Чтение онлайн

Зато мой партнер, молодая «звезда», при каждом удобном случае сидел напротив персонального кондиционера, даже не пытаясь пригласить ни меня, ни нашу партнершу, ни своих помощников. Поначалу этот факт меня страшно разозлил, и лишь потом я понял, что это его личный кондиционер. Да и все остальное, чем пользовались работники, кроме трехразовой еды в пенопластовых коробочках, было персональным. Даже стаканчик кофе, который мне из жалости принесла ночью гримерша, по признанию этой девушки, тоже был из ее личных запасов. Каждый сам за себя, каждый сам по себе, – такой жуткий индивидуализм для меня был некоторым шоком.

Где-то к 12 ночи я понял, что могу потерять сознание от невыносимой жары и духоты и сообщил об этом помощнику режиссера. Меня отвели в автомашину, где включили кондиционер и дали немного отдышаться. После этого я стал более серьезно готовиться к таким поездкам на съемки и завел даже свой артистический «тревожный» чемоданчик с набором всего необходимого от лекарств и актерских атрибутов до средств наложения и снятия грима.

Но еще большим шоком стало то обстоятельство, что съемки, начавшиеся утром, и не думали прекращать не только в 5 часов, после восьми часов работы, но и после 9 вечера, и после 12 ночи. Вернулись мы в гостиницу только на рассвете, чтобы немного отдохнуть, а затем на следующий день опять продолжить в том же режиме. Таким образом, получалось, что мы фактически работаем по два с половиной рабочих дня в сутки. Но когда я, возмутившись, сообщил об этом помощнику режиссера, с которым договаривался об оплате, тот, ничтоже сумняшися, заявил, что у них ненормированный рабочий день, поэтому это считается только как один рабочий день.

Попытки добиться справедливости у директора фильма тоже успеха не имели. Эта суровая женщина заявила, что все делается в соответствии с контрактом. Так я получил урок буржуазной экономики, для которой не существуют никакие жестокие условия работы. Ссориться с ними и уезжать самостоятельно за свой счет, не получив ни копейки, было абсолютной глупостью, поэтому пришлось смирить свою гордыню. Зато в следующем фильме я уже учитывал это обстоятельство и ограничил рабочий день десятью часами, что, кстати, не вызвало никаких возражений.

Когда же этот телефильм появился на экранах телевизоров, я обнаружил, что в титрах даже нет моего имени, хотя довольно многочисленные эпизоды с моим участием были в двух сериях, а по всем законам полагается указывать всех актеров, у которых была роль с именем героя и текстом. Но для коммерческих фильмов законы не писаны, судиться же с ними было себе дороже, тем более в китайском суде, который гораздо справедливее в мире, чем гуманный советский, по известной реплике Вицина.

В логове бандитов-ихэтуаней

Фото из личного архива автора

Зато коммерсантами хозяева этого фильма оказались отменными: приключенческий телефильм с успехом прокатился по всем каналам телевидения, порой не один раз в течение двух лет, а иногда и позднее. Мне стали звонить мои бывшие ученики и сообщать о том, что они смотрели этот фильм. Некоторые коллеги тоже, но почему-то с ухмылкой, замечали, что они видели меня по телевизору.

В одной моей учебной группе было десять девушек-магистранток, которых я перед очередным показом телефильма предупредил о своих эпизодах. Когда же я на следующий день шел на занятия, намереваясь использовать эту реальную ситуацию, для того чтобы на русском языке развернуть дискуссию о кино, актерах, съемках, то мысленно проговаривал различные варианты возможного хода такой дискуссии. Но я не мог предположить, что обычно весьма разговорчивые девушки встретят меня с низко опущенными головами. Я никак не мог понять, в чем дело, поэтому на всякий случай поинтересовался:

– Ну как? Вы вчера посмотрели фильм с моим участием?

– Смотрели, – тихо ответили мои ученицы, по-прежнему не поднимая голов.

– Ну и что же? Почему вы молчите?

– Профессор, мы никогда не видели вас в таком виде, – тихо ответила одна из них.

– В каком виде? – сначала не понял я, о чем идет речь.

– В бане.

– Ах, в ба-а-не! – протянул я и расхохотался.

Они удивленно уставились на меня, явно показывая, что им непонятно мое веселье, когда я так опозорился.

«Дебош» в храме, превращенном безбожниками в баню

Фото из личного архива автора

Я вспомнил об одном из эпизодов, когда мы с моим молодым спутником приходим в церковь, помещение которой китайские варвары в ходе восстания «ихэтуаней» уже превратили в баню. Но мы, якобы, еще не понимая действительной ситуации, ошарашенные, раздеваемся по просьбе банщиков, реально оставаясь вполне в приличном виде, обернув чресла полотенцами. Только после этого я понимаю обман и без памяти падаю в небольшой бассейн, устроенный перед алтарем. Такое купание в тот памятно жаркий день было для меня спасением, и я никак не предполагал, чем это может обернуться в последствии в глазах пуритански настроенных китайских студенток.

– Так это же не я! – пытался я хоть как-то оправдаться.

– Как, то есть, не вы?

– Это же герой, которого я играл в этом фильме.

Дискуссия о кино в классе все же состоялась, но уже не была столь доверительной, потому что было отчетливо видно, что мои скромные ученицы явно не одобряют такого поведения своего учителя.

Фото из личного архива автора

Постепенному переходу в профессиональные артисты способствовало и то обстоятельство, что последний телефильм сыграл свою роль и в моей популярности. Но сам переход не был очень простым. Количество посредников, желающих погреть на мне руки выросло. Особенно в это время меня обхаживала одна женщина-посредник, даже на лице которой было написано, что она меня обманывает, а поймать ее на месте преступления никак не удавалось до определенного времени. В Китае обман – это основа жизни. Все с детства привыкают к фальши, как к норме жизни, и живут с этим всю жизнь, умело пользуясь этим при любой возможности или преодолевая это воздействие со стороны других людей в нужный момент. Но, как известно. сколь веревочка не вейся…, а шила в мешке не утаишь.

Роль папского кардинала в Китае Донована

Фото из личного архива автора

Когда она нашла для меня очередную роль, роль папского кардинала Донована, так во всяком случае звучит его имя по-китайски, в телефильме «Малолетний император», и спросила сколько я хочу получить за нее, я ответил, что деньги для меня не главное, но я хочу точно знать, сколько они заплатят, чтобы знать, сколько получу я, а ты как посредник соответственно получишь свои проценты. Наивный иностранец. Через некоторое время она сообщила мне сумму, которую в съемочной группе, якобы, согласились заплатить мне. Мы приступили к работе, побывали на примерке, получили сценарий моей роли.