Чтение онлайн

Раздел 3 Южная часть островов Тисима:

"В этом разделе дается описание южных островов Тисима, в число которых входит 2 больших острова - о. Кунашир и о. Итуруп, о-ва Суйсе и о. Шикотан".

Источник: Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору. М., Бимпа, 2001, с. 74

Док. № 62 Курильские острова по энциклопедическому

словарю Encyclopaedia Americana 1973 г.

Курилы или Курильские острова -цепь, состоящая из примерно 30 крупных островов и многочисленных мелких островков и рифов, протянувшихся на расстояние в 730 миль от оконечности полуострова Камчатка почти до самого побережья острова Хоккайдо, Япония.

В соответствии с Ялтинским соглашением 1945 г. между Советским Союзом, Великобританией и Соединенными Штатами, Курилы были в том же году (1945 г.
– ред.) заняты Советским Союзом.

С 1947 г. (неточность: Курильские острова вместе с Южным Сахалином были включены в состав СССР указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 февраля 1946 г. с образованием на их территории Южно-Сахалинской области в составе Хабаровского края, преобразованную в 1947 г. в самостоятельную Сахалинскую обл.
– см. док. № 53 - ред.) входят в состав Сахалинской области РСФСР. Наиболее важными островами являются (с севера на юг): Шумшу, Парамушир, Онекотан, Шиашкотан, Симушир, Уруп, Эторофу (Итуруп - ред.), Шикотан и Кунашир.

По Мирному договору с Японией 1951 г. (Сан-Францисскому договору ред.) Япония отказалась от всех претензий на Курилы, хотя в договоре не было специально оговорено, что острова передаются именно Советскому Союзу.

Источник: The Encyclopedia Americana. International edition. 1973, vol. 16, p.559 (Энциклопедический словарь "Энциклопедия Американа". Международное издание. 1973, т. 16, с. 559)

Док. № 63 Извлечение из Устава ООН

Статья 80

За исключением случаев, которые могут быть согласованы в индивидуальных соглашениях об опеке, и впредь до заключения таких соглашений, ничто в настоящей Главе не должно толковаться как изменение каким-либо образом каких бы то ни было прав любых государств или любых народов или условий существующих международных соглашений, участниками которых могут быть соответственно Члены Организации.

Статья 77

Система опеки распространяется на такие территории из нижеперечисленных категорий, которые могут быть включены в нее соглашениями об опеке:

а) Территории, ныне находящиеся под мандатом:

b) Территории, которые могут быть отторгнуты от вражеских государств в результате Второй Мировой Войны, и

c) Территории, добровольно включенные в систему опеки государствами, ответственными за их управление.

Статья 107

Настоящий Устав ни в коей мере не лишает юридической силы

действия, предпринятые или санкционированные в результате Второй Мировой Войны несущими ответственность за такие действия правительствами, в отношении любого государства, которое в течение Второй Мировой Войны было врагом любого из государств, подписавших настоящий Устав, а также не препятствует таким действиям.

Источник: Устав Организации Объединенных Наций. М., 1992, стр. 26, 34

К о н е ц Раздела V

Раздел VI Документы 1956 - 1991 гг.

Введение

Отказ советской делегации на конференции в Сан-Франциско подписать наряду с правительствами США, Великобритании и других союзных стран текст мирного договора с Японией являл собой, как показал дальнейший ход событий, политический просчет. Отсутствие мирного договора Советского Союза с Японией стало противоречить национальным интересам как той, так и другой стороны. Именно поэтому спустя четыре года после Сан-Францисской конференции правительства обеих стран изъявили готовность вступить в переговоры друг с другом с целью формального урегулирования своих отношений. Результатом этих переговоров, длившихся более года, стало прибытие в Москву в октябре 1956 г. японской правительственной делегации во главе с премьер-министром Итиро Хатояма и подписание 19 октября 1956 года главами правительств двух стран "Совместной советско-японской декларации о нормализации отношений" (док. № 67). В статье 9 этого документа указывалось, что Советский Союз и Япония согласились на продолжение после восстановления нормальных дипломатических отношений между двумя странами переговоров о заключении мирного договора. При этом, как отмечалось в документе далее, советская сторона, "идя навстречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства, соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и Сикотан (Шикотан - ред.) с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения Мирного Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией".

Включение в текст Декларации статьи 9 означало признание обеими сторонами невозможности заключить в этот момент мирный договор по причине выдвижения японской стороной неприемлемых для Советского Союза территориальных требований, которые советская сторона удовлетворить отказалась. Что же касается упоминания в статье 9 о готовности Советского Союза в будущем передать Японии острова Хабомаи и Шикотан, то эта передача мыслилась советским руководством как односторонний дружественный жест Советского Союза, готового поступиться частью своей территории во имя добрых отношений с Японией.

Однако подобный "жест доброй воли" как вскоре выяснилось, не был (как это неоднократно случалось и ранее) по достоинству оценен Японией, а был воспринят ею как возможность еще больше увеличивать свои территориальные претензии.

