Чтение онлайн

Так окончил свою жизнь в расцвете сил, молодой еще (ему было всего 47 лет) ученый, подаривший миру одно из самых крупных изобретений, которые когда-либо знало человечество: изобретение, позволившее людям и говорить, и слышать, и видеть за многие тысячи километров, не устраивая никакой материальной связи.

Своим изобретением Александр Степанович Попов обессмертил не только свое имя, но и русскую науку. Советское правительство оценило громадную заслугу Александра Степановича перед родиной и в день 50-летия открытия «беспроволочного телеграфа» декретировало ряд мероприятий, которые увековечили память великого русского изобретателя.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Русская электротехническая общественность в последние десятилетия XIX в.

Электротехнический (VI) отдел русского технического общества

Семидесятые годы прошлого века ознаменовались бурным развитием русской электротехники. В Петербурге и в Москве работали пионеры мировой электротехники — Яблочков, Лодыгин, Чиколев. Такие крупные теоретики, как Столетов, Боргман, Хвольсон, Егоров, Лачинов, Слугинов и ряд других ученых, работали в университетах и других высших школах Петербурга и Москвы. В самых отдаленных уголках России начали появляться люди, интересующиеся электротехникой, и многочисленные изобретатели. Возраставший непрерывно интерес к электротехнике властно требовал организации какого-нибудь общественного центра, вокруг которого могли бы сплотиться русские электротехники. В условиях тогдашней России лучшим центром могло бы быть научное общество. Естественно, что взоры всех электротехников обращались на общества, существовавшие уже в то время в Москве и Петербурге; в Москве — Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии, а в Петербурге — Физико-химическое общество при Петербургском университете и Русское техническое общество. Первые доклады о трудах русских электротехников и делались в этих обществах. В. Н. Чиколев делал доклады о своих первых изобретениях в Московском обществе любителей естествознания, первые сообщения об изобретении П. Н. Яблочкова были сделаны профессорами Ф. Ф. Петрушевским и Н. Г. Егоровым в Петербургском Физико-химическом обществе. Сообщения из области электротехники делались и в некоторых отделах Русского технического общества в Петербурге. Но во всех этих обществах доклады и сообщения по электротехнике имели случайный характер. И по своим прямым задачам, и по составу членов и Физико-химическое общество и Общество любителей естествознания могли интересоваться, главным образом, научной стороной электротехники, поскольку она соприкасалась с физикой и химией. Техническое общество работало, главным образом, в областях наиболее развитых в то время отраслей техники: в области механики, строительного дела, химической технологии и т. п. Большинство инженеров того времени электротехникой мало интересовалось.

Вопрос о создании специального электротехнического общества назревал:

И вот в 1879 г. находившиеся тогда в Петербурге пионеры русской электротехники П. Н. Яблочков, А. Н. Лодыгин, В. Н. Чиколев, совместно с рядом других электротехников и физиков, интересовавшихся электротехникой, Д. А. Лачиновым, Н. П. Булыгиным, В. Я. Флоренсовым, О. Д. Хвольсоном и целым рядом других лиц, приступили к организации в составе Русского технического общества в Петербурге особого электротехнического отдела по образцу уже существовавших в Обществе отделов по другим специальностям. Задача отдела, как и всего Русского технического общества, формулирована в уставе Общества словами: «Общество имеет целью содействовать развитию техники и технической промышленности в России». К 1880 г. в Техническом обществе было пять отделов, именно: Отдел химических производств и металлургии, Отдел механической технологии, механики и машиностроения, Отдел строительного искусства и архитектуры и Отдел фотографический. Электротехнический отдел был шестым сформировавшимся отделом Технического общества и среди русских электриков чаще и именовался «Шестым отделом», чем «Электротехническим». Специальной задачей отдела было содействие развитию электротехники. Новый отдел получил вскоре в Техническом обществе первенствующее значение и, несмотря на то, что в дальнейшем в Обществе был сформирован еще целый ряд отделов, общим числом двенадцать, шестой отдел сохранил в Русском техническом обществе во все время своего существования свою ведущую роль. Причиной такой роли отдела было, конечно, прежде всего, то значение, которое электротехника получила в народном хозяйстве России, но также громадное значение имела та активность, та жизненная сила, которую проявил Электротехнический отдел с первых же дней своего существования. Немедленно после оформления отдела, уже 30 января 1880 г., было назначено первое собрание членов Русского технического общества, подавших заявление о желании участвовать в работах нового отдела — электротехнического. Всего их было 56 человек. Среди них были инженеры, работники промышленности, владельцы промышленных предприятий, работники Главного управления почт и телеграфов и Министерства путей сообщения, военные инженеры, моряки и т. д. Ведущими членами оказались, конечно, пионеры электротехники — П. Н. Яблочков, который на первом же собрании был выбран заместителем председателя («кандидатом по председателе», как официально называлась эта должность). Владимир Николаевич Чиколев и Дмитрий Александрович Лачинов были выбраны непременными членами отдела. Действительными членами были А. Н. Лодыгин, Н. П. Булыгин, Ф. А. Пироцкий, Е. П. Тверетинов, В. Я. Флоренсов, А. М. Хотинский, А. И. Шпаковский — все выдающиеся пионеры русской электротехники, а также И. Н. Деревянкин, В. А. Воскресенский и Н. Н. Кормилев — крупнейшие работники в области телеграфии. В числе членов основанного отдела были и не электрики, как, например, известный профессор химии в Горном институте К. И. Лисенко и пользовавшийся большой популярностью петербургский преподаватель физики Я. И. Ковальский, впоследствии игравший в отделе выдающуюся роль. В числе основателей-моряков был 3. П. Рожественский, будущий адмирал флота во время Русско-Японской войны. Скоро в отдел действительными членами вошли проф. О. Д. Хвольсон, проф. Р. Р. Вреден (медик), проф. П. Р. Шуляченко, С. К. Джевецкий (известный изобретатель подводной лодки), Ч. К. Скржинский и А. И. Смирнов, бывший впоследствии руководящим деятелем и председателем отдела, а также ряд других лиц, в числе которых были и лица, стоявшие во главе правительственных и военных учреждений, имевших отношение к электротехнике, как-то: начальник Главного управления почт и телеграфов, генерал Н. А. Безак и его помощник С. А. Усов, стоявшие во главе электротехнической части Военно-инженерного ведомства генерал М. М. Боресков и Л. М. Иванов и др. Все это были лица, оставившие следы в истории русской электротехники. На фиг. 58 воспроизведены подписи большинства первоначальных членов VI отдела, присутствовавших на заседании в марте 1881 г.

