Чтение онлайн

Анализ проб грунта неизвестных науке микроорганизмов почему-то не выявил, были выделены фракции тяжелых углеводородов, в некоторых пробах — битумы. Это объясняет повышенный радиоактивный фон.

«Пирамидки» — красочно описанные в уфологическом обществе на поверку оказались кучами шлака из когда-то стоявших медеплавильных печей.

Выводы

Аномальные явления описанные в прессе и очевидцами скорее всего вызваны неумеренным употребление крепких спиртосодержащих жидкостей на «голодный желудок», борьбой с вампирами — типа «комар» с помощью дихлофоса, курением почему-то произрастающей в некоторых глухих местах многолетней травы с характерными остроконечными листьями.

Александр Шатунов (г. Екатеринбург):

«Моя самая первая поездка в Молебскую зону была одновременно и самой красочной на впечатления и самой благостной на погоду. Сплав на надувной лодке Ак-Идель начался в первых числах июня 1991 года от железнодорожного моста через Сылву близ станции Шамары. Сразу по спуску на воду (около 4 утра, самое начало рассвета) мы (я был с женой) услышали странное жужжание, как будто вдалеке работал водяной насос в саду. Звук оставался неизменным почти на всем протяжении сплава, практически до деревни Красный Луг. Этот факт так и остался загадкой для нас. Мы его окрестили «напряжение зоны». Так и говорили — зона включена. В августе звук все еще был слышен, а вот в сентябре он уже отсутствовал. Не было его и в следующем 1992 году, и в 2001 тоже. И мы говорили — зона выключена.

Погода была отменной. Купались и загорали. В глубине вод наблюдали как плавают крупные рыбины. Мальки, в других местах пугливые, здесь заплывали прямо в котелок, ели прямо из рук. Бабочки и стрекозы садились на ладони и одежду. Рядом с палаткой (в 5 метрах) мирно нежилась на солнце гадюка. Вот только вид землеройки несколько озадачил. Она тоже не убегала, но было видно, что она побаивается, слегка дрожит. Такой я ее и запечатлел на пленке.

В Базовом лагере кого только не было. Были даже кришнаиты. Каждый день они утром проходили мимо нашей палатки к подножию скал. Целый день сидели там, распевая мантры и позванивая в колокольчик, а к вечеру возвращались обратно. Мы посетили место, где они сидели. Там из плитняка были сложены маленькие скамеечки и столик. На столике лежали цветы и конфета. Мы собезьянничали: построили такую же скамеечку и столик, посидели немного, положили цветы и конфету и отправились к своей палатке уже ночевать. Идти было чрезвычайно легко, была какая-то эйфория, какой мы не испытывали раньше оба.

В общем, обстановка была настолько дружественна, что я беспечно с голым торсом отправился лазать по буеракам и зарослям окрестностей. Конечно, я нахватал дюжину клещей. Но всех этих тварей легко удалили без всяких последствий.

Атмосфера среди людей была так же весьма дружественной, за несколько дней нашего пребывания в этом месте, где обреталось порядка двух сотен чудаков, не произошло ни одного конфликта, ни одной кражи, хотя палатки в изобилии пустовали без хозяев. Только в следующую поездку (август) там завелся чудаковатый бомж Коля и стали по мелочи пропадать у людей вещи.

От первого посещения остались неизгладимые положительные впечатления. Уже в августе этого же года мы, взяв еще одного приятеля, вновь отправились в Молебскую зону. Но в этот раз помешал начавшийся 19 числа путч. Пришлось сниматься и выбираться обратно в цивилизацию. Зона притянула нас обратно в сентябре. Дул пронзительный холодный ветер, почти постоянно шел дождь, а временами сыпался град. Но положительный эмоциональный настрой легко позволил все это преодолеть.

Было посещение в следующем 1992 году в июле. Почти те же эмоции.

Спустя десять лет в 2001 году в июле мы решили посетить М-зону снова. Лучше бы мы этого не делали. Река сильно изменилась, в воде явно просматривались следы канализационных отходов, берега сильно заросли, галечные плесы покрылись коркой грязи. В зоне было малолюдно и атмосфера была явно напряженной: никто не улыбался, не делился впечатлениями, вообще все были тяжелы на контакт.