Намерение советской стороны преподнести Японии авансом "подарок" в виде части собственной территории явилось, как показало время, политически опрометчивым и неоправданным шагом руководителей нашей страны, не имевших, строго говоря, ни юридического, ни морального основания превращать территорию страны в предмет дипломатического торга.

Необоснованность и недальновидность этого намерения стала очевидной уже в течение двух-трех последующих лет, когда японское правительство вопреки духу Совместной декларации стало в своей внешней политике проводить курс на упрочение военного сотрудничества с США и увеличение самостоятельной роли Японии в американо-японском "договоре безопасности", имевшего вполне определенную антисоветскую направленность.

Не оправдались надежды советского руководства и на то, что его обещание "передать" Японии два острова побудит японские правительственные круги к отказу от дальнейших необоснованных территориальных притязаний к нашей стране. Искаженно толкуя содержание Совместной декларации и подменяя закрепленные в ней договоренности высших руководителей Советского Союза и Японии более ранними и утратившими значимость рабочими документами типа переписки заместителей министров обеих стран, японские дипломаты стали ловчить: в заявлениях МИД Японии появились утверждения, что де нормализация японо-советских отношений не кладет конец, а наоборот, предполагает дальнейшие переговоры по "территориальному вопросу" и, что де Декларация 1956 г. не подводит черту территориальному спору двух стран, а наоборот, предполагает продолжение этого спора по таким островам Южных Курил как Кунашир и Итуруп.

Все эти недружественные и непорядочные маневры японской дипломатии побудили советское руководство в январе 1960 года, когда японский премьер-министр Нобусукэ Киси подписал в Вашингтоне заведомо антисоветский "договор безопасности", внести коррективы в свою позицию по отношению к Японии. Эти коррективы были изложены в трех памятных записках, направленных Москвой японскому правительству в январе-апреле 1960 г. (док. №№ 68, 68/б/в). Так в памятной записке от 27 января 1960 г. указывалось, что в результате заключения Японией военного договора с США, "складывается новое положение, при котором невозможно осуществление обещаний советского правительства о передаче Японии островов Хабомаи и Сикотан", ибо "советское правительство не может содействовать тому, чтобы передачей Японии островов Хабомаи и Сикотан, принадлежащих СССР, была расширена территория, используемая иностранными войсками.". В другой памятной записке от 24 февраля 1960 г. подчеркивалось, что Советский Союз считает "территориальный вопрос решенным "соответствующими международными соглашениями", под которыми имелись в виду и Ялтинские договоренности 1945 г., и Сан-францисский мирный договор, и другие документы, подписанные представителями Союзных держав. То же самое было твердо заявлено и в записке советского правительства от 22 апреля 1960 г., где, между прочим, указывалось, что "территориальный вопрос между СССР и Японией решен и закреплен соответствующими соглашениями, которые должны соблюдаться".

С этого времени надолго, а точнее, более чем на четверть века позиция советского правительства в отношении территориальных притязаний Японии была предельно ясной, четкой и твердой: "территориального вопроса в отношениях двух стран нет", т.к. этот вопрос "уже решен", а потому советская сторона стала с порога отвергать всякие попытки японской стороны навязывать ей обсуждение этого "вопроса". И такой курс дал свои плоды: в последующие два с лишним десятилетия никому из японских государственных деятелей и дипломатов не удавалось втянуть МИД СССР и его руководство в сколько-нибудь развернутые дискуссии по поводу японских территориальных домогательств или включить упоминания о японских притязаниях в какие-либо совместные дипломатические документы. Свидетельством тому служат "Совместное советско-японское заявление" от 10 октября 1973 г. (док. № 75), а также заявления советских руководителей - Л.И.Брежнева и Н.А.Тихонова (док. №№ 76, 77) и ответственных представителей МИД СССР (наиболее четко позиция МИДа была изложена в 1989 г. заместителем министра И.Рогачевым - см. док. № 79).

Кстати сказать, такая твердость советской стороны в территориальном споре с Японией нисколько не помешала быстрому, поступательному развитию в те годы добрососедских связей двух стран как в сфере экономики, так и в сферах науки, культуры, спорта, туризма и т.п. Примечательно, что даже в первые годы пребывания у власти М.С.Горбачева с его сумбурными идеями "перестройки" мидовское руководство в лице Э.А.Шеварднадзе сочло для себя за лучшее следовать тому же твердому курсу (док. № 78) и только в 1989-90 гг., когда сторонники "нового мышления" в Советском Союзе обрели политическое влияние, руководство МИД СССР стало "перестраиваться". С этого момента и началось постепенное отступление от прежней твердой позиции нашей страны в отношении японских территориальных притязаний, результатом которой стало признание наличия в отношениях двух стран "территориального вопроса", а также включение в сферу этого вопроса островов Кунашир и Итуруп (док. № 80).