и так далее.

–  А кто сможет осуществить эту миссию?

–  Тут мы выходим на тему более широкую - на военную реформу вообще. Армия находится в непростом положении. Десять лет государство не уделяло ей и другим службам обороны и безопасности страны должного внимания. На сегодняшний день мы призываем на срочную службу меньше десяти процентов тех молодых людей, которые по закону должны проходить военную службу. А в 94-м году, еще не так давно, десять лет назад, мы призывали тридцать процентов.

Мы начали постепенный переход на контрактную систему комплектования и рассчитываем, что к 2008 году все части постоянной готовности сухопутных войск, морской пехоты, ВДВ полностью перейдут на контракт.

–  Надо еще прилично платить им, надо, чтобы были социальные гарантии.

–  Само собой. К концу этого года в Чечне у нас призывников уже не останется. А рядовой первогодок по контракту будет получать пятнадцать тысяч рублей в Чечне.

В других частях, конечно, меньше. Во Пскове первая воздушно-десантная дивизия переведена полностью на контракт, там денежное довольствие солдата-первогодка по контракту - шесть тысяч рублей.

–  А люди идут на шесть тысяч рублей? Много желающих?

–  Понимаете, в России в разных регионах большая разница в зарплатах. И шесть тысяч рублей где-то не так уж плохо. Хотелось бы больше, но надо учитывать финансово-экономические возможности, ресурсы государства.

–  Пока не можем?

–  Да.

–  Может, не нужна такого размера армия?

–  Десять лет назад численность Российской армии составляла 3 миллиона 700 тысяч человек. На сегодняшний день - 1 миллион 100 тысяч. Хватит сокращений. У нас страна в десяти часовых поясах.

–  Расслабляться нельзя?

–  Нельзя расслабляться. А главное - качество армии. Мы можем эффективно защищать Россию только с помощью компактной мобильной армии. Мы не можем у каждого, извините, столба, в каждом городке, населенном пункте держать крупные воинские подразделения. Мы живем в век современных технологий. Россия с чисто оборонной точки зрения может выжить только за счет современнейших видов вооружения, а не за счет солдатских масс.

–  Но нужны деньги…

–  Нужны. Бюджет Минобороны на будущий год - 471 миллиард рублей. А общие расходы, с учетом ряда программ, которые идут вне бюджета Минобороны, - 573 миллиарда рублей.

–  По сравнению с другими статьями бюджета это вообще не сумасшедшие деньги?

–  Казалось бы, огромная сумма. Но во-первых, доля военного бюджета в ВВП как была, так и остается - 2,6-2,7 процента ВВП. А во-вторых, куда идет эта реальная прибавка без учета инфляции? На программу вооружения, то есть на перевооружение.

И мы рассчитываем в будущем году около 300 образцов новой техники закупить.

–  Нового поколения?

–  Да. А вторая часть прибавки пойдет на монетизацию льгот военнослужащих, на денежную компенсацию. Кроме того, содержание военкоматов, организацию призывной кампании раньше оплачивали местные органы власти, а теперь эти расходы лягут на Министерство обороны.

Не менее важный вопрос: насколько эффективно ты используешь те деньги, которые есть?

–  Да, и кому они достаются, потому что российское офицерство получает такую зарплату, что многие офицеры вынуждены подрабатывать где-то на стороне. Что сделать, чтобы те, которые не дослужились до больших звезд, почувствовали, что страна о них заботится?

–  Когда я пришел в Министерство обороны, мы стали смотреть уровень денежного довольствия офицеров. Я беседовал с генералами, объездил все округа, и меня приятно удивило, что все генералы говорили: товарищ минист давайте пойдем на неординарный шаг - повысим денежное довольствие не равномерно всем, а с резким креном в сторону младших офицеров.

И в 2002 году мы это сделали. Условно говоря, лейтенант, капитан получил прибавку в пятьдесят процентов, а генерал - в десять процентов. И сами генералы признали это справедливым. Во-первых, надо думать о будущем, какие офицеры будут у нас через пять-десять лет. Нельзя жить сегодняшним днем. А во-вторых, это действительно социально справедливо, потому что у того же старшего лейтенанта, капитана в каком-то отдаленном гарнизоне жена и двое детей. Жена работать не может, там просто негде, дети маленькие. А у генерала дети уже выросли, работают…

–  И могут даже содержать его…

–  А вторая проблема - жилье. Очень запущенная проблема, в одночасье мы ее не решим. У нас на сегодняшний день 145 тысяч семей военнослужащих либо не имеют жилья, либо мы должны их обеспечить служебным жильем. Если быть точным: 91 тысяча семей военнослужащих не имеют никакого жилья, а 41 тысяче мы должны предоставить в соответствии с законом служебное жилье. Это те, кто заключил контракт после 1998 года, по закону.

–  Закон есть, возможностей нет.

–  Да. Почти все, что мы строим сейчас, мы даем тем, кого увольняем из армии. Это тоже неправильно, потому что возникает парадоксально-маразматическая ситуация…

–  Хочешь квартиру, уходи, да?

–  Хочешь квартиру - увольняйся. Хочешь служить - не получишь ничего. Какой же здесь стимул?

–  Стимул уйти.

–  Совершенно верно. Начиная с 2005 года мы вводим ипотечно-накопительную систему. На твой персональный счет капают деньги, и через три года ты можешь брать уже кредит в банке под государственные, естественно, гарантии и выходить на рынок покупать квартиру, которая будет твоей вне зависимости, где ты служишь после этого.

–  Сергей Борисович, у вас сколько детей?

–  Двое.

–  Сыновья?

–  Сыновья.

–  По возрасту пора в армию?

–  Они офицеры запаса.

–  А вы бы их отпустили в современную армию сегодня?

–  Если бы они захотели идти сейчас, конечно, я бы препятствовать им не стал. Но они уже взрослые люди, они работают.

–  Вы производите впечатление человека в блестящей физической форме. Что-то делаете, чтобы поддерживать такую форму?

–  Если вы намекаете на занятия спортом, то - увы. Когда был студентом, играл и в футбол, и в баскетбол. В баскетболе первый разряд имел. А сейчас - нет времени.

–  Но производите впечатление…

–  Именно впечатление, не более того. У меня ведь режим: постель, ванна, машина, лифт, кресло. И потом в обратном порядке то же самое поздно вечером.

–  И где-то в середине еще работа?

–  В середине, конечно, работа и еще раз работа…

Алексей КУДРИН:

"Изменения курса реформ не будет" ‹19 сентября 2004 г.› - Алексей Леонидович, объясните, пожалуйста, от чистого сердца и простыми словами, что такое бюджет и для чего он существует?