Скоро число членов VI отдела перешло далеко за сто и затем непрерывно увеличивалось. Такой успех отдела и особенно интерес к нему официальных лиц из руководящего состава правительственных и военных учреждений объяснялись тем, что непрерывно увеличивающееся в России число применений электричества в разных отраслях народного хозяйства требовало уже некоторой регламентации, требовало решения многих ответственных технических и экономических вопросов. Никаких достаточно компетентных правительственных органов для этого не существовало и правительственные учреждения, несмотря на все свое недоверие к общественным организациям, вынуждены были воспользоваться силами Русского технического общества для широкой консультации и даже подготовки правительственных мероприятий. Так было с Правилами и нормами для электротехнических установок, с участием России в Парижской международной электрической выставке и т. п.

В начале деятельности VI отдела одним из активных членов отдела был лейтенант флота А. М. Хотинский, известный тем, что по некоторым сведениям, уехав в Америку, взял с собою несколько ламп Лодыгина и передал их Эдисону. Хотинский был, повидимому, инициативным и активным человеком. Он сотрудничал в Петербурге с пионерами электрического освещения и в то же время разрабатывал способ газового освещения, основанного на том же принципе, как и известный друмондов свет. В газетах того времени (1880 г.) печатались объявления следующего содержания: «Торговый дом в Петербурге под фирмой «Свет» принимает на себя устройство освещения по способу А. М. Хотинского во всякого рода помещениях… Свет по способу А. М. Хотинского получается от накаливания огнеупорного вещества в пламени жидких и газообразных углеводородов, которые раздуваются и питаются струей кислорода… Свет обладает всеми свойствами дневного» и т. д. Затем Хотинский занимался изобретательством аккумуляторов с горизонтальными электродами, потом перешел к усовершенствованию ламп накаливания, предложив свою конструкцию, и т. д. Все его изобретения широких применений не получили.

Первым председателем VI отдела был избран генерал Ф. В. Величко, один из руководителей Главного штаба, пробывший председателем отдела долгое время и во многом содействовавший завоеванию молодой общественной организацией должного положения. А это было не легко: в 1880 г. не только в России, но и в более развитых в промышленном отношении странах, еще далеко не все понимали значение электротехники и не думали о том перевороте в промышленности и вообще в народном хозяйстве, который вызывало внедрение промышленных применений электрической энергии. Для многих применения эти сводились к гальванопластике и свече Яблочкова, появление которой наделало столько шуму во всем мире. Специальных электротехнических обществ еще не было нигде. Существовавшие уже телеграфные общества в Англии, США и других странах лишь постепенно распространяли сферу своей деятельности на электротехнику вообще. Французское общество инженеров-электриков, носившее долго название «Международного Общества», возникло только в 1883 г., т. е. на 3 года позже VI отдела, после шумного успеха Парижской международной электрической выставки 1881 г. и Первого международного электротехнического конгресса, бывшего в Париже в том же году.

Однако, благодаря авторитету основателей VI отдела и его членов, а также умелому направлению деятельности отдела, с первых же шагов новый отдел Технического общества быстро завоевал авторитет. Он стал ставить перед собой и принимать к исполнению задачи исключительно большого значения. Первой из них была, конечно, задача ознакомления широких слоев населения с достижениями электротехники, с возможностями, которые она открывала и для промышленности и для быта, а также предоставление возможности русским изобретателям и ученым знакомить интересующихся со своими изобретениями и научными достижениями. Главнейшими средствами для достижения этих целей могли служить, конечно, организация специальных выставок, организация общедоступных лекций и сообщений по электротехнике, наконец, создание специального периодического печатного органа, посвященного вопросам электротехники. С выполнения этих мероприятий VI отдел и начал свою работу.

