Чтение онлайн

В 1891 году в Лондоне революционером-народником Сергеем Михайловичем Кравчинским (псевдоним — Степняк) был основан «Фонд Вольной Русской Прессы», который занимался изданием пропагандистской литературы, запрещенной в России. Активнейшими сотрудниками Фонда стали русские революционеры Петр Алексеевич Кропоткин и Николай Васильевич Чайковский.

У Николая Васильевича, потомственного дворянина, активного участника народнического кружка «чайковцев», анархиста, с Лондоном была связана большая часть жизни. В начале 20-х годов прошлого века, после неудачно завершившегося членства в «Южнорусском правительстве» генерала Антона Ивановича Деникина, Чайковский окончательно поселился в британской столице. В последние годы жизни (похоронен в Лондоне в 1926 году) он выступал за объединение всех антисоветских сил, был сторонником военной интервенции против Советской России.

Член народнического кружка «чайковцев» Екатерина Константиновна Брешко-Брешковская получила прозвище «бабушка русской революции». Она неоднократно бывала в Лондоне, где встречалась со многими русскими и иностранными революционерами. О Н.В. Чайковском она писала: «Мы не можем сказать, что это был выдающийся дипломат, революционер, организатор, пророк, либо учитель, хотя все эти поприща были ему близко знакомы, и на каждом из них он работал горячо, умело».

Соратником Чайковского по работе в «Фонде Вольной Русской Прессы» был Петр Алексеевич Кропоткин. Кропоткин происходил из княжеского рода. Он являлся активным участником европейского социалистического движения, авторитетным теоретиком анархизма, видным ученым и исследователем в области географии, геологии, биологии, этики, социологии, истории и был известным путешественником. Кропоткин поселился в Лондоне в начале 1886 года и сразу же включился в жизнь русской революционной эмиграции.

Помимо сотрудничества с «Фондом Вольной Русской Прессы» он создал Лондонскую группу русских рабочих-анархистов, которая подготавливала и издавала пропагандистскую литературу, ориентированную на революционные движения в России, против политики царизма. Находясь в эмиграции, Кропоткин стал организатором съездов анархистов-эмигрантов. По его инициативе и при активном участии в Лондоне проходили собрания и конференции соратников по движению.

Наряду с активным участием в жизни русских эмигрантов Петр Алексеевич писал теоретические работы. В Лондоне вышли его книги: «В русских и французских тюрьмах», «Хлеб и воля», «Взаимная помощь, как фактор эволюции», «Записки революционера», «Идеалы и действительность в русской литературе», «Великая французская революция 1789–1793», «Современная наука и анархия» и другие. Кстати, исследователи творческого наследия Кропоткина ставят его «Записки революционера» в один ряд со знаменательным произведением А.И. Герцена «Былое и думы».

В отличие от Н.В. Чайковского, Кропоткин после Февральской революции 1917 года вернулся в Россию. По воспоминаниям очевидцев, в Петрограде его встречала многотысячная толпа, восторженно приветствующая легендарного князя-анархиста. Петр Алексеевич отказался от предложения Александра Федоровича Керенского войти в состав Временного правительства. Об Октябрьской революции 1917 года Кропоткин вначале отзывался одобрительно, однако позже резко критиковал большевистский «красный террор». Эмигрант с сорокалетним стажем, свободолюбивый революционер-анархист, неоднократно сидевший не только в российских, но и европейских тюрьмах за свои убеждения, талантливый исследователь природы и общества, П.А. Кропоткин умер в Советской России в 1921 году в возрасте семидесяти восьми лет.

В конце XIX века многих представителей деловых, общественных и научных кругов как в Англии, так и в других европейских странах интересовал вопрос об использовании Северного морского пути в качестве торговой трассы. Было выдвинуто немало проектов транспортного использования вод, омывающих берега Сибири. Вызывал интерес проект использования Северного морского пути и прилегающих к нему обширных районов суши «на всеобщую пользу человечества», который был составлен в 1857 году Г.В. Колмогоровым. Большое значение для развития мореплавания в арктических водах и изучения Арктики имели проекты М.К. Сидорова, А.М. Сибирякова, И. Зебека и другие.

«С весьма интересным проектом изучения Арктики выступил также известный русский географ П.А. Кропоткин, — писал А.Ф. Лактионов в книге «Северный полюс», — который вместе с русским флотским офицером Н. Шиллингом на основе анализа научных данных выдвинул предположение о существовании большой земли в северной части Баренцева моря».

Предсказания П.А. Кропоткина и Н. Шиллинга полностью сбылись. Во время дрейфа от Новой Земли на север экспедиция на корабле «Тегеттгоф» открыла в 1873 году в северной части Баренцева моря большой архипелаг, названный Землей Франца-Иосифа. Это открытие являлось крупным географическим событием и сыграло большую роль в организации последующих арктических экспедиций. Впоследствии некоторые исследователи переоценивали заслуги австро-венгерских путешественников Вейпрехта и Пайера, говоря о том, что именно они подняли старый вопрос о Северо-Восточном проходе. На самом деле подлинными инициаторами практического освоения арктических вод, омывающих северные берега России, были П.И. Крузенштерн, П.А. Кропоткин, А.И. Воейков, М.К. Сидоров, А.М. Сибиряков и другие.

Свои идеи и замыслы, связанные с Заполярьем, Петр Алексеевич не раз высказывал в Лондоне и соотечественникам, и английским ученым.

В 1882 году один из участников экспедиции Нордшельда, магнитолог и метеоролог, лейтенант датского флота А. Ховгард организовал экспедицию, которая была намерена построить на мысе Челюскина станцию и оттуда добраться до Северного полюса. Ховгард полагал, что к востоку от Земли Франца-Иосифа есть обширные земли, вдоль берегов которых можно будет пройти к Северному полюсу. Смелому путешественнику не удалось достигнуть своей цели. Существование этой земли еще раньше предполагали М.В. Ломоносов, А.П. Кропоткин и Н. Шиллинг. Впоследствии эти гипотезы подтвердились. В 1913 году русская Гидрографическая экспедиция Северного Ледовитого океана открыла к северу от мыса Челюскина землю, которую назвали Северной Землей. Предположения русских ученых-исследователей, в том числе и Петра Алексеевича Кропоткина, нашли свое реальное воплощение.

Близким другом и соратником П.А. Кропоткина в Лондоне был революционер-народник и писатель Сергей Михайлович Степняк-Кравчинский, который пользовался большим авторитетом не только в эмигрантских кругах, но и среди английской интеллигенции.

С молодых лет Сергей Михайлович увлекся идеями народников, стал участником кружка «чайков-цев» и приверженцем «хождения в народ» с целью агитации к борьбе против царского режима, а также ратовал за организацию локальных восстаний и бунтов. До приезда в Лондон он прошел тернистый путь многочисленных арестов и тюрем, жизни на нелегальном положении на родине и вынужденной эмиграции в европейских странах. Порядком разочаровавшись в народовольческом движении, Степняк-Кравчинский склонился в своем мировоззрении к террору как единственному действенному методу борьбы с российским самодержавием. В августе 1878 года в Петербурге он убил шефа жандармерии Н.В. Мезенцова (по другим источникам — Мезенцева).

После совершенного убийства Кравчинский вынужден был бежать в Швейцарию, затем — в Италию. Под угрозой экстрадиции в царскую Россию Степняк-Кравчинский переехал в 1884 году в Англию, где уже был известен как автор нашумевшей книги «Подпольная Россия».

В Лондоне у него появилось много почитателей из англоязычной среды творческой интеллигенции, правительственных и профсоюзных кругов. Здесь же Сергей Михайлович подружился с Фридрихом Энгельсом и Этель Лилиан Войнич. Исследователи полагают, что Степняк-Кравчинский послужил прототипом главного героя романа английской писательницы Э.Л. Войнич «Овод».