Русские жены европейских монархов
Шрифт:
6 сентября 2002 года в городе Иреме состоялись торжества по случаю 200-летия освящения храма во имя святой мученицы царицы Александры — первого храма Русской православной церкви на земле Венгрии. В храме возобновились богослужения.
После кончины великой княгини Александры Павловны российский императорский Дом более в прямые родственные связи с Габсбургами не вступал.
Елена Павловна
Великая княжна, наследная принцесса Мекленбург-Шверинская, дочь императора Павла I и императрицы Марии Федоровны.
Елена, вторая дочь великокняжеской четы, родилась 13 декабря 1784 года. « Малютка эта — чрезвычайной красоты, — писала о ней бабушка-императрица барону Мельхиору Гримму, — вот почему я назвала ее Еленой, то есть в честь троянской красавицы Елены Прекрасной».
Детство Елены, как и ее сестер, прошло во дворцах Гатчины и Павловска. Часто девочки бывали и у своей бабушки-императрицы в Царском Селе. С ней они были, пожалуй, даже ближе, чем со своими родителями. Общение с бабушкой являлось для них источником радости и удовольствий.
Между императрицей Екатериной II и великой княгиней Марией Федоровной велась постоянная переписка. В основном она касалась развития девочек, к этому стареющая государыня проявляла особый интерес. « Елена выучила три буквы, и это она сделала по собственному желанию, никто ее не приглашал учиться», — написала как-то невестка в одном из своих писем. Это, естественно, вызвало гордость бабушки. Со своей стороны императрица постоянно давала великой княгине-матери рекомендации относительно воспитания внучек.
Когда Елене было всего шесть лет, Екатерина II, сравнивая девочку с сестрами, отдавала преимущество именно ей. Красота Елены была уже заметна: правильные черты лица, стройная, легкая фигурка, одним словом, как говорили, воплощенная грация. Да и характером она отличалась от своих сестер — живая, бойкая, с веселым нравом и добрым сердцем, хотя, по словам бабушки-императрицы, чрезвычайно ветреная. Уже с ранних лет у нее наблюдались особые способности к рисованию и танцам.
Умерла императрица Екатерина II незадолго до того дня, когда Елене исполнилось двенадцать лет. Отныне главную роль в судьбе своих детей стал играть отец, император Павел. Он хотел побыстрее выдать своих старших дочерей замуж. Сыновья, Александр и Константин, были уже женаты. Екатерина II сама выбрала для них невест. (Кстати, ни тот ни другой не обрели счастья в семейной жизни.) Занималась императрица и замужеством своей старшей внучки Александры, о чем было рассказано выше. Теперь же, когда властная государыня ушла из жизни, родители сами решили найти супруга для великой княжны Елены.
Вновь, как и восемь десятилетий назад, взоры русских правителей обратились в сторону герцогства Мекленбургского. Родственные связи с правящим Домом Мекленбург-Шверин, как известно, начались с замужества племянницы Петра I, царевны Екатерины Иоанновны. Теперь же руки русской великой княжны попросил наследный принц герцогства Фридрих Людвиг, сын герцога Фридриха Франца I и герцогини Луизы, урожденной принцессы Саксен-Рода-Готской.
Император Павел I с согласием медлить не стал. При этом опять же не обошлось без политического интереса. Выдавая дочь за мекленбургского кронпринца, российский государь рассчитывал на более тесные связи с Пруссией, дружбу с которой он ценил превыше всего. А у правителей Мекленбург-Шверина были хорошие отношения с прусской королевской семьей, да и в Европе с герцогством считались — в европейской политике оно всегда имело определенное влияние. Учитывая все это, российский император отказался от своего первоначального плана — выдать дочь за старшего принца Курляндского.
В ноябре 1798 года в Петербург одновременно прибыли сразу два жениха: эрцгерцог Иосиф Габсбург для старшей дочери, Александры, и наследный принц Фридрих Людвиг, соискатель руки Елены. Александра была обручена с эрцгерцогом уже в начале марта следующего года, помолвка ее младшей сестры была отложена на два месяца.
В первых числах мая царская семья переехала в Павловск, где торжественно отпраздновали обручение великой княжны Елены Павловны. Отныне она имела собственный двор, гофмейстером которого был назначен Адам Чарторыжский, бывший адъютант цесаревича Александра и его лучший друг. Князь Чарторыжский был человек интересный, высокообразованный, неспособный по своему характеру к любым придворным интригам. В отличие от остальных, он не допускал какого-либо заискивания, свойственного царедворцам, всегда держался с достоинством. Для будущей кронпринцессы германского княжества иметь такого человека рядом было хорошей школой жизни.