Вопросом об издании специального журнала VI отдел занялся на втором своем собрании 6 января 1880 г. Этот вопрос был внесен на обсуждение отдела одним из основателей отдела В. Н. Чиколевым. Вопрос был решен в положительном смысле и спустя полгода, в июле 1880 г., вышел первый номер журнала, получившего хорошо известное всем русским электрикам название «Электричество». Журнал этот — один из первых в мире специальных электротехнических журналов существует и до настоящего времени.

Наличие своего печатного органа значительно способствовало развитию и успеху деятельности нового отдела Русского технического общества. Журнал дал возможность VI отделу знакомить русскую инженерную общественность с развитием электротехники у нас и за границей, помещать известия о последних достижениях в области электротехники и, главное, давать широкую информацию о деятельности русских электротехников. Кроме того, журнал дал возможность и самим русским электротехникам помещать свои статьи в журнале и обсуждать на его страницах наиболее интересующие их вопросы.

Конечно, для выполнения задач, поставленных VI отделом перед собой, одного этого мероприятия было мало. Поэтому на самых первых своих собраниях отдел занялся и другими вопросами. Характерно, что в первую очередь отдел рассмотрел вопрос, поднятый А. Н. Лодыгиным, о помощи членам общества в получении нужных им для их практической деятельности сведений и о предоставлении им возможности в нужных случаях экспериментально прорабатывать свои предположения. Предложение Лодыгина интересно тем, что оно хорошо характеризует взгляды того времени на задачи технического общества, а также и те сведения, в которых больше всего нуждались русские электротехники. Письмо Лодыгина в VI отдел начинается словами: «Мне кажется я не ошибусь, если скажу, что одна из целей, ради достижений которых образовалось Техническое общество в полном его составе и наш отдел, в частности, определяется нашим желанием, с одной стороны, получать, сообщать, путем общих обсуждений, проверять имеющиеся у каждого из нас технические сведения и путем взаимной помощи увеличивать наши сведения, разрабатывая и разрешая различные вопросы, встречающиеся в технике, и, с другой стороны, служить центром, к которому могли бы притекать из публики вообще и из которого должны истекать в публику все практические сведения и вопросы по технике, равно интересные как для нас, так и для публики. Если мы остановимся в своем стремлении к этой цели, наше общество потеряет всякий смысл и будет мертвым телом — не больше, а чем энергичнее мы будем итти к этой цели, тем живее будет наше общество и тем больший интерес будет представлять его существование как для нас, так и для всей публики вообще… Хотя такие выражения, как: «в настоящее время наука идет гигантскими шагами вперед» или «юная электротехника подвигается гигантскими шагами вперед», сделались уже общими выражениями, но, несмотря на это, «юная электротехника» в действительности в своем грандиозном движении принуждена беспрестанно спотыкаться и, таким образом, нарушать грандиозность и величие своего движения. Такое положение «юной электротехники» зависит, по моему мнению, исключительно от недостатка цифровых данных… Мы имеем множество работ, направленных к тому, чтобы установить, направить, подтвердить или опровергнуть новые и старые теории, чтобы создать новые или видоизменить старые приборы, но мы почти совершенно не имеем цифровых данных для того, чтобы употребить в практике теории, старые и новые приборы и машины, хорошие и плохие, а также для того, чтобы их рационально улучшать и видоизменять, а между тем эти цифровые данные и составляют физическую силу техники вообще и, конечно, электротехники, так как без этих цифровых данных мы не можем ни применять теории, ни строить и употреблять приборы и машины. Поэтому для нас прямо обязательно, необходимо и целесообразно всеми мерами вызывать и способствовать получению таких цифровых данных».

В качестве примеров Лодыгин приводит в своем письме ряд весьма характерных для того времени вопросов, по которым необходимо было бы иметь цифровые данные. «Как велика температура вольтовой дуги и светящихся концов углей в различных источниках электрического света», «Какое и для какого употребления наивыгоднейшее сочетание числа оборотов возбудителя и машины, дающей ток, в машинах с отдельными возбудителями?», «Какое соотношение между длиной и сопротивлением обмотки и вообще размерами электромагнитов и катушки динамоэлектрической машины дает наибольшую силу тока и наименьший расход двигательной силы?», «Какое наивыгоднейшее соотношение существует между размерами и ценой проводников тока на расстояние и производительностью, расходом двигательной силы и ценою машин?»…

Эти вопросы и другие подобные, приводимые Лодыгиным в его письме, ясно показывают уровень электротехнических знаний начала 80-х годов. Лодыгин делает в своем письме первое предложение назначить комиссию и поручить ей выработать описок вопросов, решение которых наиболее необходимо электротехнике, и напечатать этот список в «Электричестве», а также второе предложение «способствовать средствами и общественным положением отдела для доставления возможности желающим заняться разрешением того или другого вопроса… и ходатайствовать в надлежащих местах о том, чтобы желающие были допущены для работ в те или другие лаборатории, физические кабинеты, заводы и т. п.».