Русские жены европейских монархов
Шрифт:
Она умерла, как жила, — одна, вскоре после встречи с «братом Мишей», словно ждала своего настоящего « династического родственника, чтобы открыть ему все и сказать то главное, что таила в себе всю жизнь… Я понял это. И написал книгу, жизнеописание забытого всеми великого князя Николая Константиновича» — так писал Михаил Греческий.
Артемий, старший сын великого князя Николая Константиновича, окончил Николаевское кавалерийское училище. Во время Первой мировой войны он был на фронте, а после октябрьского переворота 1917 года переехал к матери в Ташкент. Там он скончался от тифа спустя год после смерти отца, не дожив и до сорока лет. (По другой версии Артемий погиб во время Гражданской войны.) Потомства после него не осталось.
Любимый брат Ольги Константиновны, с которым только она одна из всей романовской семьи поддерживала близкие отношения, умер в Ташкенте в феврале 1918 года. Тайну о краже семейных бриллиантов великий князь унес с собой в могилу.
За несколько месяцев до смерти Временное правительство сняло с великого князя арест, наложенный в 1874 году. Он стал свободным. Николай Константинович приезжал в Петербург, чтобы встретиться с сестрой. Но встреча не состоялась, так как королева Ольга Греческая уже покинула Россию. Николай Константинович с невесткой и двумя детьми сына Александра возвратился в Ташкент. Он никогда так и не узнал, что еще в январе 1917 года император Николай II — не без вмешательства сестры-королевы дал согласие на пожалование « супруге великого князя Николая Константиновича Надежде Александровне Дрееер(так в тексте) и их детям Артемию и Александру, ранее получившим потомственное дворянство с фамилией Искандер, титулов графов Искандер». Но это решение уже не успели оформить указом. 3 марта император подписал акт о своем отречении от престола.
По официальным сведениям великий князь был расстрелян захватившими власть большевиками.
Но есть и другая версия: Николай Константинович умер от воспаления легких, и большевики устроили ему пышные похороны, считая, что он был отправлен в ссылку за мятеж против царя. Могила великого князя Николая Константиновича, старшего брата королевы Ольги, неизвестна. Но его дворец в Ташкенте уцелел. Вдову большевики из дворца выгнали, и Надежда Александровна несколько лет жила в сторожке как нищенка. Не могли ей помочь и сыновья: старшего уже не было в живых, а младший покинул Россию с остатками белой армии.
Мать Ольги Греческой скончалась в 1911 году, за семь лет до смерти старшего сына. После его изгнания из российской столицы она больше с ним никогда не виделась, хотя Ники много раз писал ей с просьбой о встрече. Отец умер в 1892 году, так и не получив от жены прощения за свою измену.
Всякий раз, бывая в Павловске, греческая королева подолгу стояла у «Памятника родителям», с которыми разлучилась, когда ей было всего шестнадцать лет. Ей было о чем задуматься….
Покинув родину, великая княгиня Ольга Константиновна стремилась использовать любую возможность, чтобы поддерживать связь с Россией. Каждый раз, когда в Грецию приходили русские военные корабли или торговые суда, она стояла на берегу и встречала дорогих соотечественников в надежде увидеть среди офицеров кого-нибудь из родственников. Греческая королева регулярно посещала эти суда, присутствовала на их праздниках и самодеятельных концертах, обедала вместе с судовой командой.
Нередко королева Ольга приглашала моряков к себе во дворец, устраивала для них чаепития и елки. Кстати, как говорят, обычай наряжать рождественские елки появился в Греции с приездом русской великой княгини.
Из подарков от моряков королева создала в своем дворце Морскую комнату, нечто вроде небольшого Русского музея, где бережно хранила фотографии кораблей, бескозырки, сувениры, изготовленные для нее матросами. А иконы, полученные Ольгой Константиновной в дар от экипажей русских судов, и поныне висят в церкви, переданной ею посольству России в Греции. Эту церковь, расположенную в центре Афин, называют «русской». Там и сейчас идут службы на русском языке.
