Чтение онлайн

– Ваше благородие, открывать? – спросил мальчишка у майора Стеценко.

Майор едва проснулся от шума. Поднялся с походной койки. Натянул сапоги.

– Открывай, – разрешил он. – Коль начальство требует.

Стремительным шагом вошёл высокий худой офицер.

– Где командир батареи? – потребовал он.

– Я, – ответил майор Стеценко, застёгивая сюртук.

– Батарея ваша готова к бою?

– К бою? – не понял майор. – Нет. Мы только щиты делаем.

Адъютант взглянул на орудия, вокруг которых лежали брусья. Кругом щепки, кучи опилок. У стенки стояли щиты из толстых дубовых досок для защиты амбразур. Он повернулся и гневно заговорил:

– Не хочу ничего знать! Неприятель вскоре пойдёт на штурм.

– Как, на штурм? Уже? – растерялся майор.

– А вы что думали? Ваша батарея передовая, а орудия не готовы до сих пор! Да вас за это расстреляют! Подымайте команду. Немедля готовьтесь к бою. Как только появятся перед вами в поле огни – стреляйте картечью. Вам ясен приказ?

– Так точно! – ответил майор

Адъютант повернулся и вышел.

Павел, привлечённый голосами, встал, быстро оделся и поспешил к командиру батареи.

– Вот-те-на! – всплеснул руками майор, выразительно взглянув на Павла. – К бою, значит! На штурм идут.

Майор Стеценко был пожилым, полным человек. До отставки всю жизнь прослужил, заведуя арсеналом. Ушёл на покой год назад. Вдруг его призвали и назначили командовать батареей. Служил в арсенале – значит, с пушками справишься, – сказали ему.

– Постойте, – удивился Павел. – С чего вдруг штурм среди ночи?

– А я почём знаю?

Майор растолкал барабанщика.

– Бей тревогу.

Под сводами казармы эхом разнёсся бой барабана. Все вскакивали с коек, быстро одевались. К майору подбежали фейерверкеры. Получили приказ:

– Раздать заряды, зажечь фитили. Орудия к заряду картечью.

Павел с командой плотников принялся убирать все лишнее из казармы: брусья, доски, недоделанные щиты….

Вскоре пушки были заряжены, прислуга стояла в готовности. Фитили тлели. Ведра с водой, кокоры с зарядами, снаряды, пыжи – все на месте.

– Приказано, как появятся огни, стрелять, – сказал майор, как бы отвечая на немой вопрос артиллеристов.

Все напряжённо ждали, вглядываясь в темноту ночи.

– Вижу огни! – крикнул с бруствера сигнальщик. – Приближаются!

– Готовься! – скомандовал майор.

– Первое – готово, второе – готово, третье – готово…

– Послушайте, – вмешался Павел. – Почему противник к нам приближается так открыто, да ещё с огнями.

– Да что же вы такое у меня спрашиваете? – недовольно ответил майор, выглядывая в ночь через амбразуру. – Мне приказано стрелять по огням.

– Но, может, надо уточнить? Послать кого-нибудь в штаб? – не унимался Павел.

– Сколько же будем уточнять? Они уже на выстрел приблизились. – И громко прорычал: – Первое орррудие!.....

Вдруг из темноты, в круг света от факелов вынырнуло несколько всадников.

– Не стрелять! – крикнул один из них.

Майор выглянул в амбразуру.

– Вы кто?

– Казаки, – ответили снизу. – Из дозора.

– А противник где?

– Какой противник? Это наша колонна идёт. Гусары. Заблудились. Шли ночью. Вместо Балаклавской дороги вышли на Маячную.

– Господи! – недовольно воскликнул майор и перекрестился. – Чуть грех на душу не взял. – Отбой, ребятушки!

Пушки откатывали, вынимали заряды их стволов, гасили фитили.

Как же так? – все сокрушался майор. – Штабной начальник приехал, приказал к бою готовиться…. Ничего не пойму.

– Послушайте, – тихо спросил Павел у Стеценко. – А вы когда-нибудь встречали в штабе линии этого адъютанта.

– Которого? – не понял майор.

– Того, что тревогу поднял.

Стеценко задумался.

– Признаться – нет, – неуверенно ответил он.

– И я его ни разу не видел в штабе, – настороженно произнес Павел.

– Да кто их разберёт сейчас? Всяких офицеров понаехало. Думают, здесь награды с неба сейчас посыплются.

– Вот, только мне показался голос его знакомый. Лица, жаль, не разглядел, – задумался Павел.

– Высокий, тощий, – вспомнил Стеценко. – Произношение у него, как у поляка.

– Петриковский! – встрепенулся Павел. Точно, это его голос. Но откуда он здесь? – Его надо поймать! Дайте мне двух солдат.

– Да где же вы его сейчас в темноте отыщите? Он верхом был. Уж след простыл.

***

Прибежал посыльный из штаба первой линии. Передал приказ Павлу: срочно явиться к генералу Аслановичу.

В штабе за широким столом сидел Асланович, весь багровый от гнева. Даже, казалось император Николай с портрета за его спиной, смотрел на генерала с испугом. Перед Аслановичем по стойке смирно стоял Капитан-лейтенант Ильин и майор Стеценко.

– Кто в карауле стоял? – возмущённо спрашивал генерал. – Пароль почему не спросил? Почему пустил на бастион?

– Кантонист, ваше превосходительство, в карауле был, – несмело ответил Стеценко. – Мальчишке пятнадцать едва исполнилось. Растерялся. Каков с него спрос?

– Каков спрос? – пыхтел Асланович. – А если бы по своим дали залп?

Генерал заметил Павла.

– Проходите поручик. Вот, разбираем ночной инцидент. Майор Стеценко доложил, что вы узнали шпиона?

– Не совсем уверен, но по голосу – бывший подпоручик арсенала Петриковский.

– Вот оно что! Пойдёмте со мной.

Асланович провёл Павла в подвал оборонительной казармы. У железной двери стоял часовой. Солдат отпёр дверь и крикнул в камеру:

– Встать!

В сырой темной комнатке со сводчатым потолком находились дощатые нары. С них слезли и построились в шеренгу пять человек. Все они были в офицерских шинелях, но без ремней и пуговиц.

– Узнаете кого из них? – спросил Асланович. – Вчера наловили голубчиков. На ту сторону собирались. Видали, все в офицеров вырядились.

Неяркий свет проникал через единственное окошко, закрытое решёткой. Павел внимательно оглядел лица. Петриковского среди шпионов не оказалось.

– Ничего, и этого поймаем, – заверил Павла генерал. – Спасибо вам за бдительность.

– Прошу вас, не наказывайте строго майора Стеценко, – в конце попросил Павел.

– Ну, знаете! – Асланович гневно засопел. – То, что он пожилой и в боях не участвовал – его не прощает. Тут многие не обстреляны. – Подумал, решил. – Хорошо, не буду наказывать, но отругать придётся. Ещё раз, спасибо вам Кречен.