Свадьбы царских дочерей намечались на осень. По решению императора-отца состояться они должны были в Гатчине. Затем и той, и другой великой княжне предстояло покинуть Россию.
Бракосочетание Елены с мекленбургским принцем состоялось 12 октября 1799 года, а девять дней спустя встала под венец ее сестра Александра. Графиня Головина написала потом в своих мемуарах следующие строки: « Государю было угодно, чтобы последующие праздники состоялись со всем приличествующим им блеском и великолепием. Но Гатчинский дворец был для этого неудобен, слишком мал и не мог достойным образом вместить в своих стенах все петербургское общество. Так что те особы, которые по положению и по рангу должны были непременно присутствовать на церемониях, едва смогли разместиться в Гатчине. Отдельная постройка, куда приходилось идти смотреть домашние спектакли, крайне тесные квартиры первых чинов двора и лиц, принадлежащих к высшему петербургскому обществу, грязь и осеннее небо, покрытое тучами, — все это делало торжества крайне печальными для участников, обреченных ютиться в Гатчинском дворце…»
Месяц спустя после свадьбы Александру, теперь уже эрцгерцогиню Австрийскую, провожали на родину ее супруга. Расставание было очень грустным, без слез не обошлось. Потускнела и жизнерадостность Елены, младшей сестры Александры. Она словно чувствовала, что свою Сашеньку больше никогда не увидит…
Зиму Павел I решил провести в своей любимой Гатчине, там с ним должна была находиться и семья. Но в начале декабря наступили сильные холода, в Гатчине и в Петербурге началась эпидемия гриппа. Весь двор им переболел, не пощадила болезнь и самого императора. Поэтому решение оставаться и дальше в Гатчине было отменено, двор переехал в столицу, а наследный принц Мекленбургский, покинув гостеприимный русский дом, вместе со своей юной супругой выехал в Германию.
Наследник герцогского престола прожил в России почти целый год. Он явился невольным свидетелем светской жизни и придворных интриг, испорченности нравов и коррупции высших должностных лиц, нездоровой атмосферы вокруг императора и внезапной перемены его настроений. Все это было чуждо молодому принцу, он вырос в другой обстановке. Наградой ему была красота и сердечность его юной избранницы, которую невозможно было не боготворить. Фридрих Людвиг был счастлив, когда смог наконец увезти ее в свой родной Мекленбург.
Из Петербурга выезжали в морозный зимний день. С приближением даты отъезда молодая супруга мекленбургского наследного принца все меньше скрывала свою грусть. Расставаться с родными местами, с родителями, сестрами и братьями было нелегко. К этому времени после рождения последнего сына, Михаила, здоровье матери-императрицы резко пошатнулось. Тоскливо было на душе у Елены. Но рядом был человек, которому она доверилась со всем пылом своего юного сердца и который отныне должен был стать ее опорой и поддержкой. Это несколько успокаивало. Однако что ожидает ее в новой стране, как она будет принята семьей своего мужа? Эти и многие другие вопросы занимали мысли юной великой княгини, которая еще неокрепшим птенцом должна была покинуть родное гнездо. Но судьбе, определенной ей родительской волей, она обязана была подчиниться…
Из блестящего Петербурга пятнадцатилетняя дочь российского императора, хрупкая и нежная, как только что распустившийся цветок, переехала в Шверинский дворец, в то время довольно-таки скромное строение, которое и дворцом-то трудно было назвать. Чарующая юная красота и величественная осанка великой княгини вызвали восхищение мекленбургского двора. Сердечно встретили свою невестку и родители мужа. Отец, герцог Фридрих Франц, вступивший на престол в двадцать девять лет после смерти своего бездетного дяди, крепкий широкоплечий мужчина с выразительными глазами и доброй улыбкой, окружил русскую княгиню истинно отеческой заботой. Ее рассудительность и утонченная чувствительность явно пришлись ему по вкусу. Полюбила невестку и его жена, принцесса Луиза фон Саксен-Гота, мать четырех сыновей. Она отнеслась к ней как к родной дочери и была очень ласкова. В глубине души герцогиня всегда мечтала, чтобы у нее родилась дочь, но этому не суждено было сбыться.