Вот вкратце описание всех моих пяти посещений места, которое долгое время привлекало огромные толпы людей и продолжает привлекать энтузиастов и поныне». [31]

Сергей Казанцев(г. Екатерибург) рассказал о своих ощущениях во время очередного похода в Долину ужасов (так окрестили место в Пермском треугольнике, где река Сылва образует крутую петлю) вместе с собкором газеты «Труд» Анатолием Джапаковым и редактором телевидения Николаем Порсевым:

«Через день после нашего приезда сюда меня контузило. Ясным солнечным днем шли мы с Порсевым по лесной дороге, выбирая новый маршрут. Резкий колющий удар в пальцы правой ноги был совершенно неожиданным. Ощущение такое, будто наступил босой ногой на оголенный провод под высоким напряжением. Я ойкнул и сходу проскочил это место. Решили вернуться. По обочине отсчитал десяток шагов и вновь зашлепал своими резиновыми сапогами по середине дороги. Удар повторился. Я остановился на этом месте и начал вести рспортаж, вслух рассказывая то, что чувствовал. Одновременно записывал в блокнот: «Пошло онемение левой голени, правой, поясницы, подгибаются колени… Онемение правого плеча. Подгибаются колени. Рука правая — токовая боль от кисти к локтю. Ломит виски… Давит в затылке. Боль в глазах». В этот момент я не выдержал, побоялся потерять сознание и — заковылял прочь. Боли в голове выключились сразу, а вот кости ноют до сих пор. Потом, для чистоты эксперимента, я вторично навестил «электропровод» на лесной дороге — меня вновь крепко тряхнуло…

Кстати сказать, после посещений Молебкинского треугольника состояние здоровья у «стакера» С. Казанцева заметно ухудшилось. Он стал чаще недомогать, бюллетенить. Причем если раньше, в «дозоновые» времена он не выходил на работу из-за болезни дня два-три, максимум — неделю, то теперь его недомогания затягиваются на полмесяца и дольше. И еще одно — мое личное наблюдение. Когда при встрече с Сергеем Ивановичем, забывшись, тряхнешь при рукопожатии покрепче, так сказать, по-мужски его кисть, мой друг-сталкер болезненно скривится, скособочится весь, только потом медленно, осторожно вернется в нормальное положение, а ведь до М-ской зоны от Екатеринбурга расстояние измеряется сотнями километров!

Ну и, наконец, главный и решающий аргумент против «разломно-психогенной». причины пермских аномалий. Речь идет о совершенно беспристрастных, даже бесчувственных и вполне обьективных — в буквальном смысле (особенно, если иметь в виду фотообъективы) — свидетелях, то есть об инструментальных данных, прежде всего, о фотографиях…» [32]

Сергей Корнеев(г. Северодвинск), руководитель УФО-центра «Полярная звезда»:

«С утра (22 мая 1992 года), перекусив, мы двинулись к «Воротам на космодром». Предыдущие экспедиции отмечали, что южнее, километрах в пяти, находится космодром, откуда стартуют НЛО, но места конкретного никто не знает, там болота.

Собрали необходимую аппаратуру и все вместе двинулись туда, оставив лагерь: знали, что в Зоне кроме нас никого нет. Московская группа ушла два дня назад.

Путь к «Воротам…» несложный, напрямую через лес — километра три с половиной. Мы преодолели его в сопровождении сталкера из Санкт-Петербурга, прибывшего сегодня ночью и бывавшего здесь уже не раз. Прошли мимо избушки лесника, от которой остались один развалины, и поднялись на скалу, заросшую лесом.

Картина великолепная. Сылва размыла гору пополам, и с двух сторон реки красовались два утеса. Гора напротив на поминала пирамиду, поросшую лесом.

Провели фото— и киносъемку. Впоследствии, когда мы вернулись домой, по фотографиям узнали, что каждый наш шаг контролировался и наблюдался. На снимках, где бы мы ни были, обязательно появлялись шары, НЛО, как мы их привыкли называть. Пофотографировав и отдохнув, мы двинулись в обратный путь, ибо сегодняшний день был для нас последним на этой земле, а мы еще очень хотели побывать на «Мухортовском завале».

Обратный путь занял меньше времени.

Из лагеря на съемки отправились вдвоем с Василием. До темноты предстояло преодолеть километров десять. Мы прошли по пустынным стоянкам, где остались аккуратные столы и скамейки в лесу да пятна кострищ…