Чтение онлайн

Потом «Диету» закрыли надолго, месяца на три. Типа ремонт. Мы и забыли про нее. Однажды идем мимо, и вдруг двери, стеклянные, автоматические, раз - и открылись. Вошли - а там рай. Барьеры сметены. Все горит и сияет, Валя, Галя и Тома с бейджами улыбаются, как неродные, улыбками сорта «ресепшн», по стенам, точно светильники, полыхают пятьсот сортов драгоценных алкоголей, за стеклом мильен рябых колбас, мед прыгает на варенье, каперсы на анчоусы. Яблоки «джонатан» размером с череп, побелить - и выйдет картина художника Верещагина «Апофеоз войны».

Ассортиментная благодать низошла не совсем на нас. Рядом отстроили два дома серии «элитки». «Элитки» - это то, что возводится бесшумными и бесчисленными восточными людьми на слякоти всего за полтора-два года и в десяти метрах от старых домов, жильцы бессмысленно протестуют, по ночам забивают сваи, - а однажды ты смотришь в окно и видишь чугунную решетку, двор, заставленный серебристыми, как на подбор, иномарками, не поместившимися в подземный гараж, и будку с гестаповцем. На минуту чувствуешь себя немного индусом, которому повезло оказаться вблизи от особняка британской администрации. Потом, правда, посмотришь на лица новоселов - и начинаешь понимать.

Но «Универсам на П.» - так он теперь назывался, ни рыба ни мясо, ни магазин, ни супермаркет, - довольно быстро показал благородной публике гнилой зуб. Полгода косметической нейтральности - а дальше пальба и гульба: тухлые, извините, куры. Которые охлажденные. Не с душком, а именно что. Несешь обратно - безропотно принимают, но зачем же тогда покупать. Купила мороженую курицу Doux и поразилась: то же самое. Пованивала размороженная рыба. Распадалась в слизь селедка. После употребления рыбы по-корейски соседке Ире дали бюллетень. У стюардесс торгового океана Томы, Вали и Гали ослабли мышцы лица и перевернулись улыбки. Девушки на кассах все чаще по два раза пробивали один и тот же товар. Пропускные рамки орали просто так, от склочности, навстречу бежал охранник с изменившимся лицом. Нарядный магазин стал походить на «Дикси» - не хватало только раскисшего картона под ногами.

Кто- то натравил санинспекцию, и «Универсам на П.» закрылся на ремонт. Мы помянули его тихим злобным словом.

На смену ему пришел супермаркет Г. Он тоже скурвился за полгода. Это их стандартный цикл созревания.

Начинали традиционно, с низких цен и манер повышенной галантерейности, - закончили новацией «пакет-майка цена 70 коп.», это которые раньше на кассе были условно бесплатно. Сначала у них пропал предмет первой необходимости: малоформатная водка, «мерзавчики». После этакого антинародного жеста стало ясно: хорошего не жди. Начали фасовать зелень в пакетики - меньше 25 рублей не выходило за укропную веточку. В мандариновую кожуру кто-то специально втирал черную краску. Зеленые лимоны на месте желтых - и хоть бы кто покраснел. Хлеб по 27 рублей. Однажды не нашлось туалетной бумаги дешевле 120 рублей. Пришла беда - отворяй ворота. Апогеем буржуазной мерзости и плевком в лицо окрестному неэлитному населению стали фейхоа по 855 рублей за кило.

Фейхоа, значит. Мусорный мелкий фрукт, годный разве что для фонетических забав, по текстуре - пародия на мозговую кору, два рубля кило на симферопольском рынке 1989 года.

–  Позора мелочных обид.

Соседка Ира выдала обсценную фиоритуру.

–  Ненавижу, - добавила она.
– Больше ни разу.

–  Абсолютно, - сказала я.
– Никогда-никогда!

Через неделю мы встретились в супермаркете Г.
– и даже не засмеялись.

Мы ведемся на простые рефлексы. Первый и важный - это «тележка для продуктов», страшно сентиментальное устройство: на минуту ты забываешься и начинаешь ее немножко покачивать, как коляску с младенцем. В кончиках пальцев живет эта память, с ней ничего не поделаешь: надо толкать перед собой, держать, трогать подгузник. Так глупая московская женщина попадает первый раз: на сантимент и воспоминание.

Во второй раз она попадает на «публику». Ей кажется, что публика медитативна, относительно чистоплотна и равнодушна. Но пьянь появляется и среди самых мраморных стен. Ночью можно встретить персонажей известного пошиба, обкуренных подростков, трудящихся женщин с трассы в сетчатых чулках. Случаются конфликты.

В третий раз попадает на «вежливость персонала». Но персонал сейчас везде относительно терпим, а вежливость иллюзорна. Кричать не кричат, но однажды я видела, как обменивают просроченный товар, как брезгливо кривится лицо у менеджера, как густо краснеет пенсионерка, осмелившаяся потревожить госпожу начальницу. Особая стать - охранники. Исключительно от скуки он будет ходить за тобой по залу и дышать в плечо, а когда ты скажешь: «Наблюдайте за мной так, чтобы я вас не видела», - удивится: «А че?» Ночью зови или не зови менеджера, пиши или не пиши в жалобную книгу - он будет за тобой ходить. Потому что ночь и скучно, а он личность и человек.

Есть еще четвертое, пятое и восьмое, но все это не важно: они поменяются, но не изменятся. Как писал Заболоцкий, «Куда, куда идти теперь? Уж Новый Быт стучится в дверь». Идти в самом деле некуда.

