Чтение онлайн

— Авось, богвынесет и теперь.

— Беда, если старый чорт,а молодой — весь наверху.

— Ах, божемой, божемой! Ступай скорее на улицу, или нет — беги прежде в комнату, слышь! и принеси оттуда шпагу и новую шляпу.

— Пусть каждый возьмет в руки по улице… чортвозьми, по улице, — по метле!

— А, Степан Ильич (частный пристав. — А. А.). Скажите, ради бога:куда вы запропастились?

— Коробка так коробка. Чортс ней!

Счет первого действия: 13:4 в пользу Бога.

Комментарий.Городничий перепугался, но он полностью контролирует ситуацию и все делает правильно. Оттого и перевес в счете такой большой. Действие второе

— О, господи ты боже,какой сердитый! (О Хлестакове. — А. А.)

— По неопытности, ей-богу,по неопытности. Недостаточность состояния. <…> Что же до унтер-офицерской вдовы, занимающейся купечеством, которую я будто бы высек, то это клевета, ей-богуклевета.

— Ну, слава богу!деньги взял.

— Не рассердитесь, — ей-богу,от простоты души предложил.

– (С укоризной Бобчинскому)Уж и вы! не нашли другого места упасть! И растянулся, как чортзнает что такое.

Счет второго действия: 5:1 в пользу Бога.

Комментарий.Дана первая взятка. Бог опять побеждает, но уже не с таким большим перевесом. Действие третье

— Благодарение богу,все идет благополучно <…> Но, верите ли, что, даже когда ложишься спать, все думаешь: «Господи боже ты мой,как бы устроить, чтобы начальство увидело мою ревность и было довольно?..»

— Божесохрани! здесь и слуху нет о таких обществах. <…> Богс ними! Как можно, чтобы такое драгоценное время убивать на них?

— Так вот, право, чем больше думаешь… чортего знает, не знаешь, что и делается в голове; просто как будто или стоишь на какой-нибудь колокольне, или тебя хотят повесить.

— Ах, божемой, вы все с своими глупыми расспросами! не дадите ни слова поговорить о деле.

— Божевас сохрани шуметь!

— Чш! экие косолапые медведи — стучат сапогами! <…> Где вас чорттаскает?

Счет третьего действия: 6:2 в пользу Бога.

Комментарий.Все, кажется, идет как по маслу. Городничий еще чувствует себя хозяином ситуации, но уже растерялся от хлестаковского вранья. Действие четвертое

— Ах, божемой! Я, ей-ей, не виноват ни душою, ни телом.

— Да благословит вас бог,а я не виноват! Что за чорт!в самом деле! (Протирает глаза.)Целуются!

Счет четвертого действия: 2:1 в пользу Бога.

Комментарий.Городничий «умывает руки». Бог в его сердце понемногу сдает позиции. Действие пятое

— С каким дьяволомпороднилась!

— Анна Андреевна, какие мы с тобой теперь птицы сделались! а, Анна Андреевна? Высокого полета, чортпобери! <…> Да объяви всем, чтоб знали: что вот, дескать, какую честь богпослал городничему, — что выдает дочь свою не то чтобы за какого-нибудь простого человека, а за такого, что и на свете еще не было, что может все сделать, все, все, все! Всем объяви, чтобы все знали. Кричи во весь народ, валяй в колокола, чортвозьми!

— Что, ведь, я думаю, уже городничество тогда к чорту,а, Анна Андреевна?

— А, чортвозьми, славно быть генералом!

— Что, самоварники, аршинники, жаловаться? <…> Знаете ли вы, семь чертей и одна ведьмавам в зубы, что…

— Ну, да богпростит! <…> Ну, ступай с богом!

— Да, признаюсь, господа, я, чортвозьми, очень хочу быть генералом.

— Как ни се ни то? Как вы смеете называть его ни тем ни сем, да еще и чортзнает чем?

— О, чортвозьми! нужно еще повторять! как будто оно там и без того не стоит.

— Нет, чортвозьми, когда уж читать так читать! Читать все!

— У, щелкоперы, либералы проклятые! чортовосемя! Узлом бы вас всех завязал, в муку бы стер вас всех да чортув подкладку <…> Вот, подлинно, если богхочет наказать, так отнимет прежде разум.

Счет пятого действия: 20:4 в пользу Черта.

Комментарий.Без комментариев.

«Ревизор» — комедия с грустным финалом. Карьера городничего Антона Антоновича Сквозник-Дмухановского безвозвратно погублена. Уж теперь точно не бывать ему генералом в столице. А неплохой он все-таки человек, да и хозяйственник отличный. Тридцать лет на одном месте, и «ни один купец, ни подрядчик не мог провести; мошенников над мошенниками обманывал, пройдох и плутов таких, что весь свет готовы обворовать, поддевал на уду. Трех губернаторов обманул!..» Не случись Хлестакова, может, ему и памятник в городе соорудили бы, и в пример потомкам бы ставили. Но не судьба. Если же подвести общий счет, то Бог в душе Антона Антоновича победил (29:27). И значит, как человек он не сломается…

Андрей Белый, этот гений въедливости, как окрестил его В. В. Набоков, усмотрел, что первая часть «Мертвых душ» — замкнутый круг, вращающийся так стремительно, что не видно спиц: при каждом повороте сюжета вокруг персоны Чичикова возникает символ колеса.

«Мертвые души» — это поэма-путешествие. Чичиков все время в пути, он исправно колесит по N-ской губернии в поисках выгодной сделки. Дорога — верная подруга Павла Ивановича. Правда, если начинается поэма с торжественного, уверенного въезда его в ворота гостиницы в довольно красивой рессорной небольшой бричке, то заканчивается позорным бегством, тихим улепетыванием, дабы не быть замеченным городским бомондом. Но это уже частности. Чичиков зовет нас проездиться по Руси, взглянуть на ее каждодневное житье-бытье и лишний раз задуматься: «Русь-тройка, куда ж несешься ты?»