Русские моряки с судов, постоянно курсировавших в Средиземном море, называли великую княгиню Ольгу Константиновну не иначе как «наша матушка-королева». Когда однажды во дворце случился пожар и пламя увидели на рейде порта Пирей, матросы бросились в Афины спасать королеву. Им удалось вынести из горевшего дворца все имущество и потушить пожар.
По приказу русской великой княгини возле королевского дворца в Афинах был разбит небольшой парк. Некоторые деревья для него (и даже землю в мешках) привозили на кораблях из России. Сейчас это большой и тенистый Национальный парк возле бывшего королевского дворца.
На личные средства внучки императора Николая I в Пирее, древнейшем порту на Средиземном море, расположенном в десяти километрах от Афин, был построен русский госпиталь для больных моряков с российских кораблей, заходивших в этот порт. Там же по ее инициативе было заложено кладбище, где хоронили погибших в сражениях или умерших от болезней моряков с кораблей русской эскадры.
После октябрьского переворота в России на этом кладбище нашли последний приют многие эмигранты. Об этом напоминает огромный валун с морским якорем и крестом, под которым начертано: « Русское кладбище Союза русских эмигрантов в Греции, основанное Е. В. королевой эллинов Ольгой Константиновной». (С недавнего времени могилы, за которые эмигранты не могли больше платить, стали безжалостно сносить. Чтобы хоть что-то спасти, был найден оригинальный выход: на кладбище построили часовенку, стены которой сложены из кусков плит, снятых с русских могил.)
Великий князь Константин, поэт К. Р., родной брат Ольги Константиновны в августе 1884 года написал следующее стихотворение:
Посвящаю Ольге Больной матрос. В чужом порту, в больнице Он слег. Немного дней еще болеть ему. Ох, не легко и жить-то за границей, А умирать — не дай-то, Боже, никому. Убогая палата. Стены голы, Пол клейкий, крашеный и низкий потолок; Хоть бы один лампады луч веселый, Хоть бы один в углу невзрачный образок. Все сестры милосердья да больные, Все речи на чужом, невнятном языке, Все лица незнакомые, чужие, И одинок меж всех в предсмертной он тоске. Но вот неслышно, легкою стопою Подходит женщина к кровати бедняка. То русская, и русскою душою Так и влечет ее проведать земляка. Слова участья на родном наречье Так нежно, ласково звучат его ушам, И на короткий миг свое увечье Позабывает он, внимая тем словам. В ее глазах так много состраданья, Она заботливо так на него глядит, Она ему внушает упованье И образок святой забытому дарит. Он умер, никого не проклиная. Есть хоть единая душа в краю чуждом, Ему не близкая, но все ж родная, Она помолится и погрустит о нем.С великим князем Константином Константиновичем, обладающим редким поэтическим даром, Ольгу связывала нежная дружба. « Поэт, композитор, переводчик, президент императорской Академии наук, создатель первых в России комиссий помощи нуждающимся литераторам, ученым, музыкантам» — таков был этот талантливый внук императора Николая I. Как и сестра, он дорожил хорошими отношениями между Россией и Грецией. Королева Ольга была крестной матерью его первенца, сына Иоанна, рожденного в браке с принцессой Саксен-Альтенбургской, нареченной в России великой княгиней Елизаветой Маврикиевной. В своих «Дневниках», изданных под названием «Возвышение души», великий князь с большой теплотой пишет о каждой встрече с любимой сестрой.
« Вчера утром приехала Оля с сыновьями Георгием и Николаем… Незаметно, чтобы она была больна. Но тем не менее ей надо очень беречься…» — записал он в «Дневнике» 3 мая 1893 года.
Вот запись тремя неделями позже: « Ольга с сыновьями уезжала обратно в Грецию, покидала Петербург. Я не мог сдержать слез. Прощание с Олей имело на меня такое действие. Она для меня самое любимое существо. При ней я могу думать вслух. И вот она уехала».
Своей сестре, греческой королеве, К. Р. (великий князь Константин Романов) посвятил не только лирические стихи, но и одно из самых значительных своих произведений — драму «Севастьян-мученик».