«Азбука вкуса»

Вчера я вышла из магазина «Азбука вкуса» на Старой Басманной с четырьмя пакетами покупок. Раскладывая приобретения, приветливая упаковщица у касс явно желала мне польстить. Куплено-то было всего ничего: небольшой кусочек говяжьей вырезки, крошечная баночка песто, кочан салата, пакет одноразовых бритвенных станков и пачка самых обычных спагетти. Обычно я приобретаю продукты впрок на неделю, и еще никогда мне не доводилось потратить на еду больше трех тысяч рублей зараз. Но в жизни бывает всякое: заработалась, в холодильнике шаром покати, а на дворе ночь и все окрестные магазины, кроме круглосуточной «Азбуки» уже успели закрыться. Вот и пришлось за один скромный ужин отдать пятьсот с лишним рублей.

Неудивительно: «Азбука вкуса» давно славится как сеть супермаркетов с едва ли не самыми высокими ценами в Москве. Причем с бессмысленно высокими - никто не знает, почему самые обычные продукты здесь в полтора-два раза дороже, чем в других местах. Высокие арендные ставки? Нет, вряд ли. Рядом с каждой «Азбукой вкуса» обязательно найдется супермаркет попроще, и цены там будут человеческие. Дополнительная плата за возможность держать в магазинах особенно широкий ассортимент? Но ничем сверхъестественным здесь не торгуют. Ну да, есть в продаже листы нори для маки-суши, охлажденная форель, сыр бри, пармская ветчина и свежие ягоды в любое время года - так и что с того? Этим московского мещанина уже не удивишь: подобные товары нынче не удастся найти разве что в самых низкопробных супермаркетах вроде «Копейки» или «Пятерочки». В общем, на первый взгляд кажется, что хозяева задирают цены просто так, исключительно из самодурства. Управляющий «Азбуки вкуса» Владимир Садовин как-то обронил в интервью: «Наша минимальная торговая наценка - 20%. Ну а ограничений на наценку у нас нет». А то, что покупатели от такой дороговизны не бегут куда подальше, и вовсе неудивительно - мало ли на свете идиотов.

Однако все не так просто. Стоит немного понаблюдать за тем, что происходит в магазинах этой сети, как ответ на вопрос «почему здесь так бессмысленно дорого» становится очевиден. Покупатели платят «Азбуке вкуса» за то, чтобы чувствовать собственную исключительность.

Раньше за этим ощущением ходили в «Елисеевский» - он с самого своего открытия славился не только ассортиментом, но и особенной услужливостью продавцов. Сегодня, однако, «Елисеевский» уже не тот: народу много, целыми днями то дряхлые старушки из тверских переулочков за кефиром приходят, то клерки из окрестных офисов стаями прибегают покупать салатики к обеду, к кассе из-за них не протолкнешься. Словом, слишком демократично, несмотря на роскошную позолоту интерьеров. Обещало руководство «Елисеевского» после очередной реконструкции магазина сделать в нем все, как раньше было, при настоящих хозяевах, - с приказчиками, носильщиками и швейцарами, да что-то не сдержало обещаний. Вот и расплодились на безрыбье по всем центральным районам Москвы светлые супермаркеты с нежными бело-зелеными вывесками. Здесь все радует глаз состоятельного клиента: просторно, народу мало, парковка имеется, а самое главное - персонал, который вышколен так, что не уступит и прославленным приказчикам из дореволюционных магазинов.

Приходя сюда в первый раз, наверное, чувствуешь себя неловко. У прилавка мешкаешь, стесняясь отвлекать разбирающего товар продавца в безупречно чистом халате. Непонятно, как обратить на себя его внимание, - требовательно кашлянуть? Постучать монеткой по прилавку? Воскликнуть с вопросительной интонацией «Будьте любезны…»? Да нет, все это годится только для татарки Алии из продуктового подвальчика напротив, а тут нужно что-то другое. И в тот самый момент, когда решаешь, что лучше всего просто убежать к чертовой матери из этого напыщенного места, продавец, шестым чувством ощутив ваше присутствие, неожиданно поворачивается и смотрит масляными глазами.

–  Добрый день. Чего изволите?

–  Да мне бы лосося свеженького… килограммчик, - ответите ему, еще робея.
– Есть ли?

–  Конечно, - улыбается продавец, - норвежская лососинка у нас, первый сорт, не замораживалась никогда, свежайшая. Сейчас сделаем, будьте покойны! В лучшем виде!

И пока он режет рыбу, взвешивает ее на точнейших электронных весах, бережно укладывает в лоточек и затягивает тонкой прочной пленкой, не забывая то и дело посылать вам лучезарные улыбки, вы прямо-таки ощущаете, как неукротимо растет ваше чувство собственного достоинства. А тут уже и рыбка подоспела, продавец, сияя, протягивает ее вам через прилавок. Ошалев от такого приема, вы зачем-то прихватываете в овощном отделе коробочку совершенно, в сущности, ненужной вам спаржи - просто остановились прицениться к редиске, а такая милая продавщица порекомендовала обратить внимание на спаржу, мол, сезон начался, а уж какая польза от этой спаржи!… и такой, знаете ли, деликатес. Потом опомнитесь, стряхнете ненадолго охватившее вас наваждение и попытаетесь совершать покупки строго по составленному заранее списку: батон надо взять, яиц, пару шоколадок (обычный горький шоколад, ничего особенного, но настоящий, швейцарский, не чета нашему), масла сливочного, йогуртов на завтрак, колбаски. Вроде бы все, ничего не забыл… Подвезете тележку к кассе, за ней ласковая девушка-красавица, улыбается еще слаще продавцов.