Русский фольклор.Песни, сказки, былины, прибаутки, загадки. игры, гадания, сценки, причитания, пословицы и присловья
Шрифт:
Едет-едет, близко ли, далеко ли, а вороны так и вьются над ним да все каркают. «Знать, сестрицам поесть-покушать охота, что так раскричались!» — подумал дурачок; выставил блюда с ествами наземь и начал потчевать:
— Сестрицы-голубушки! Кушайте на здоровье!
А сам всё вперёд да вперёд подвигается.
Едет Иванушка перелеском; по дороге все пни обгорелые. «Эх, — думает, — ребята-то без шапок; ведь озябнут сердечные!» Взял понадевал на них горшки да корчаги. Вот доехал Иванушка до реки, давай лошадь поить, а она не пьёт.
«Знать, без соли не хочет!» — и ну солить воду. Высыпал полон мешок соли, лошадь всё не пьёт.
— Что ж ты не пьёшь, волчье мясо? Разве задаром я мешок соли высыпал?
Хватил её поленом, да прямо в голову — и убил наповал.
Остался у Иванушки один кошель с ложками, да и тот на себе понёс. Идёт — ложки назади так и брякают: бряк, бряк, бряк! А он думает, что ложки-то говорят: «Иванушка-дурак!» — бросил их и ну топтать да приговаривать:
— Вот вам Иванушка-дурак! Вот вам Иванушка-дурак! Ещё вздумали дразнить, негодные!
Воротился домой и говорит братьям:
— Всё искупил, братики!
— Спасибо, дурак, да где ж у тебя закупки-то?
— А стол-от бежит, да, знать, отстал, из блюд сестрицы кушают, горшки да корчаги ребятам в лесу на головы понадевал, солью-то пойво лошади посолил, а ложки дразнятся — так я их на дороге покинул.
— Ступай, дурак, поскорее, собери всё, что разбросал по дороге.
Иванушка пошёл в лес, снял с обгорелых пней корчаги, повышибал днища и надел на батог корчаг с дюжину — всяких: и больших и малых. Несет домой. Отколотили его братья; поехали сами в город за покупками, а дурака оставили домовничать. Слушает дурак, а пиво в кадке так и бродит, так и бродит.
— Пиво, не броди, дурака не дразни! — говорит Иванушка.
Нет, пиво не слушается; взял да и выпустил всё из кадки, сам сел в корыто, по избе разъезжает да песенки распевает.
Приехали братья, крепко осерчали, взяли Иванушку, зашили в куль и потащили к реке. Положили куль на берегу, а сами пошли прорубь осматривать.
На ту пору ехал какой-то барин мимо на тройке бурых; Иванушка и ну кричать:
— Садят меня на воеводство судить да рядить, а я ни судить, ни рядить не умею!
— Постой, дурак, — сказал барин, — я умею и судить и рядить; вылезай из куля!
Иванушка вылез из куля, зашил туда барина, а сам сел в его повозку и уехал из виду. Пришли братья, спустили куль под лед и слушают; а в воде так и буркает.
— Знать, бурка ловит! — проговорили братья и побрели домой.
Навстречу им, откуда ни возьмись, едет на тройке Иванушка, едет да прихвастывает:
— Вот-ста каких поймал я лошадушек! А ещё остался там сивко — такой славный!
Завидно стало братьям, говорят дураку:
— Зашивай теперь нас в куль да спускай поскорей в прорубь! Не уйдёт от нас сивко…
Опустил их Иванушка-дурачок в прорубь и погнал домой пиво допивать да братьев поминать. Был у Иванушки колодец, в колодце рыба елетц а моей сказке конец.
ЛИСА-ПОВИТУХА
Жили-были кум с кумой — волк с лисой. Была у них кадочка медку. А лисица любит сладенькое; лежит кума с кумом в избушке да украдкою постукивает хвостиком.
— Кума, кума! — говорит волк, — кто-то стучит.
— А, знать, меня на повой зовут! [144] — бормочет лиса.
— Так поди сходи, — говорит волк.
Вот кума из избы да прямехонько к мёду, нализалась и вернулась назад.
— Что бог дал? — спрашивает волк.
— Початочек, — отвечает лисица.
В другой раз опять лежит кума да постукивает хвостиком.
— Кума, кто-то стучится, — говорит волк.
144
Меня на повой зовут— зовут принять рождающегося ребенка. Повой — от «повивать» — пеленать младенца.
— На повой, знать, зовут!
— Так сходи.
Пошла лисица, да опять к меду, нализалась досыта: медку на донышке осталось. Приходит к волку.
— Что бог дал? — спрашивает её волк.
— Середышек.
В третий раз опять так же обманула лисица волка и долизала уже весь медок.
— Что бог дал? — спрашивает её волк.
— Поскребышек.
Долго ли, коротко ли — прикинулась лисица хворою, просит кума медку принести. Пошел кум, а меду ни крошки.
— Кума, кума! — кричит волк, — ведь мёд съеден.
— Как — съеден? Кто же съел? Кому окромя тебя! — погоняет лисица.
Волк и крестится и божится.
— Ну хорошо! — говорит лисица. — Давай ляжем на солнышко, у кого вытопится мёд, тот и виноват.
Пошли, легли. Лисице не спится, а серый волк храпит во всю пасть. Глядь-поглядь, у кумы-то и показался медок; она ну-тко скорее перемазывать его на волка.
— Кум, кум! — толкает волка. — Это что? Вот кто съел!
И волк, нечего делать, повинился. Вот вам сказка, а мне кринка масла.
ЛИСА-ИСПОВЕДНИЦА
Однажды лиса всю большую осеннюю ночь протаскалась по лесу не евши. На зоре прибежала она в деревню, взошла на двор к мужику и полезла на насест к курам.
Только что подкралась и хотела схватить одну курицу, а петуху пришло время петь: вдруг он крыльями захлопал, ногами затопал и закричал во все горло. Лисица с насеста-то так со страху полетела, что недели три лежала в лихорадке.
Вот раз вздумалось петуху пойти в лес — разгуляться, а лисица уж давно его стережёт; спряталась за куст и поджидает: скоро ли петух подойдёт.
А петух увидел сухое дерево, взлетел на него и сидит себе.
В то время лисе скучно показалось дожидаться, захотелось сманить петуха с дерева; вот думала-думала, да и придумала:
«Дай прельщу его!»
Подходит к дереву и стала здоровкаться:
— Здравствуй, Петенька!
«Зачем её лукавый занёс?» — думает петух.
А лиса приступает со своими хитростями: